Глава 13

POV Лиля

Даже запах в этой машине разрывает меня на части. Практически не дышу, вжимаясь в спинку пассажирского кресла. Паника опутывает руки и ноги ржавой холодной цепью. Нетрудно догадаться, что ждет впереди, и спасти меня некому. Я должна сделать это сама, но совершенно не чувствую в себе сил. События последних дней так высушили меня эмоционально, что с трудом могу собрать мысли в кучу.

Отъезжаем от универа. Возле дороги замечаю знакомый силуэт и ловлю безумный взгляд темных глаз. Взъерошенный Егор бежит за машиной. Руки сжаты в кулаки, кудряшки отброшены ветром назад. Что он делает?

– Что ты там увидела? – грубо спрашивает Гоша, ощущая себя явным королем положения.

– Ничего, – тихо отзываюсь я, отворачивась, и смотрю ровно перед собой.

– Волнуешься, не увидел ли нас твой рыжий паренек? Вы ведь расстались. Я прав?

Понимаю, что он говорит о Тиме, но не понимаю, откуда такая осведомленность, причем ложная.

– Мы с ним не…

– Брось, Лу. Неужели ты думала, что я оставлю тебя без присмотра? Ты все еще моя девочка, и я должен заботиться о тебе. Погуляла, и хватит. Ты ведь уже поняла, что никто не будет любить тебя так, как я. Да кому ты нужна, кроме меня? – хохочет Гоша, словно действительно сказал что-то смешное.

– Без присмотра? – переспрашиваю я, выхватив из его слов самую странную фразу, остальное я уже слышала, и не один раз.

– Конечно. Если меня нет в городе, это не значит, что я не узнаю, чем ты тут занимаешься.

– Митрошин! – произношу фамилию одногруппника с лютой ненавистью.

– Валя – хороший парень. Понятливый.

– Такое же дерьмо, как и ты!

– Следи за словами, Лу! – резко меняет тон Гоша, и я вжимаю голову в плечи. – Я не хочу ругаться с тобой, поэтому не вынуждай.

Тихо выдыхаю, голос разума постепенно возвращается. Пока я не придумаю хоть какой-нибудь выход, нельзя злить Гошу, тем более за рулем.

– А чего ты хочешь? – спокойно спрашиваю я.

– Обсудить наши дальнейшие отношения.

– У нас нет никаких отношений.

– Конечно, есть, Лу. Ты натворила кучу глупостей, но я готов тебя простить, если ты хорошо попросишь.

Задыхаюсь в возмущении. Простить меня? Я в чем-то виновата? Сердце трепещет, руки дрожат под натиском сильнейшего негодования.

– Я не вернусь к тебе. – Мой голос ломается, и я прикусываю нижнюю губу, сдерживая слезы.

Гоша выжимает газ, обгоняя машину впереди. Знакомый маршрут вызывает липкий холодный страх, бегущий вниз по позвоночнику. Он везет меня к себе домой. Я не хочу туда. Не хочу! Нет! Только не это!

– Мне нужно на работу, смена через час. Поговорим там, – сбивчиво тараторю я.

– Тебе не нужно больше работать. Я всегда говорил, что это лишнее. Я смогу обеспечить нас обоих.

Его крупная ладонь ложится мне на колено. Жест вызывает приступ тошноты. Нужно что-то делать, переиграть его. Гоша совсем не изменился, и это его слабость, потому что он не догадывается, как сильно изменилась я. А еще у меня есть огромное преимущество – я его больше не люблю.

Достаю из сумки телефон, искоса поглядывая на Гошу.

– Выключи его! – рычит он.

– Я должна предупредить, что не появлюсь на работе, – мягко произношу я.

Гоша расслабляется, одобрительно сжимая мое колено. Он думает, что победил, что я снова сдалась. Да прямо сейчас! Захожу на свой сайт и создаю новый блог.

«*ник в Инстаграме* Мне очень нужна ваша помощь! Посмотрите трансляцию и сделайте запись экрана! Это очень важно!

Люблю вас.

Лилу».

Открываю всеми любимую социальную сеть, которой сама почти не пользуюсь из-за ненадобности, но сейчас она может меня спасти. Выхожу в прямой эфир и опускаю телефон так, чтобы камера была направлена на Гошу. Выжидаю несколько минут, чтобы дать возможность зрителям подключиться. За окном мелькают дома, по небу плывут тяжелые облака, закрывающие солнце.

