Глава 13

С обедом получилось неловко. Когда я спросила, вернёмся ли мы в центр, чтобы посетить ресторан, Доминга слегка замялся.

— Я думал отвезти вас в уютный охотничий клуб за городом… — сознался виновато, и по его тону я поняла, что светиться в обществе с Абигаль Иниго генерал не хочет.

В принципе, это со всех сторон правильно, однако стало иррационально обидно. Пришлось опять себе напоминать, что я взрослая, а главное — прагматичная женщина.

— Тогда мне нужно купить детям сувениры. Не может же мама вернуться из поездки с пустыми руками, — беззаботно улыбнувшись, сказала я, сворачивая в ряд со всякой всячиной. — А пообедать мы вообще можем дома. Что тут ехать? С голоду не умрём.

— Знаете, что роднит абсолютно всех правзамов? — вдруг спросил генерал, без возражения проследовавший за мной.

— Необидчивость? — буркнула, невольно выдавая истинные чувства.

— Любовь к чужим детям и совершенно особенное к ним отношение. У нас даже родные матери редко ставят детей на первое место. Особенно аристократки.

— Чужих детей не бывает, — выдала я расхожую в родном мире фразу и задумалась, почему же так на самом-то деле происходит.

Ведь и в нашем мире полным-полно отвратительных родителей, однако, по словам генерала, в этот мир попадают исключительно те, кто готов принять чужих детей в сердце и воспитать со всей ответственностью. А может, Строгий Родитель этим пытается чего-то добиться? Что-то изменить? Но у него пока не выходит, потому что местные попаданцев изолируют?

По спине пробежал холодок. А что, если на меня возложена некая священная миссия? Ох, батюшки святы, куда меня занесло!

Отогнала мысли о глобальном и сосредоточилась на прилавках, прикидывая, что бы такого купить Марку и Софи. Взгляд наткнулся на ангар с принадлежностями для живописи, и я притормозила.

— Скажите мне, что купить, и я куплю, — предупредил мой порыв полезть за кошельком генерал.

— Марк прекрасно рисует. Ему нужен мольберт, холсты, кисти и краски, а ещё альбом и набор цветных карандашей… В двух экземплярах — вдруг и Софи захочет порисовать.

Генерал отошёл, чтобы перечислить все продавцу, расплатился и, распорядившись о доставке, вернулся ко мне. Мы двинулись дальше, но с подарком для маленькой девочки на строительном рынке было совсем туго. Я устала голову ломать, с чем бы малышке понравилось играть.

— Может, купить что-то в деревянных рядах? Там точно есть качели, может, и ещё что-то найдётся для детей.

Я расцвела и с благодарностью посмотрела на Домингу.

— Вы гений! Нужны дощечки, рейки, гвозди, клей и пила. Будем делать кукольную мебель! А куклу купим потом.

В итоге, вместо обеда мы искали подарки, но зато, когда вернулись в поместье, каталоги и покупки уже были там. Столик, каминная полка и даже подоконник в гостиной Доминги были завалены стопками толстых журналов с интересующими меня образцами. Я буквально разрывалась на части между желанием просматривать их за обедом и здравым смыслом, который напоминал, что нужно себя контролировать и сдерживать порывы. А то такими темпами уже и Карлос скоро догадается, кто я такая. Говорят, если тайну знают двое, это уже не тайна, а тут уже вообще набирается толпа.

Пришлось давиться обедом, который, несмотря на мастерство повара, в горло не лез, и даже выпить чаю. Зато потом я дорвалась! Два часа без устали отбирала материалы, а генерал оформлял заказы на небольшие пробные партии гипса, цемента, красок, пигментов, лака, жидкого стекла, клея, стекловолокна, деревянных панелей и прочего. Но самый необычный заказ был на каменную крошку в ангаре с плитами из мрамора и гранита. Все это по моей настойчивой просьбе Доминга распорядился привезти на мой адрес, и как только мы закончили, я поднялась с дивана.

