Глава 15

POV Егор

Глаза нестерпимо щиплет от яркого света монитора, но я продолжаю вглядываться в текст, намереваясь закончить, потому что сроки поджимают. Завтра. Уже завтра случится то, что освободит меня и позволит сделать огромный шаг вперед. Но чем больше я думаю о концерте и о том, что последует за ним, тем хуже себя чувствую.

Часы в нижнем углу экрана показывают половину четвертого утра. Время издевается надо мной. Почему нельзя добавить еще пару часов в сутки? Тогда я смог бы спать больше чем по три часа в день. Закрываю файл и выключаю компьютер, погружая кабинет в кромешную тьму. Откидываюсь на спинку стула, заводя руки за голову, чтобы размять затекшую спину, но груз ответственности не перестает давить на плечи. Завтра я должен буду отдать часть себя чужим людям, без возможности вмешаться в ее дальнейшую судьбу. Такое чувство, что продаю душу дьяволу, и, насколько мне известно, еще ни разу это не оборачивалось в пользу продавца.

Правильно ли я поступаю? Неужели действительно нет другого варианта? Каждый раз, глядя в глаза Лиле, вижу в них просьбу не делать этого. Она не говорит мне ничего, но и не скрывает своей позиции насчет продажи Гратиса. И снова выбор. Осуществить давнюю мечту и получить клуб или побороться за другую и, возможно, потерять все? Музыкальная индустрия для меня темный лес. Сегодня ты на вершине, а завтра уже никому не нужен. Стоит ли так рисковать, упуская возможность разделаться с Леной и ее семьей и по-настоящему освободиться? Третьякова последние несколько дней избегает меня всеми возможными способами. Не берусь угадывать, что это значит. То ли действительно успокоилась, то ли вынашивает план мести. В любом случае стоит попрощаться с ней как можно скорее.

Кручу в руках телефон. Желание поговорить с кем-нибудь борется с совестью, которая настойчиво напоминает, что все нормальные люди уже давно спят. Совесть побеждает, я не привык перекладывать ответственность на кого-то другого. Покидаю кабинет и закрываю клуб. Я столько сил вложил в это место, оно тоже часть меня, и я не могу его бросить. Просто не могу. Ночь провожает до дома, но внутри ждет не сонная тишина, а шум футбольного матча и шуршание целлофана.

– Принеси мне пиво из холодоса! – кричит Захар.

– Ты не хочешь хотя бы спросить, кто это? Вдруг воры! Когда ты уже научишься запирать дверь?! – нервно отвечаю я и плетусь к холодильнику.

– Если ты вор, то можешь взять и себе бутылочку, а если мой нудный младший брат, то иди в жопу! – смеется он.

Вздыхаю и иду в гостиную, прихватив две бутылки. Устало падаю на диван рядом с братом, протягивая ему пиво.

– Спасибо, малой. Тяжелый день?

– А бывают другие?

Сидим молча несколько минут, на экране телевизора бегают спортсмены. Никогда не любил футбол. Что в нем может быть интересного? Если ты сам не играешь, конечно, а это у нас уже по части Тима.

– Готов к завтрашнему концерту? – внезапно спрашивает Захар, чем меня очень удивляет.

Его интерес к моим делам обычно сводится к тому, сколько денег я могу ему одолжить. Может, и сейчас рассчитывает на хороший кусок пирога? Зря.

– Что ты хочешь, Зах?

– Знаешь, мне уже начинает надоедать, что ты считаешь меня бесчувственным козлом, – с натуральной обидой отвечает он и достает из-под подушки помятый конверт.

Увесистая вещица падает мне на живот, и я с недоверием смотрю на брата:

– Что это?

– Выход, – спокойно отвечает Захар. – Да ну! Чтоб вас! Кривоногие идиоты! Кто так бьет?! – кричит он на телевизор.

Раскрываю конверт и теряю дар речи. Внутри лежит внушительная пачка крупных купюр.

– Захар, что за деньги? Где ты их взял?

– Ну а как ты думаешь? Украл, конечно! – усмехается брат и одним махом выпивает половину бутылки.

– Захар!

– Что? – отвечает он с улыбкой и вытирает рот тыльной стороной руки. – Выиграл я! Ставки на спорт рулят! Не благодари. Хотя нет, целуй мне ноги и пой аллилуйю!

– Такую сумму? Выиграл? Ты меня совсем за идиота держишь?

– Егор, хватит уже меня обижать, я ведь и передумать могу. Три месяца я в этой фигне копошился, разбирался, что к чему. Немного мозгов, капелька удачи, и я спасаю своего любимого младшего от… Да чтоб вас! Черти поганые! – Он снова отвлекается на игру.