– Куда мы едем? – спрашиваю я громко.

– Разве ты сама не знаешь куда? – усмехается Гоша. – Неужели уже забыла мой адрес?

Послушно называю улицу и номер дома. Гоша довольно улыбается, все еще не понимая правил игры. Теперь я ею управляю, все козыри у меня на руках.

– И что будешь делать? Снова запрешь меня в своей квартире? Тебе не кажется, что это похоже на похищение?

– Это воспитательный момент, Лу. Если ты будешь вести себя хорошо, то мне не придется этого делать.

– А кто ты такой, чтобы воспитывать меня? Заведи себе собаку, если хочешь почувствовать себя хозяином, а я живой человек, который в состоянии самостоятельно принимать решения.

– Ты моя! – Его голос звучит как раскат грома.

– Нет, – решительно и ровно отвечаю я. – Я тебе не принадлежу и не буду делать то, что ты хочешь.

– Не заводи меня, Лиля. Ты ведь помнишь, что следует за твоими пререканиями. Я не хочу этого делать, так что не провоцируй.

– Делать что? Бить меня? И за что, интересно? За то, что я не подчиняюсь? За то, что я свободный человек и имею право решать, как жить и что делать, сама? Гоша, очнись! Ты сам слышишь, что несешь?!

Он свирепо раздувает ноздри и резко выворачивает руль на перекрестке. Остается всего несколько кварталов. Страх растет с каждым метром, что приближает нас к его логову, но я готова идти до конца. Даже драться, если будет нужно. Все что угодно, но я не войду в его квартиру. Ни за что!

– Ты хотел поговорить, – давлю я. – Говори, я тебя слушаю.

– Зайдем домой и поговорим.

– Я никуда с тобой не пойду.

– Это мы еще посмотрим.

– Ты ненормальный, слышишь? Псих! Я не твоя и никогда больше твоей не буду.

– Уверена, Лу? Я напомню тебе, кто ты и зачем нужна.

– Я пойду в полицию.

– Не-е-ет, не пойдешь, – ухмыляется он, крепче сжимая руль и прибавляя газ. – Ты меня любишь и будешь счастлива, как раньше.

– Я никогда не была с тобой счастлива. Никогда! Ты унижал меня, запирал, бил, пользовался мной, как тряпкой. Ты сломал и уничтожил маленькую девочку, разбил ей сердце и втоптал ее мечты в грязь. Но я больше не она, Гоша. И ты мне противен, слышишь? Я тебя ненавижу!

– Это все из-за него? Из-за этого Тимофея? – распаляется он. – Ты с ним спала?! Отвечай мне! Спала?!

Сердце колотится как бешеное. Рука, сжимающая телефон, трясется, как от удара электрошокером.

– Это не твое дело. Моя жизнь теперь вообще не твое дело.

– Ты не нужна ему. Никому не нужна. Ты жалкая, маленькая…

Я не первый раз слышу что-то подобное от Игоря. Его любимый прием – заставить меня чувствовать себя ничтожеством, недостойным любви, но сейчас это не сработает. Я знаю, кто я такая. Знаю, какой хочу стать, и стану. И у меня есть огромная поддержка. Разворачиваю немного телефон и вижу цифры на счетчике – двадцать семь тысяч человек. Комментарии сыпятся с немыслимой скоростью. Я не одна. Больше нет. Слабая улыбка появляется на губах, плечи расслабляются:

– Главное, что мне не нужен ты, Гоша.

Машина резко тормозит во дворе, и я готова. Дергаю дверную ручку и выскакиваю наружу, вытягивая перед собой телефон. Гоша громко хлопает дверью и шагает ко мне. В его глазах звериная ярость, еще немного, и пена пойдет изо рта. И меня почему-то это даже забавляет.

– Стой на месте, звезда, – весело говорю я, – скажи привет моим подписчикам.

Игорь замахивается правой рукой, собираясь выбить телефон, но я отскакиваю назад.

– А вот так лучше не делать. Давай-ка я тебе кое-что объясню, – смело произношу я. – Мы сейчас в прямом эфире. Митрошин не рассказал тебе, что у меня есть огромное сообщество в сети, почти сто тысяч человек? Нет? Вот это упущение. Так вот сейчас большая часть из них смотрит на наш концерт и ведет запись. Адрес я произнесла, и, если прервется связь, они вызовут полицию. Да, ребята? – обращаюсь к подписчикам, но не свожу взгляда со своего бывшего кошмара.