— На сегодня всё. Огромное спасибо за помощь. Попросите, пожалуйста, своих рабочих помочь мне донести детские подарки.

— Разумеется. Но я сам вас провожу. Надо проверить охранную систему. Карлос доложил, что старший маг-установщик ждёт вас в доме, чтобы настроить купол.

— Совсем про них забыла, — созналась я, испытывая непрошенную радость от того, что мы ещё не расстаёмся.

Подобная реакция не говорила ни о чем хорошем. Генерал мне нравился, мне было комфортно и легко с ним, а значит будет очень больно, когда придёт время общение прекращать. Я попалась в ловушку, из которой вырваться не было никакой возможности. Всё, что в моих силах, — готовить себя к будущей разлуке и проводить мысленные беседы, объясняя своим гормонам и сердцу, что этот мужчина не для меня.

А ещё лучше, занять себя работой и детьми, поменьше общаться с соседом, уделить внимание дневнику пряхи и разработке стратегии развития бизнеса.

Выбрав правильную линию поведения, по дороге домой я молчала, мужественно игнорируя задумчивые и вопросительные взгляды Доминги, управлявшего внедорожником, загруженным подарками для детей.

К сожалению, из-за этого и новой охранной системы расстаться у ворот не вышло. Генерал сам внёс покупки в дом, а потом ещё со специалистом общался. Дети всё это время сидели тихонечко, не мешая взрослым, и только горящие любопытством глаза выдавали их нетерпение. Бедняжки! Никто и никогда не смог бы заставить мою дочь и внуков проявить такую силу воли, а Софи и Марк были выдрессированы безупречно. Надо будет это как-то поправить. Зачем их с детства в рамки загонять?

Маг настроил невидимый купол на меня, Грес, детей и Домингу, и только когда ушел, я смогла, наконец попрощаться с соседом.

— Нет слов, чтобы выразить вам мою благодарность, — сказала я со всей искренностью. — Я постараюсь сделать проект как можно быстрее. Думаю, что уложусь в три дня. Покажу вам его для утверждения и примусь за работу с бригадой. До встречи в пятницу, генерал.

Очень кстати будет не видеть его три дня и занять мозги чем-то полезным.

Но Доминга с моим чудесным планом соглашаться не спешил.

— Думаю, нам придётся увидится не далее, как завтра. Уверен, Иниго примчится с раннего утра, и сработает охранка. Рекомендую вам в разговоры с ним не вступать и просто дождаться меня. Я как только получу сигнал — сразу приеду.

Настроение мигом испортилось.

— Ему сообщат так быстро, и он явится скандалить?

— Безусловно. Наверняка он уже получил сообщение из опеки, но сегодня уже не приедет, потому что запланировал развлечения. А вот завтра будем его ждать.

Я поджала от досады губы и кивнула. К сожалению, мне пока без поддержки генерала никак не обойтись. Ну что ж, буду терпеть и заниматься аутотренингом. Что ещё остаётся?

Когда, наконец, генерал покинул мой дом, я выдохнула с облегчением и с удовольствием переключилась на детей.

— Ну что, мои хорошие? Как прошёл ваш день? Готовы распаковать подарки?

Дети сорвались с дивана и кинулись ко мне, наперебой рассказывая обо всем, что делали.

— Мы командовали слугами вместе с няней, — важно заявила Софи. — Велели, чтобы дом убирали лучше и еду готовили вкуснее.

Сегодня опять приходили деревенские — приводить в порядок дом и землю. Я улыбнулась маленькой хозяюшке.

— А я помогал выкапывать и тянуть большой пень! — гордо похвастался Марк.

Кстати, о пне! Надеюсь, его не выбросили, потому что он мне пригодится для поделок. Я просила все коряги складывать на краю участка.

— Вы большие молодцы! — похвалила детей и вытащила из упаковки альбомы и карандаши. — Вот. Купила вам для рисования.