Немного мозгов – это как раз про него, но деньги-то настоящие. Быстро пробежавшись по купюрам пальцами, понимаю, что здесь вся сумма, что я должен Третьякову. Может быть, даже больше.

Хватаю пульт и выключаю телевизор, разворачиваясь к брату:

– Может, объяснишь нормально?

– Все тебе нужно объяснять, малой, – кривляется Заха и треплет меня за щеку, как в детстве, за что получает шлепок по руке. – Ой, ладно! Любитель все разложить по полочкам. Ты ведь не хочешь завтрашней сделки и поэтому ходишь страдаешь, как девственница перед… Ну ты понял. Я же всегда был рядом, Егор. Может быть, я не самый образцовый брат на свете, но, по крайней мере, не слепой. Я видел твое первое выступление здесь, в клубе, видел тебя после… Это был совсем другой ты, счастливый, как я от бутылки текилы. Потом вы замутили всю эту движуху с переодевалками и выпустили на сцену Длинного. И что я увидел? Ты ведь не можешь смотреть на то, как даже твой лучший друг поет вместо тебя, а теперь собираешься продать свое альтер эго совсем непонятным людям. Да, я знаю, что такое альтер эго. Не ржи, а то в глаз дам.

Но я и не собираюсь смеяться. Меня словно молнией ударяет осознание того, насколько хорошо меня понимает брат, с которым в последнее время мы находимся не в лучших отношениях.

– Вот так-то, – продолжает Захар. – А вообще я горжусь тобой. Ты реально молодец, я бы так не смог. Поэтому, – он переводит взгляд на конверт, – хочу помочь.

– Ты отдаешь мне эти деньги просто так?

– Вообще-то я рассчитывал на процент от доходов клуба, – прищуривается Заха, – но если ты откажешься, то забирай просто так. Я еще выиграю. В любви мне точно не везет, значит, мой удел – лотереи. Да и малая твоя счастлива будет, глядишь, даст тебе наконец.

– Заткнись!

– Ладно-ладно, не быкуй. Я тут тебе душу изливаю, а ты…

Вздыхаю, закрывая конверт. Неужели все так просто?

– Спасибо, Зах. От души, – произношу я глухо.

– Да на здоровье. Как насчет процента?

– Будет тебе процент.

– И-и-иху-у-у! Можно теперь я досмотрю матч? – нетерпеливо спрашивает Захар.

Кидаю ему пульт и встаю с дивана, полностью погруженный в мысли. У меня в руках ключ, и теперь главное – найти нужную дверь и придумать, как устроить настоящее шоу.

POV Лиля

– Лилечек, к тебе пришли! – кричит Ба из-за закрытой двери в комнату.

– Если это не мистер Хайзенберг, то меня нет! – отзываюсь я, не отрывая головы от подушки.

– Тебя привлекают мужчины за пятьдесят? А Егор в курсе?

Оборачиваюсь и вижу рыжую башку и счастливую улыбку.

– Что ты здесь делаешь? – спрашиваю я, нехотя поднимаясь и морща нос.

– Ты знаешь что, Лиля, не придуривайся.

– Я только что разговаривала с Егором и четко обозначила свою позицию. Я никуда не пойду!

– Пойдешь, – твердо кивает Тим. – Ну или поедешь у меня на шее. Я не могу облажаться, это мое искупление за то, что рассказал тебе о контракте и продаже.

– Слушай, я обещала не лезть и не лезу, но смотреть на это не хочу. Да я прорыдаю весь концерт, понимая, что он последний!

– Он не последний, – говорит Тим и садится на край кровати.

– Он последний настоящий! – протестую я.

– И ты не хочешь его увидеть?

Шумно выдыхаю, закрывая глаза. Я мучаюсь уже полдня. С одной стороны, мне хочется запечатлеть этот момент в памяти, а с другой – это больше грустное событие, чем радостное. Я пас.

– Нет. Не хочу.

– Лиля… – жалостливо произносит Тим, не теряя надежды меня уговорить. – Ты должна быть там. Ты одна из нас!

– Мне придется с ним попрощаться, а я это ненавижу.

– Концерт Гратиса не будет полным без его главной фанатки, – не сдается он.

– Там будет их предостаточно, – недовольно парирую я.

– Лиля, блин! Ну что ты такая… Тяжелая! Ты нужна нам. Пожалуйста! Ты нужна Егору, сделай это для него. В любом случае я должен притащить тебя на концерт, и я уже готов взять тебя за ноги и…

– И получить пяткой в глаз.

