19.3

Клэр

— Ну что ж, мистер Карнаги, — я встала из-за стола и с удовлетворением окинула взглядом лист только что подписанного договора. — Надеюсь, наше с вами сотрудничество выйдет очень продуктивным и успешным.

— Я в этом даже не сомневаюсь, — Зинаут аккуратно сложил свои экземпляры в папку. — Я уже присмотрел пару умелых швей себе и вам в помощь. Если вы не против, они выйдут на работу уже на следующей неделе. Пока же мы с вами займёмся отбором нужных эскизов, которые отошьём первыми.

— Не забывайте про уроки. Я хочу сама научиться всей технологии.

Мастер ласково и чуть снисходительно взглянул на меня.

— В иных условиях я сказал бы, что вам это совсем не нужно. Но, как человек, который и сам учился долгие годы, только рад вашей тяге к знаниям.

— Хочется наверстать упущенное, — я улыбнулась.

После короткого стука в дверь в кабинет мастера заглянула Рона, которая всё это время ждала меня в торговом зале.

— Вас тут спрашивают, мисс. Какой-то молодой человек…

Она не успела ещё договорить, как за её спиной возник мальчишка-ликанит, за которого заступился Лестер Этелхард на борту “Нертала”.

— Джосс, верно? — уточнила я.

— Верно, мисс! — радостно отозвался тот. — Мне бы вас всего-то на пару слов! Очень важно!

— Мы закончили, мистер Карнаги? — я повернулась к мастеру.

— Вполне! Жду вас завтра, — Зинаут шутливо погрозил мне пальцем.

Я распрощалась с ним и вышла в зал. В оэидании Джосс переминался возле стойки с манекеном, плечи которого были покрыты тончайшим шёлковым палантином. Парень задумчиво изучал узор на ткани, а Рона пристально наблюдала за ним, сидя на диванчике в затенённом углу.

— Джосс! — окликнула я ликанита.

Парень вздрогнул, словно успел обо мне позабыть, неловко развернулся и зацепил манекен плечом. Тот покачнулся и, взмахнув краями палантина, рухнул прямо ему на голову. Благо он был обтянут мягкой тканью, поэтому, несмотря на его солидный вес, мальчишке сильно не досталось.

— Вот же увалень! — в сердцах воскликнул Зинаут, который успел застать момент падения манекена. — Таких вообще нельзя пускать в магазин с изящными и хрупкими товарами.

— Не ворчите! — заступилась я за сконфуженно потирающего ушибленный затылок Джосса. — Ничего страшного не случилось. Рона, пойдём.

Мы вышли на улицу, и мастер перевернул табличку на двери с “закрыто” на “открыто”.

— Что случилось, Джосс? — спросила я по пути к повозке.

— Мистер Этелхард просит приехать к нему в контору, — бодро доложил мальчишка.

— Я — к нему в контору? Даже так! — я повернулась к Роне. — Представляешь?

Камеристка только пожала плечами. Она не была бы против, переедь я прямиком в дом саркана на всю жизнь. После именин Армэля Брорнареда она все уши мне прожужжала, насколько Лестер хорош, как обходителен и, конечно же, красив. А как смотрит на меня — да любая женщина была бы рада оказаться на моём месте.

Как будто много смыслит в мужских взглядах! Сама-то ещё в девицах ходит.

— Думаю, мы можем заехать по дороге домой, — осторожно предложила она.

— Ты считаешь, мне в конторе мистера Этелхарда самое место?

— Но никто не узнает…

Джосс рьяно закивал.

— Никто, мисс! Я точно никому не скажу! Босс очень хотел вас увидеть. Он хочет поговорить с вами о чём-то важном.

— Босс… — я хмыкнула.

Кто же вы, Лестер? С одной стороны — утончённый аристократ, мечта светских львиц, о которой они не говорят вслух. С другой — кумир парней, которых вытащил из грязи навстречу лучшей жизни.

— Поедемте, мисс! — взмолился ликанит. — Не приедете, мне босс… то есть мистер Этелхард, голову открутит!

Пришлось соглашаться — вдруг дело и правда серьёзное?

— Конечно, я не могу позволить, чтобы тебе открутили голову. Но если это уловка…

Джосс довольно улыбнулся, прекрасно понимая, что мне нечем ему угрожать.