— Ух ты! А это что? — с предвкушением глядя на мольберт и коробку с красками, спросил Марк.

— А я не умею красиво рисовать, — надув губы, пожаловалась малышка.

— Ничего, научишься. А пока мы с тобой будем делать кукольный домик с мебелью, — успокоила я Софи и повернулась к Марку. — Это тебе, если захочешь попробовать рисовать красками на холсте.

Малышка ахнула и прижала ладошки к щекам, когда услышала про домик. А мальчишка победно затряс кулачками и расцвел от уха до уха. Я с нежностью потрепала его по вихрам и тоже расплылась в счастливой улыбке. С подарками угадала.

— Правда? Для Милли? — очнулась Софи от радостного шока.

— И для неё, и для других, которые у тебя будут, — серьёзно подтвердила я, и девочка захлопала в ладоши.

Раздался всхлип. Подняв голову, я увидела, как Гресия утирает глаза, с умилением глядя на наше общение, и лишний раз получила подтверждение тому, что эта женщина меня ни за что не выдаст, так как очень любит детей.

Весь вечер мы с Софи и Грес мастерили домик из фанеры. Пилили, клеили, вырезали, работали молотком. А Марк тем временем самозабвенно рисовал.

— Его прадед по отцовской линии был гениальным художником и артефактором. Его дар созидания подарил нам часовни умиротворения, венец забвения печалей и многое другое, — шепнула мне Грес. — Думаю, Марк унаследовал его дар и сможет писать живые картины. Созидатели и пряхи — родственные дары, надеюсь, рядом с кольцом мальчик станет сильнее и, когда подрастёт, сможет занять место главы рода Иниго. Главное, чтобы он в руки дядьки Донато не попал, а то тот не позволит сместить себя с тёплого места артефактора короля.

— Не допустим этого, — согласно моргнув обоими глазами, прошептала в ответ. — Завтра Донато получит от ворот поворот. Доминга заявил о своём желании взять над детьми опеку. Совет соберут в конце месяца.

Грес, ожидаемо, разволновалась, но время близилось к отбою, и я переключила её на подготовку детей ко сну. А как только они уснули, улизнула в свою комнату к дневнику пряхи. Лучше научусь ещё чему-нибудь вместо того, чтобы, пытаясь успокоить няню, запаниковать самой.

Перед тем, как погрузиться в чтение, я вытащила из комода прошлую поделку и внимательно рассмотрела ее со всех сторон. Пестрый прямоугольник был все таким же плотным и ни капельки своей прочности не потерял. То есть типа тетрадь не гнулась и по свойствам напоминала толстый лист картона. А если закрыть глаза и разложить её по составляющим, то плетения мерцали разноцветным сиянием — магией, которую я в нее влила. Мозг, привыкший мыслить иначе, пока с трудом умещал и перерабатывал новые для себя параметры, но все же уже начал понемногу свыкаться и реагировать на моё желание переходить на другое зрение с открытыми глазами. Я силилась и тренировались минут пятнадцать, пока не научилась переключаться по первому требованию, и только тогда открыла записки Консуэло Лианор.

«Друг мой! Ты научился плести из обычных ниток волшебную вещь. Пора тебе узнать, что ты можешь дать этой вещице почти любую способность, которую захочешь. Например, ты сплел носовой платок или салфетку, или даже целую шаль. Я дарю тебе таблицу символов, которые вдохнут в твои творения не просто энергию, а энергию определённого направления. Но помни, что, выплетая их из нитей бытия, нужно вкладывать в них желаемый посыл. Хочешь использовать жар — думай и желай жара. Регулируй температуру, чувствуя ту, которая нужна. Хочешь зарядить уютом — вкладывай самое тёплое воспоминание. Здоровьем — чувствуй себя бодрым как никогда!»

Я потрясла головой и уставилась на табличку с россыпью разных закорючек, в зародыше задушив в себе истерический вопль «я ни фига не поняла и никогда этого сделать не смогу!»