– Даже если так.

Тим смотрит на меня не моргая, проламывая защиту. Запрокидываю голову, глядя в белый потолок.

– Ладно. Черт с вами! Я пойду!

– Фух! – театрально выдыхает Тим. – Я действительно подумал, что придется силой тебя приволочь.

– Силенок бы не хватило, – усмехаюсь я без особого энтузиазма.

– Ой-ой, ну да. Давай собирайся. Я, конечно, не милый манерный друг, который должен тебя накрасить и помочь с выбором наряда, но, – Тим замолкает, хитро улыбаясь, – у меня есть кое-что получше.

Он достает из рюкзака лимонную толстовку и такого же цвета балаклаву и бросает их на кровать. Сам же натягивает зеленую толстовку с белой надписью на груди – «#ПойматьСвободу».

На площадке за городской площадью собирается уйма народу, даже предположить не могу, сколько именно. Проходим вместе с Тимом по флаерам в фанатскую зону перед сценой, и я замечаю несколько знакомых лиц. Слава приветливо машет мне, рядом с ним стоит обнимающаяся парочка: Богдана и, по всей видимости, ее парень. Не может же она так прижиматься к какому-то левому чуваку.

– Мне нужно за сцену, – громко говорит Тим мне на ухо. – Не скучай!

Он убегает, оставляя меня одну. Ну или не совсем одну.

– Лиля! – кричит Богдана, подзывая меня. – Привет! И ты здесь?! Круто! Ребята, рада представить вам главного обозревателя творчества Гратиса – Лилу Холмс!

– Можно просто Лиля, – смущенно отвечаю я, заметив на себе еще парочку удивленных взглядов.

– Лилу Холмс?! – вскрикивает миниатюрная брюнетка и принимается яростно трясти высокого светловолосого парня за плечо. – Я обожаю твой блог! Тема, ты слышал?! Это Лилу Холмс! Она ведет блог-расследование!

Натянуто улыбаюсь, чувствуя себя на выставке уродцев.

– Ася, угомонись, ты ее пугаешь, – смеется Богдана. – Лиля, давай я тебя тоже со всеми познакомлю. Славика ты уже знаешь, а это Люба, его девушка.

За Славой стоит высокая красивая шатенка, которая с энтузиазмом маленькой девочки уплетает сладкую вату. Она подмигивает мне, не отвлекаясь от процесса, и я киваю ей в ответ.

– Это Богдан, мой парень, – с гордостью продолжает Богдана.

– Для своих просто Кот, – отзывается он и протягивает мне руку.

С заминкой, но все же пожимаю ее, заметив добрый блеск в серых глазах.

– А это Ася и Артем! Не волнуйся, если что, Тема сможет сдержать свою девушку, – усмехается Богдана.

– Я очень рада знакомству, – говорит Ася и бросается ко мне с обнимашками. – Твой блог просто супер!

– Спасибо, – отвечаю я испуганно, не ожидая такого напора.

– Рыжая, ты меня перехвалила, – произносит Артем и выдавливает улыбку сожаления, глядя на меня. – Нужно было все-таки дать ей успокоительное.

Он отрывает от меня Асю и возвращает в свои объятия.

– Рад знакомству, Лиля.

– Взаимно, – искренне отвечаю я.

– Ну что? Повеселимся сегодня?! – с предвкушением говорит Богдана.

Артем и Кот переглядываются, а после тяжело вздыхают.

Всеми силами стараюсь не думать о том, что будет после концерта, и наслаждаюсь любимыми песнями и любимым исполнителем. Ребята, кстати, очень помогают. Танцуем вместе с девчонками, подпевая во весь голос, и много смеемся. Потрясающее чувство свободы дарит крылья, словно нет никакой другой жизни, а только здесь и сейчас.

Слушаю красивый голос и пропускаю сквозь себя строки, которые лечат душу. Так странно смотреть на сцену и не гадать, кто скрывается под маской. Больше чем уверена, сейчас там в свете софитов и с микрофоном в руке стоит Егор. Никто, кроме него, не выдал бы такой мощный энергетический взрыв. Решил все-таки попрощаться с образом, примерив его в последний раз? Наверное, ему тоже непросто. Не знаю, видит ли он меня, но, надеюсь, чувствует присутствие и поддержку. Все-таки я рада, что пришла. Тим прав, я должна быть здесь. Тоже должна попрощаться.

Небо с каждой минутой становится все темнее, вокруг площадки включают дополнительное освещение. Надеваю балаклаву вместо шапки, подворачивая края вверх. Устала уже выпутываться из растрепанных прохладным ветром волос.