Гоша ошарашенно хлопает глазами и открывает рот, но не может ничего произнести. Зато мне есть что сказать.

– Познакомьтесь, любители Свободы, этот человек привык лишать людей права выбора. Он похититель Свободы, и, если уж мой блог иногда бывает поучительным, то вот вам один из уроков. Никому! Никогда! Не позволяйте указывать вам, как жить и что делать. Такие люди любят прикрываться чувствами к вам, заставляют поверить в их любовь и не скупятся на комплименты и широкие жесты. Будьте бдительны! Сколько бы раз парень, или девушка, или кто угодно ни говорил вам о любви и заботе, но если он пытается контролировать каждый ваш шаг и вздох, бегите от него. Бегите и не оглядывайтесь! Это не любовь, это тирания. Он не имеет права. Никто не имеет права. Жизнь ваша, и главный в ней всегда вы. И даже если вам кажется, что вы его любите и готовы ради него пожертвовать всем, подумайте хорошенько. Возможно, вы на крючке манипулятора. Любящий человек не заставит вас чувствовать себя разбитым, он никогда не причинит вам намеренно боль. Любовь – это поддержка, вера и понимание. Не чувствуете этого? Вы у меня умные, наверняка уже и сами догадались, что я хочу сказать.

– Хватит! – кричит Игорь и ударяет меня по руке, выбивая телефон. – Спектакль окончен! Ты совсем от рук отбилась, Лиля! Что ты себе позволяешь?!

Он хватает меня за шею и толкает в сторону подъездов.

– Пошел ты! – ору я, вырываясь изо всех сил. – Отпусти! Я никуда с тобой не пойду! Помогите!

– Тише ты, дура!

Но я не собираюсь молчать, даже не подумаю. Терпеть это снова? Какого черта?! Во имя чего?! Я не знаю, чем думала раньше. Похоже, вообще ничем не думала. Такого обращения никто не заслуживает, а такие уроды, как Игорь, должны быть как минимум высланы с нашей планеты в колонию где-нибудь на Юпитере. И все их жертвы наконец осознают, что клеймо никчемности они получили отчасти по своей вине. И не потому, что вынудили тиранов, а потому, что сдались и согласились существовать, а не жить.

Схватка набирает обороты. Гоша, конечно, сильнее меня, и это плохо. Единственное, на что остается надеяться, что кто-то из подписчиков все-таки вызвал полицию. Если честно, мне казалось, что запугивания хватит, но бывший слетает с катушек и еще больше звереет. Гоша держит меня за руку чуть выше локтя и отводит вторую руку назад, чтобы влепить мне по лицу. Его сумасшедшие глаза последнее, что я вижу, прежде чем зажмуриться в ожидании горячего хлесткого удара.

Проходит одна секунда. Две. Кожи лица касается только ветер. Открываю глаза и не верю им: Егор крепко держит кулак Игоря, а Тим сжимает его шею в удушающем захвате. Что они здесь делают?!

– Отпусти ее, – звучит хриплый голос Егора.

Нет, не Егора – Гратиса. Сердце радостно вздрагивает и бьется так, будто танцует. Мурашки бегут по шее и груди. Выдыхаю, чтобы сделать новый глоток чистого воздуха.

– Сейчас же, иначе полицейские тебя уже не соберут, – продолжает угрожать Егор.

Гоша подчиняется, разжимая пальцы на моем предплечье, но через мгновение делает рывок вперед, чтобы освободиться. Парни методично пускают кулаки в ход. В челюсть! В живот! Гоша корчится от боли, Егор и Тим все еще владеют ситуацией.

– Подождите меня! – кричит высокий парень, шагающий с другой стороны двора. – Я тоже хочу поучаствовать!

За ним идет еще один парень повыше. Вся команда Гратисов в сборе? Так их четверо или кто-то лишний? Каша в голове, эмоции на пределе. Верчу головой из стороны в сторону, не понимая, что делать.

– Лиля, – ласково произносит Егор, заставляя мой взгляд остановиться на нем, – мы разберемся. Зайди в ближайшее кафе и подожди там, пожалуйста.

Ноги слабеют, адреналин перестает поддерживать подъем сил. Отшатываюсь, обнимая себя за плечи. Да, их четверо, но Гоша… Он сумасшедший и огромный. Если они начнут разбираться, кто-то может пострадать. Из-за меня!

