Глава 42 · Тяжелое решение

Дилан

Я, конечно, ожидал, что моя госпожа полна сюрпризов, но не настолько!

Тому, что эльфийский жених нашёл её так быстро, я даже не удивился. Это было логично, как и то, что он снова полез с поцелуями к невесте. Пришлось в очередной раз впечатать его в стену.

А вот то, что слайсер окажется его точной копией, меня потрясло. Когда-то я думал, что уже ничто не способно меня удивить. Как же я ошибался…

Значит, этот эльф был первым хозяином мутной сущности из Глубинных болот. Выкрал её из родных мест и привязал к себе, а потом отпустил.

Кусочки пазлов складывались в голове с бешеной скоростью, и мне стало понятнее, что за дичь творилась на рынке.

Увидев эльфа, Кассандра приняла его за своего слайсера, позвала его, и тот ответил со всей пылкостью эльфийской души, за что получил пощёчину и магическую метку помолвки.

Она ударила его на эмоциях, даже не задумываясь о последствиях. Или не зная о них?

А сейчас её жених вытянулся перед ней напряжённой струной.

— Когда ты стала моей невестой? — повторил он её вопрос и ответил: — Тогда, когда совершила ритуал помолвки в мебельном салоне на центральном рынке. После поцелуя ты прилюдно дала мне пощёчину. Эльфийская магия сочла, что этого достаточно, чтобы связать нас крепкими узами. Следующий шаг — обмен брачными браслетами и свадьба. Я настаиваю, чтобы торжество проходило в Эльферии. Если хочешь, пригласим твоих друзей-инквизиторов, кроме белобрысого. Уж больно наглый.

— К-к-какая ещё свадьба⁈ — запинаясь, потрясённо выдохнула Кассандра.

— Шикарная, — последовал ответ. — Отметим с размахом. Конечно, моей родни там не будет: они не простят мне женитьбы на человечке, но все знакомые придут обязательно. А в качестве свадебного подарка я прошу у тебя лишь одно: верни мне слайсера. Он мой.

— Нет, нет и нет! — в шоке покачала головой девушка. — Корди — мой фамильяр. Даже если я разорву с ним связь и немного его прибью, то никому не отдам. Он будет побитый, но свободный. А насчёт помолвки — это ты погорячился. Это же была обычная пощёчина!

— Скажи это моей магической метке, — хмуро парировал эльф и показал на своё запястье, где проступила серебристая вязь помолвки.

Стоявший рядом с нами Эдвин побледнел:

— Я, конечно, слышал о ритуале, ноне думал, что всё это настолько серьёзно… Она же не эльфийка!

— Магия так не считает, — сухо отозвался Кордиэль.

— Но это же можно исправить, да? — с надеждой спросила Касси, растерянно хлопая глазами.

— Можно, — кивнул он и добавил: — Смертью одного из нас. И лично я на тот свет не собираюсь.

— Нет, я не верю, всё не может быть настолько ужасно! — схватилась за голову моя госпожа.

— Я тоже поначалу был в шоке, — признался эльф. — Но во всём нужно находить свои плюсы. Я красивый и умный, ты — шустрая и сильная. Наши дети возьмут лучшее от нас обоих. Владелец мебельного салона немного рассказал о тебе. Он объяснил, что моя невеста является легендарным Железным цветком Лидеума. Взять в жёны столь знаменитую инквизиторшу довольно почётно. Даже несмотря на то, что она человечка. Жаль, что мои наследники будут полукровками, но зато они будут расти в любви.

— Какой ещё любви, Шантэль⁈ Ты, конечно, красавчик, но не настолько, чтобы я влюбилась в тебя без памяти! — протестующе воскликнула Касси.

— Ничего страшного: у нас, эльфов, всё предусмотрено. Брачный ритуал свяжет нас навеки и придаст глубину нашим чувствам, — заверил он.

Мне было до судорог больно слышать его аргументы. Но я понимал, что он прав. Брачная магия, включая помолвку, — это один из самых сильных ритуалов. Разорвать её можно лишь смертью.

Смогу ли я убить этого эльфа ради того, чтобы обрести счастье с Кассандрой?

Однозначно нет.

Но её помолвка с эльфом — лишь меньшая из проблем, которая была между нами. Мы с Кассандрой из разных миров, которым не суждено пересекаться.

Эта женщина не будет моей ни при каком раскладе. А сорванный с её уст поцелуй в карете навсегда останется единственным и будет греть мою душу до конца моих дней.

Причём этот самый конец, судя по всему, наступит уже очень скоро.

Сайрус, его начальники и коллеги из инквизиции Гардиана не представляют масштаба катастрофы, в которую они ввязались. Я твёрдо знал, что сражение на Лазурном побережье обернётся полным провалом. И весь Лидеум ждут тёмные, кровавые времена — ещё похлеще тех, что случились при поражении Эльферии.

Если бы гардианцы позвали на этот решающий бой эльфов — у наших народов был бы шанс на победу. Небольшой, но шанс.

Потому что гардианцы и их союзники упускают самое главное: со времени эльферийского побоища всё изменилось. Враг стал хитрее и успел создать собственную армию на самом Лидеуме, вселяясь в тела людей.

Объяснять это Сайрусу или его начальству было бесполезно. Я видел, как горели его глаза. Когда уже всё решено и согласовано — никто не пойдёт на попятный. Поэтому промолчал.

Так что, может, для Кассандры всё сложилось как нельзя лучше. Шантэль увезёт её в Эльферию, обеспечит защиту. Эльфийская инквизиция и армия не пострадают в сражении на Лазурном побережье, они сохранят свои силы и смогут дать какой-то отпор тварям с Дарканора.

Моя красивая, сладкая и самая желанная в мире девушка останется в живых и обретёт семейное счастье с эльфом. Как говорится, что ни делается, всё к лучшему.

А я должен смириться и выполнить свою миссию. Да, я не в силах спасти весь мир. Но отдельно взятую деревню — просто обязан. Даже если ценой будет моя жизнь.

Поэтому этой ночью я совершу побег.

Остаётся лишь молиться, чтобы магия рабской привязки не добила меня за такую дерзость. Но выбора нет…

Сжав челюсти до хруста, я взял себя в руки и, преодолевая внутреннюю агонию, заявил:

— Леди Кассандра, боюсь, что при таких обстоятельствах у вас нет иного выхода, как стать женой Кордиэля Шантэля. Через два-три дня на вашей руке тоже проступит метка помолвки и каждая клеточка вашего тела потребует сближения с женихом и заключения брачных уз. Всё случилось так, как случилось. Нужно принять эту реальность и жить дальше. И я очень советую вам отправиться в Эльферию, как предлагает ваш суженый. Вам там понравится, вот увидите.

Опешивший эльф уставился на меня с благодарностью за поддержку, а прекрасные женские очи посмотрели как на предателя, разрывая моё сердце в клочья.