– Слушайте! Вот это концерт! – говорит с восторгом Богдана.

– Ага! Лучший вечер в моей жизни! – скачет на месте Ася.

Улыбаюсь девчонкам и устремляю взгляд на сцену, где стоит мой кумир. Заканчивается очередная песня, но новая мелодия не спешит начинаться. Сердце вздрагивает, когда Гратис подносит микрофон к губам.

– Спасибо вам, что приняли меня и мои песни. Вы и есть Свобода. Каждый из вас!

Народ взрывается аплодисментами и одобрительными криками, а я не могу пошевелиться, ведь Гратис смотрит точно в мою сторону.

– У меня есть обращение к одной особенной девушке, если вы мне позволите.

И снова толпа верещит и вопит, подбадривая его. Не вижу лица Егора, но точно знаю, что он улыбается. Гратис начинает петь без аккомпанемента. Голос обнимается с ветром и разносится на много метров вокруг, но самое важное, он касается моего сердца.

Не свожу с него взгляда, понимая, что каждая строчка адресована мне. На глазах наворачиваются слезы, шум оживленной толпы отступает на задний план.

– Ну же, Лилу Холмс! Твой выход! – говорит Гратис. – Ты меня поймала. Поднимайся на сцену.

Чувствую на себе несколько десятков удивленных взглядов. Ася и Бо подталкивают меня вперед, и это здорово, потому что я едва чувствую ноги. Медленно поднимаюсь по лестнице, Гратис ждет меня с протянутой рукой. Он выводит нас в центр сцены и радостно говорит в микрофон:

– Пора поставить точку в твоем расследовании, Лилу. Вы ведь все этого ждете?!

Фанаты ликуют, а я не понимаю, что происходит.

– Ты ведь хотела снять с меня маску, – говорит Гратис только мне одной, опустив руку с микрофоном. – Теперь у тебя есть эта возможность. Я хочу, чтобы это сделала ты. Только ты.

Нервная дрожь похожа на электрический разряд. Что он творит? Это ведь все испортит. Он делает это из-за меня? Для меня? Душа клокочет, не находя себе места. Это слишком сложный выбор. Спасти Гратиса или спасти Егора?

Поднимаю руки и хватаю на его шее край черной балаклавы. Медленно тяну ее вверх, открывая подбородок и губы. Его губы – не Гратиса, Егора. Парня, который стал значить для меня так много за какой-то жалкий промежуток времени.

Глажу большими пальцами скулы, не обращая внимания на выкрики из толпы: «Давай! Сделай это! Давай же!» Не поддаюсь и принимаю собственное решение. Опускаю свою балаклаву на половину лица и целую Гратиса-Егора со всей страстью и нежностью, которые он возродил во мне. С благодарностью за все. С любовью, которую могу отдать и принять в ответ. Чувствую улыбку на его губах и пытаюсь отстраниться, но Егор не дает этого сделать. Углубляет поцелуй, наплевав на сотни взглядов, устремленных на нас двоих. Вот что значит свобода. Делать то, что ты хочешь, не думая больше ни о чем.

Выхватываю у Гратиса микрофон, ощутив небывалую силу и жажду высказаться. Натягиваю маску до конца, еще больше погрузившись в новый облик, и понимаю, зачем она вообще нужна самому Гратису. Теперь понимаю.

– Знаете что? Я поставлю точку в своем расследовании, но не так, как все вы думаете! Гратис – это свобода, верно? И у нее не должно быть лица, только голос. И если вы его слышите, то… вы свободны! Чувствуйте это! Цените это! Берегите свою свободу! И уж простите…

Егор берет меня за руку, придавая еще больше уверенности.

– Свою свободу я никому не отдам! – заканчиваю импровизированную речь.

Несколько секунд стоит такая тишина, что я могу услышать, как вдалеке проносятся автомобили, но внезапно… Один хлопок. Другой. И вот уже сильнейшая волна оваций ударяет по мне, позволяя выдохнуть.

– Я в тебе не сомневался, – говорит Егор, наклонившись к моему уху. – Готова к финалу?

– К финалу? – переспрашиваю я.

Музыка вырывается из колонок, Егор возвращает себе микрофон и свободной рукой обнимает меня за плечи, не позволяя сбежать. Я еще не слышала эту песню. Новая? Покачиваясь в такт, принимаю вибрации басов, а после растворяюсь в новой композиции, ведомая звуком его голоса.