– Я позвоню в полицию, – заявляю я решительно и бегу к тому месту, где выронила телефон.

– Пока не надо. Мы сами решим все проблемы, – спокойно говорит Егор. – Правда, Игорь? – Это уже сказано зловещим тоном.

– Конечно, – дерзко отвечает бывший и плюет на землю, глядя на меня.

– Тогда я остаюсь, – упрямо говорю я, но дрожь в голосе выдает мое состояние.

– Тим, – командует Егор, – уведи ее отсюда.

– Но… – возмущается он.

– Мы справимся.

– Привет! – весело говорит новоприбывший крепыш и тут же бьет Гошу по лицу. – Кусок говна!

– Заха! – вскрикивает Егор. – Тим, забери ее отсюда! Живо!

Замечаю в окнах многоэтажки любопытных жителей. Я ведь звала на помощь, но никто из них не вышел. Какими же бесчувственными и безучастными люди бывают иногда. По-настоящему можно рассчитывать только на близких. И я сама уже не понимаю, есть они у меня или все-таки нет.

Тим подходит ко мне и обнимает за плечи:

– Все будет хорошо, напарница. Идем!

Ближайшее кафе оказывается шумным местом, полным молодежи. Все любят бургеры и картошку фри, только вот меня мутит от одного запаха.

– Давай сядем на улице. Займи столик, а я закажу. Что ты хочешь? Лимонад? Ты вообще голодна? – спрашивает Тим, не скрывая волнения. – Может, взять тебе вегетарианский бургер или рыбный ролл?

– Нет, спасибо. Я ничего не хочу.

– Я все-таки возьму нам по лимонаду. Там такая жара, и у тебя губы пересохли.

Отстраненно киваю и пробираюсь к выходу на открытую террасу. Сажусь за столик и словно погружаюсь под толщу холодной воды. Все, что случилось, стало для меня большой неожиданностью. Тим, Егор, еще двое. Они пришли на помощь, и я не понимаю почему. Какое им дело до меня? Это игра в рыцарей ради развлечения? А может, они просто хорошие ребята и это никак не связано со мной лично? Думаю, это стечение обстоятельств, но я рада, что они появились. Еще неизвестно, чем бы эта история закончилась.

Вздрагиваю от внезапного появления Тима. Он ставит передо мной пластиковый стакан, наполненный колотым льдом, мятой, лаймом и газировкой.

– Извини, – произносит он, занимая стул напротив.

– Все нормально, – отмахиваюсь я, глядя в сторону двора.

– За кого ты переживаешь?

Поворачиваюсь к Тиму, нахмурившись:

– Издеваешься?

– Пытаюсь разрядить обстановку. Успокойся, Лиль, пацаны сейчас ему доступно объяснят, как дальше жить. Как твоя рука? Болит?

Прижимаю ладонь к покрасневшей коже под рукавом футболки и качаю головой:

– Нет. Как вы узнали?

– Ты заблокировала мой номер, но доступ к сайту не запретила, – улыбается Тим.

Он чувствует себя героем? С одной стороны, так и есть, а с другой – этот человек лгал мне: называл меня другом, а сам…

– Так вы с Егором знакомы? – спрашиваю я без удивления, не пытаясь скрыть, что уже и так знаю ответ.

– Мы ведь при тебе познакомились, – быстро отвечает Тим, вонзая иглу в мое и без того ноющее сердце, – он видел, как вы отъезжали с Игорем от универа, встретил меня и…

– Будешь продолжать это шоу? – устало вздыхаю я.

Тим настороженно прищуривается, непринужденность сползает с его лица:

– О чем это ты?

– О том, что детектив из меня лучше, чем ты думаешь. Я знаю, кто примчался мне на помощь – команда Гратисов в полном составе.

Смотрим друг другу в глаза. Во взгляде Тима появляется осознание, и он медленно сглатывает, сохраняя напряженное молчание.

– Можешь больше не притворяться, что мы друзья, – подвожу итог я.

– Но мы друзья! – твердо заявляет Тим, вновь причиняя мне боль. – Лиля, я все объясню.

– Нет необходимости. Я уже и так все знаю.

– Я твой друг! – повторяет Тим, стараясь убедить меня или себя, непонятно. – Все сложнее, чем ты думаешь, но именно это правда. Поверь мне!

– Поверить тебе? – горько усмехаюсь я. – Уже один раз поверила.

