Глава 10 · Слайсер
Сандра
— Нет! — вскрикнула я, заслоняя Корди собой.
Но пушистый шарик не собирался оставаться на месте: я не успела моргнуть, как он стал невидимой плотной субстанцией и сиганул прямо на мою голову!
Причёска сразу добавила в объёме, а все волоски на теле резко наэлектризовались.
— Тише, госпожа, только не двигайтесь! — глухо, но очень решительно произнёс Эдвин. Он и не думал тушить огненный шар на ладони. Стоял и прицеливался для более точного удара.
— Эдвин, если ты спалишь мои волосы — я тебя кастрирую! — выпалила я, с ужасом ощущая притаившуюся на голове субстанцию.
— Я аккуратно, госпожа! — не сдавался мой ученик. — Его нужно срочно обезвредить. Это же слайсер!
— Кто? — переспросила я, медленно пятясь к двери.
Паникующий разум подкинул лишь одну идею, как избавиться от невидимого паразита на своей макушке, — это сунуть голову в ёмкость с водой. Не хочет захлебнуться — отцепится.
Здесь есть сад, значит, могут быть бочки?
— Слайсер, — терпеливо повторил Эдвин. — Коварная сущность из Глубинных болот.
— От коварной сущности и слышу! — раздалось в ответ над моим ухом.
— Корди, немедленно слезь с меня! — сурово потребовала я.
— Звучит немного двусмысленно, но я пас, — включил вредность пушистый.
— Что ты делаешь⁈ — дёрнулась я, чувствуя, как меховые лапки принялись мягко массировать мой затылок.
— Расслабляю, конечно, — последовал ответ. — Ты же в стрессе. А помогать тебе — моя главная обязанность!
— Не слушайте его, госпожа, — мотнул головой Эдвин. — Этот хитрый сгусток может залезть в вашу голову!
— Что? — испугалась я, на всякий случай прикрывая уши руками.
— Ты в своём уме, мелкий? — возмутился Корди. — Не собираюсь я в её голову проникать. Я слайсер, а не шронская нежить!
— Я выразился фигурально, — пояснил мой ученик. — Госпожа, он легко читает мысли и может вами манипулировать. Он слишком опасен!
— Эдвин, погаси свой шарик, — твёрдо заявила я. — Корди, вернись на кресло. Немедленно! — рявкнула я на обоих.
Интересно, как бы отреагировала на всю эту дичь настоящая Кассандра? Наверняка не стала бы пугаться и мямлить.
— Да, госпожа, — сдался мой ученик.
Судя по хмурому лицу, он был категорически со мной не согласен, но спорить дальше не посмел.
— Корди! — прикрикнула я на субстанцию в своих волосах.
— Мне и тут хорошо, — парировал этот вредный сгусток.
— Ладно, сам напросился, — пригрозила я и метнулась к выходу.
Распахнув дверь, увидела прекрасный сад. Некоторые деревья были уже с плодами, но большинство изумительно красиво цвели большими белыми и красными цветами.
А чуть поодаль обнаружила то, что искала, — небольшую бочку для сбора дождевой воды, примостившуюся возле аккуратного сарая из светлого дерева.
— Нет-нет-нет, Сашуля, не надо! — заверещал невидимый пушистик на моей голове.
Я же внутри возликовала: ага, значит, его таки проняло!
Подлетев к бочке, я решительно сунула голову в воду.
Чуть не вскрикнула: вода оказалась неожиданно холодной и кольнула кожу ледяными иголками.
— Ты ненормальная! — сокрушённо выдохнули мне на ухо, после чего мокрый упругий шарик плюхнулся на траву и вышел из режима невидимости. Мало того — он сменил цвет.
— Ты стал синим, — растерянно пробормотала я.
— А каким ещё я должен был стать в растворе сульфата тритония? — возмущённо заявил он, отряхиваясь, как болонка после купания. — Это не простая жидкость, а удобрение для плодовых деревьев! Говорил же тебе: «Не надо!»
— Ой, — я попыталась рассмотреть свои пряди.
Твою ж балетную тапочку — они стали васильковыми… Возможно, лоб тоже.
— Это смывается? — я с надеждой посмотрела на подошедшего Эдвина.
Парень молча открывал рот и смотрел на меня ошалевшим взглядом.
Он не успел ничего ответить. Синий шарик резво упрыгал в кусты, и тут же до меня донёсся удивлённый мужской возглас:
— Касси⁉
— А? — я обернулась и попыталась улыбнуться идущему к нам блондину: — Привет, Сайрус.
— Ты в порядке? — подойдя, он ошарашенно уставился на мою голову.
— Да, просто проводила эксперимент по окраске волос, но получилось неудачно. Я это исправлю, не волнуйся, — как можно беззаботнее заверила я его.
— Ясно, — отозвался блондин и кинул ревнивый взгляд на Эдвина: — А ты кто такой?