Егор заканчивает куплет и уводит меня. Музыка продолжается, и каково же мое удивление, когда на сцене появляется еще один Гратис, в зеленой толстовке и маске. Тим?! Не может быть!

Смеюсь сквозь слезы, больше не сдерживая эмоций. Голос Тима совсем не похож на голос Егора, но он довольно неплохо поет. Без фонограммы! Ребята отказались от обработки? Что происходит?! С другой стороны сцены появляется новый персонаж – Гратис в красном. И, кажется, я знаю, кто это. Костя! Потрясающе! У меня нет слов, зато эмоций столько, что хватит на весь мир.

Парни пропевают последнюю строчку несколько раз все вместе, сходясь в центре сцены. Меня трясет от восторга, и только большая крепкая ладонь бережет от сумасшедшего прыжка в море фанатов, которые беснуются перед сценой. Выступление завершает синхронный поклон, и команда Гратисов скрывается за кулисами.

– Ну вы даете! Это… Это… – задыхаюсь я, стягивая балаклаву. – Вау! Вы такие… Я… Я могу потерять сознание, поэтому не пугайтесь.

Бросаюсь на шею Егору, а после порывисто обнимаю Тима и Костика. Мой строгий парень возвращает меня в свои объятия очень быстро, обхватив одной рукой, и все ребята снимают маски. Их глаза горят, они не перестают улыбаться. И все так здорово… ровно до того момента, пока я не вспоминаю о главном.

– А как же контракт?

– Я отказался, – довольно отвечает Егор.

– Отказался?! – переспрашиваю я, потому что не верю ушам и своему счастью.

– Да, – радостно кивает Егор и обводит взглядом друзей, – сам Гратис, конечно, немного изменится, но это все еще будем мы.

Открываю рот, чтобы запищать, но глухие хлопки ладоней совсем рядом настораживают.

– Вот это шоу вы устроили, – произносит мужчина средних лет с идеально ровной геометрической бородкой. – Поздравляю с успехом!

– Спасибо. – Егор мгновенно теряет задор. – Разве вы не получили мое сообщение? Я передал через вашего секретаря.

– О да, получил, но это не значит, что я должен был пропустить концерт.

– Я не поменяю решения. Сделки не будет, – сурово говорит Егор.

– Знаете, я тоже передумал, и теперь у меня есть совсем другое предложение. Думаю, продюсер вам все-таки пригодится. Условия обсудим на следующей неделе, согласны? – говорит мужчина и протягивает Егору руку.

– Мы подумаем, – отвечает тот, пожимая его ладонь.

– Отлично. Еще раз поздравляю!

Мужчина уходит, парни бросают друг на друга многозначительные взгляды.

– Кажется, жизнь налаживается, – произносит Тим.

– Ага, – подтверждает Костя. – Может, отметим это дело?

– Ребят, давайте отложим это на завтра, сейчас я хочу… – Егор смотрит мне в глаза, поворачивая голову.

– Ну все! Потеряли пацана! – возмущается Тим, за что получает от меня хлесткий взгляд из-под нахмуренных бровей. – Да чешите уже, я был готов к этому. Но завтра тусим вместе!

Тихий ветер треплет листву старого ореха. Сидим с Егором на моих качелях, маски валяются на земле. Теплые пальцы гладят шею, а губы мягко танцуют на губах. Мы уже устали целоваться, но никак не можем остановиться. Слишком приятно.

– Я тут подумала… – шепчу я.

– Зачем?

Хлопаю Егора по плечу и отстраняюсь.

– Я серьезно!

– Конечно, серьезно, – усмехается он. – И что на этот раз?

– Если Лилу Холмс встречается с Гратисом, то Лиля и Егор не могут быть парой, потому что так все могут узнать, что ты – это он. Нам придется прятаться.

Егор сгребает меня в охапку, крепко прижимая к себе:

– Еще чего! Я больше не хочу прятаться.

– Правда?

– Да, я устал. Хочу просто жить и наслаждаться каждым днем.

– И тебе все равно, что откроется личность Гратиса?..

– Забудь об этом. Сейчас важно другое.

Его тон меня немного настораживает, затихаю в ожидании продолжения.

– Кто я для тебя, Лиля? Кого во мне ты выбрала? Егора или Гратиса?

Задумываюсь на несколько мгновений, ночной ветер остужает пылающие щеки, готовя меня к признанию.

– Я никого не выбирала, просто влюбилась в тебя раньше, чем сняла твою маску.

– А после того, как сняла?

Поднимаю голову, с улыбкой глядя в его глаза сквозь полумрак:

– Влюбилась еще больше.