– Мы собирались тебе все рассказать, после того как… – Тим запинается и делает глоток лимонада, поморщившись. – Послушай, мне жаль, что пришлось тебя обмануть, но если бы не это, то я вообще с тобой не познакомился бы, а это уже потеря потерь.

– Тим, я не собираюсь обвинять тебя или читать нотации, как правильно, а как нет. Это ваше право – защищать то, что важно. Об одном только прошу, хватит! Не впутывайте меня больше, я вышла из игры. Вам ничего не угрожает, обещаю. Ты не обязан сейчас оправдываться или прикрываться нашей несуществующей дружбой.

– Лиль, ты вообще меня слышишь?

– А ты меня?

Между нами пляшут искорки внутренней борьбы. Ни один из нас не готов сдаться. И если себя я могу понять, то его не очень. В этом ведь нет никакого смысла.

– Кто тебе все рассказал? – спрашивает Тим, тяжело вздыхая.

Пожимаю плечами и хватаю стакан с лимонадом:

– Уши.

– Но как?

– Какая разница? Главное, что я все знаю. Ты меня отвлекал-развлекал, Егор тоже, лишь бы я не узнала вашу тайну. Если бы мы вели счет, то победа бы досталась мне, но я его обнуляю, так что…

– Все не так!

– Да ну? Тим… – У меня не хватает слов, да и сил тоже.

– Слушай, ты можешь злиться на меня, я заслужил, но Егор… – Тим нервно мотает головой. – Он даже не был в курсе того, что я делаю. Когда он пришел к тебе как Гратис, все было по-настоящему. Это не было отвлекающим маневром.

Воспоминания о том вечере учащают сердцебиение, но не так, как еще полчаса назад, а по-хорошему. Это приятное волнение, нежные чувства. Это то, что я ощущала тогда и ощущаю сейчас. Такое не вырвешь из себя просто так. Чувства порабощают, и я так боюсь снова угодить в эту ловушку.

– Лиля, я могу сказать только одно – прости меня. Не все, что мы делали вместе, было по плану. Ты на самом деле классная девчонка, только не думай, что я к тебе клеюсь. – Тимофей снова говорит в клоунской манере великого мачо, что заставляет меня намного ослабить оборону. – Я сейчас не могу рассказать тебе все-все, это должен сделать другой человек, но я твой друг, нравится тебе это или нет.

– Не знала, что можно дружить насильно, – обессиленно усмехаюсь я.

– Конечно, можно! Я буду таскать тебя в пиццерию, пока ты не перестанешь влезать в свои любимые джинсы. Буду приходить к тебе на чай и расспрашивать о том, как твои дела. Буду защищать тебя от всяких дебилов бывших. Буду плакаться тебе о своей неразделенной любви, в конце концов!

– Ну это уже перебор, – закатываю я глаза, а после улыбаюсь, сдерживая слезы.

– Прости меня, Лиль, – с сожалением говорит Тим, пронзительно глядя мне в глаза.

Делаю пару глотков холодного лимонада, ветер сдувает нервное напряжение. Волосы щекочут щеки, и я стираю с ресниц соленые капли. Смотрю на Тима, и его искреннее беспокойство шепчет моей интуиции: «Он твой друг». Склоняю голову и улыбаюсь:

– Ну тогда признавайся, напарник, пока я даю тебе такую возможность, в чем еще ты меня обманул? Надеюсь, хоть Батя действительно твой пес и ты не украл его у какой-нибудь бедной соседки.

– Не-е-е, Батя мой, – отвечает Тим, немного расслабившись, и задумывается на несколько мгновений. – С Егором я знаком еще со школы. Длинный, который Костик, третий наш друг и третья личность Гратиса. Он действительно учится в Академии искусств на звукорежиссера. Именно он был на пресс-конференции. Ты, кстати, испугала его до чертиков.

Я усмехаюсь. Информация веселит, но, если подумать, смешного здесь мало.

– Насчет моей девушки… – запнувшись продолжает Тим.

– Маши? – уточняю я.

– На самом деле я ни с кем не встречаюсь. Маша – моя сестра.

– Ты ужасен! – говорю я без зашкаливающей враждебности, но с долей обиды.

– Я знаю, – страдальчески тянет Тим, запрокинув голову. – Лиля, ну прости. Во время нашей первой встречи…

– Это когда Батя съел мое мороженое? Это ты тоже подстроил?!