Сюда он добрался на кэбе, а потому в сторону конторы Этелхарда мы поехали в моём экипаже. Оказалось, саркан совсем не экономил на обустройстве своего рабочего места. Его “контора” занимала солидный дом почти в самом центре Кальна. На подходе к крыльцу я заметила два броских баннера, которые гласили, что со дня на день начнутся первые бои Сезона. Билеты можно приобрести в кассах по всему городу. А самые лучшие места — прямо тут.

Внизу располагались те самые кассы, откуда продавали билеты в самые дорогие ложи Арены. Пока они были закрыты — шла подготовка.

— Потом тут будут принимать ставки, — на ходу пояснил Джосс, хоть я и не спрашивала. — Когда будет известен список участников.

— Ты тоже выйдешь на ринг?

— Нет… Мне ещё рано, — с явным сожалением ответил ликанит.

Мы поднялись на второй этаж. Там, в приёмной, нас встретила строгого вида секретарь-эльфита. Она оглядела меня так придирчиво, будто отбирала гувернантку для дорогого сыночка — не меньше.

Лестер ждал меня внутри. Я вошла и поняла, что до его стола ещё шагать и шагать — настолько кабинет просторный. Похоже, саркан не приемлет стеснения своей свободы, в чём бы оно не заключалось.

— Зачем вы хотели меня видеть? — осведомилась я издалека, медленно ступая по полированному паркету. — Вы разучились писать? Я всё же настаиваю на продолжении общения посредством писем. После того, что вы устроили в доме Брорнареда, мне с вами лучше вообще не встречаться.

Лестер повернулся ко мне всем корпусом и облокотился о массивный стол, на котором царил педантичный порядок.

— Вы сами-то в это верите? — он небрежно поправил распахнутый ворот рубашки. Шейный платок был небрежно откинут на спинку его кресла.  — Вам не надоело следовать привычным заветам матери, тётушки и всех, кто когда-то сказал вам, что дышать с такими, как я, одним воздухом вредно? Как будто вы сразу превратитесь в распутную девицу, которую ни один приличный мужчина не возьмёт замуж!

Признаться, я немного растерялась от колкого напора, с которым он ответил мне. В его тоне чувствовалась необъяснимая досада. Может быть, даже злость.

Лестер взял в руку увесистую книгу, которая лежала рядом, и поднял её, демонстрируя обложку. Я присела в широкое кресло напротив и пригляделась к названию. И что он хочет этим сказать?!

— Вы ходите в библиотеку? Прекрасно. Это добавляет вам несколько потерянных очков.

Лестер оценил иронию — судя по тому, как на миг приподнялся уголок его рта — но снова посерьёзнел.

— Мне кажется, я окончательно понял, что вы скрываете, Клэр. И, признаться, поражён.

Горло стянуло душным спазмом. Одно дело — его догадки, против которых мне всегда было что сказать. Другое — такая ледяная уверенность, будто за дверью уже стоят констебли, которые готовы немедленно взять меня под стражу.

— И что же я скрываю?

— Я не стану пересказывать вам то, что вы и без меня давно знаете о себе, а значит, и о сакардах, — Лестер вновь положил книгу на стол. — Но теперь я понимаю, чего вы боитесь. Если верить выдержкам из хроник, таких, как вы, уничтожали за любой проступок. Истребляли веками, чтобы искоренить любые возможные отклонения в будущем. Ведьмаков, от которых рождались сакарды, лишали магии. Ваш отец ведьмак? Я ничего об этом не слышал.

Всё, что сказал Лестер настолько оглушило меня, что осталось лишь спокойно смириться с этим.

— Нет, — я покачала головой. — Но прадед по его линии был ведьмаком.

— Значит, отклонения выявились через два поколения. Интересно, почему… — Лестер покусал губу. — Ваши родители знают?

— Нет. Может, это не написано в вашей книге, но магия сакардов не действует на тех, кто родственен им по крови. Я не говорила им.

— Почему?

— Мне было страшно. Я знаю, что происходило с теми, кто “породил” сакардов. И не хочу, чтобы их это коснулось.

— Что ж, это ваше право, — согласился Лестер. — Впрочем, важно сейчас не это, Клэр, а то, что вы в опасности ещё большей, чем я считал раньше. И я хочу, чтобы вы выслушали меня. У меня есть к вам предложение.