За день я находилась и устала, поэтому решила изучить все столбцы позже на свежую голову, а сейчас просто читать дальше, чтобы знать, к чему ещё готовиться.

«Ты, наверное, сейчас схватился за голову и думаешь: как же я буду плести нити бытия, если их не вижу? — прозорливо догадалась мудрая пряха, и я, улыбнувшись, кивнула записям перед тем, как читать дальше. — А я тебе скажу: скоро ты поймёшь, что всё вокруг, даже невидимое, состоит из нитей. И скоро я научу тебя их видеть. Но для начала возьми в руки любой предмет и теперь не просто разложи его на составляющие, а раздели их! Пробуй, пока не получится. Я верю в твою силу».

Я отложила дневник и встала, задумчиво оглядев комнату. Что бы такое взять, что испортить не жалко? А ещё лучше попробовать на материале, который может пригодиться в работе. Встала и пошла вниз. Что-то опять такой охватил азарт, что даже спать расхотелось и усталость испарилась. Взяла баночку жидкого стекла, затвердитель и деревянную панель — ими, как я поняла, стены обшивали, — рейки, которые остались от кукольного домика, краски и колеры. Ели уместила все в руках и донесла до спальни, не уронив, а там сложила на ветхий ковёр и уселась на него по-турецки.

Переключилась на зрение пряхи и первым делом принялась разглядывать рейки и деревянную панель, разбираясь в переплетении волокон. Потянулась, попробовала распутать и… разорвала довольно толстую, да ещё и покрытую лаком деревяшку на две неровные части! Так-так-так, надо аккуратнее. Минут десять приделывала части обратно и закрепляла магией, зато поняла, что могу сделать на этой панели бортики из реек без использования гвоздей или клея! Попробовала — получилось! Они стали единым целым! Ух ты! Да это же теперь я монолитную мебель делать смогу! Но мне вообще-то хотелось попробовать сотворить картину в стиле флюид-арт и залить её жидким стеклом. Если получится, этот декор можно будет использовать в качестве напольного покрытия, например, в бассейне. Генерал в обморок упадёт!

Не переходя на обычное зрение, капнула на палец пигмент, чтобы проверить консистенцию, а на другой — краску. Заодно и рассмотрела, как соединены их нити. Потом смешала. Субстанция оказалась слишком жидкая, а нити какие-то дряблые. Оно, конечно, за несколько часов застынет, но красиво залить картину не выйдет. Я задумалась. На Земле используют акриловую краску, колеры, воду и клей ПВА вместо медиума — связующего звена, — но какой из местных клеев сможет его заменить, я не имела понятия. Решила действовать, опираясь на магию. Пусть первый блин будет комом. В конце концов, я пока учусь работать с уже сплетенными самим бытием нитями.

Налила змейкой белый, темно-синий, голубой, сиреневый, опять белый колеры, смешанные с краской, на деревяшку и быстро-быстро провела над ними рукой, посылая магическую волну с приказом немного окрепнуть. Схватила панель и принялась крутить, заставляя смесь растекаться. Дело шло туго. Совсем не так, как я привыкла. Мне пришлось провести над панелью ладонью ещё несколько раз, заставляя смесь то разжижаться, то густеть, а когда она, наконец, равномерно распределилась по панели, я села работать со слоями руками, чтобы сделать узор красивее. Извозилась вся! Но все же нечто близкое к тому, что планировала, получилось. И тогда я взялась скреплять нити магически.

В окно заглянул первый лучик солнца, ослепив правый глаз, и я очнулась. Не заметила, как наступил рассвет, и вообще забыла обо всем на свете, включая генерала и Донато Иниго. Чертыхнулась и, вскочив на ноги, положила не доделанное художество на комод. Вымыла руки при помощи магии, убирая с них непослушные нити краски, и легла поспать хотя бы пару часов, засунув дневник Консуэло под подушку.