– Нет! Это действительно произошло случайно. – Тим поднимает руки ладонями вверх в открытом жесте. – Клянусь! Просто ты тогда так холодно на меня отреагировала, что когда я понял, кто ты, то решил подстраховаться. Подумал, нам будет проще сблизиться, если ты услышишь, что у меня есть девушка и я не пытаюсь к тебе подкатить.

– Какой ты умный, – раздраженно хмыкаю я.

– Сколько раз мне еще извиниться? – тяжело вздыхает он.

– Не знаю. Все это непросто принять, понимаешь? Столько лжи…

– Да, – расстроенно отзывается он, опуская голову, точно провинившийся щенок.

Прикрываю глаза, вдыхая теплый воздух пыльного города, и понимаю, что чувствую себя совершенно спокойной. И это благодаря моим обманщикам.

– Сегодня вы спасли меня. Если бы не вы…

Тим протягивает руку, накрывая мою ладонь, и заглядывает в глаза:

– Я же обещал, что не дам тебя в обиду. Это была чистая правда от всего сердца.

– Спасибо, – с искренней благодарностью произношу я.

– Что мы пропустили? – звучит веселый голос, в котором слышится звонкое клокотание адреналина.

Тим отпускает мою руку, и за наш столик садится тройка героев: тип, который с большим удовольствием бьет всех без разбора, Егор и высокий худой парень, опасливо косящийся на меня.

– Ну и вкус у тебя, малая. В следующий раз выбирай кого-нибудь поменьше.

– Заха, замолчи! – обрывает Егор говорящего. – Лиля, ты как?

Поворачиваюсь к нему. С облегчением отмечаю, что его лицо цело, только мышцы так напряжены, что каждая черта будто высечена из камня.

– Нормально. Спасибо. Спасибо вам всем. Я…

– Не за что, малая, обращайся в любое время. Блин! Теперь жрать хочется, – говорит непонятный мне Заха.

Кто это вообще такой? Ладно, если он с ребятами, значит, их друг, а заодно и один из моих спасителей.

– Давайте я вас угощу, – предлагаю я, спохватившись.

– Давай! – сияет Заха. – Я буду самый большой бургер и холодный кофе.

Кофе? Работа! Черт возьми!

Смотрю на время на пыльном экране телефона. До начала смены осталось всего восемнадцать минут.

– Я опаздываю на работу, – произношу я глухо, прикидывая в уме, хватит ли мне денег на такси.

– Дай мне ключи от машины, – резко произносит Егор, обращаясь к Захе.

– Эй! Кот ее мне одолжил! Сказал, что голову оторвет, если…

– Давай ключи! – повторяет Егор грубо.

– Сам перед ним отвечать будешь, – обиженно бубнит Заха, протягивая связку ключей.

Егор поднимается с места и кидает на стол несколько купюр:

– Закажите себе что-нибудь. Лиля, поехали, я тебя отвезу.

Перехватываю одобрительный взгляд Тима и поднимаюсь с места. Егор замечает наше переглядывание и уверенно берет меня за руку, утягивая за собой. Теперь я точно узнаю в нем парня, с которым целовалась на качелях во дворе. Гратис – ревнивец, а значит, и Егор тоже. Странно. С чего бы ему меня ревновать после всего?

Первые несколько минут в салоне автомобиля стоит неловкая тишина. Егор крепко держит руль, направляя машину в центр города, а я сижу рядом, пытаясь переварить произошедшее и понять, что мне делать дальше.

– Я так понимаю, если ты не сыплешь вопросами, то уже и так все знаешь, – наконец-то нарушает молчание Егор.

– Не все, но…

– Лысый – балабол, – нервно выпаливает он.

– Лысый – это Тим? – уточняю я, потому что уже запуталась в кличках и вторых именах.

– Да, я просил его не говорить тебе ничего, потому что хотел сам все объяснить.

Хватит уже тайн и лжи. Надоело. Пора снять маски. Всем!

– Я знала достаточно еще до сегодняшнего дня. И Тим здесь ни при чем, – отвечаю я честно.

– Но откуда?

Рассказываю Егору о своей операции после пресс-конференции. Во мне борются неловкость, стыд и желание поскорее закончить весь этот спектакль. Ложь порождает ложь. Мы скоро попросту утонем в этом вранье и захлебнемся в тайнах. Егор на удивление спокоен, слушает и не перебивает. Все совсем не так, как в тот раз, когда я влезла в гримерку Гратиса.

– Твое любопытство иногда граничит с безумием, Лиля, – произносит он, выслушав историю до конца.

– Не стану отрицать.

Снова повисает гнетущая тишина. Наверное, это наша последняя встреча. Чувствую это, и сердце жалобно скулит, но я должна была все рассказать, чтобы поставить точку. Егор не обязан принимать меня такой, и он не примет.

– Я хотел тебя в это посвятить. Правда хотел. Но у меня были причины этого не сделать. Твой блог, твоя гиперактивность. Я не знал, как ты распорядишься информацией, которую получишь, а для меня она имеет огромное значение.

– Я понимаю.

Мой взгляд направлен сквозь лобовое стекло, но я практически ничего не вижу из-за пелены непролитых слез. Как же все запуталось, завертелось. Рядом со мной сидит парень, который вызывает море эмоций, который восхищает меня и манит, но… Из-за ошибок, наших общих ошибок, все разрушено. Я не знаю, можно ли еще что-то исправить. Смогу ли я доверять? А он мне? Значит ли что-то тот поцелуй и наша ночная переписка? Стоят ли они теперь хоть что-то?

Машина останавливается, попав в небольшой затор. До кофейни остается совсем немного, я могу дойти и пешком. Стоит только подумать о том, чтобы попрощаться и выйти из машины, как рука Егора находит мою. Нежный жест, совсем не принуждающий к чему-либо, но я поддаюсь без сопротивления. Егор переплетает наши пальцы и притягивает мою руку к лицу. Горячие мягкие губы касаются запястья, а я улетаю в космос, не в силах оторвать взгляд. Егор горячо выдыхает, прикрыв глаза, будто с трудом сдерживается от чего-то необузданного и взрывного. Он находит мой взгляд и опускает наши сцепленные руки:

– Лиля, на самом деле я очень прямолинейный человек и терпеть не могу ходить вокруг да около. И я так же, как и ты, не умею прощать обман, но… Я просто не хотел проигрывать. Не хотел тебя упустить. Ситуация не очень, согласен, и все же я не готов сдаться. Ты нравишься мне, Лиля. Сегодняшний инцидент чуть было с ума меня не свел. Сразу скажу, не пугайся, но я познакомился с твоей бабулей. Она ничего не знает, думает, что я просто влюбленный парень с прибабахом, который тебя ищет, чтобы во всем признаться. По сути, так и есть.

Сердце на миг замирает, словно не может поверить в происходящее, как и я, а затем стучит с удвоенной силой. Не отвожу взгляда от Егора, который теперь смотрит перед собой, по-прежнему крепко держа меня за руку.

– Лиля, я хотел бы попросить тебя хотя бы попытаться меня понять. Сейчас все мои слова звучат как оправдания, но ничего лучше правды у меня нет. У меня тяжелый период в жизни, слишком много моментов, которые нужно решить и исправить. Хвосты в универе, работа в клубе, контракт для Гратиса. Мозг на пределе, я не спал уже… Да я даже вспомнить не могу, когда последний раз спал, но ты… Я не хочу тебя терять, поэтому, пожалуйста, если ты хочешь продолжить то, что случилось между нами, то дай мне немного времени. Мы начнем по-нормальному, с самого начала. В открытую, и никаких больше тайн.

Егор поворачивается ко мне. Красивый кудрявый парень с такой широкой, но грустной душой. Я еще в первую встречу увидела его печаль и усталость и теперь точно знаю, чего ему на самом деле так не хватает помимо здорового сна: любви, поддержки, заботы. Одиноким можно быть даже в толпе. В конце концов, бабуля права, мы стадные животные, и инстинкты не врут. Друзья друзьями, но ничто не может подарить тебе столько силы и уверенности, как любовь. Чистая, прекрасная, чуткая и нежная.

Внутреннее признание становится открытием даже для меня. Я влюблена в него? Такое возможно? Хотя я ведь знаю его куда дольше, чем он думает. И неважно, как его называть: Егор, Гратис, Кудрявый, хозяин «Тайной комнаты». То, что я чувствую к нему, ясно как день. И, по-моему, это очень даже взаимно.

– Сколько? – спрашиваю я, утихомиривая сбившееся от волнения дыхание.

– Что?

– Сколько времени тебе нужно?

– Две недели. Всего лишь две недели.