Глава 17 Один большой "Упс"

Уехать от Влада задачка не из легких. Он совершенно точно не хотел меня отпускать, а я не хотела уезжать. Но взрослая жизнь – это в первую очередь ответственность. Ну и потом, не готова я была оставаться ночевать у Влада. Не из-за того, что я якобы боялась близости, такого страха точно не было, просто не имея с собой ни свежего белья, ни банальной зубной щетки, мне было некомфортно. Утренний квест «помой и уложи» кудрявую шевелюру из сложного мог превратиться в невыполнимый, а ехать на работу скандалить с начальницей, – а то, что разговор с Катериной пройдет без криков, очень сильно сомневалась, – во вчерашней одежде я не хотела. Уверенность в себе при разговоре с начальством еще никому не вредила. А разговор предстоял нелегкий, ведь я собралась резко изменить свою жизнь. И это касалось не только моего признания Чупсу, но и работы.

Поэтому, взяв себя в руки, а потом взяв еще раз, я все же смогла убедить Влада, что не сбегаю от него, а просто нуждаюсь в привычных вещах, чтобы нормально собраться к завтрашнему дню. От предложения подвезти отказалась. Не я одна устала и незачем мотаться ему ночью только ради того, чтобы потешить мое женское самолюбие. Пожалела я об этом почти сразу, как только, поцеловав меня, Влад помог сесть в такси и захлопнул дверь. Но тут вперед вылезла гордость, ей, видите ли, не хотелось, чтобы я выглядела глупой. Хотя когда на телефон пришло сообщение “Я уже скучаю, Бельчонок”, как только машина выехала со двора дома, мне захотелось остановить водителя и бегом бежать назад. В этот вечер я была готова признать: женская логика странный предмет, вроде она есть, а вроде и нет. У меня точно она была, ровно до того момента, пока я не поняла, что самым банальным образом влюбилась в обаятельного Чупса.

Проворочавшись полночи с боку на бок, я с улыбкой то и дело включала телефон, чтобы в очередной раз прочитать переписку с Владом. Особенно его последние сообщения:

“Не буду тебя больше слушать, вот зачем отпустил? Сейчас бы уже спал давно, прижав к себе!”

“Или не спал!”

“Черт, точно не спал бы, Белка, ну какого черта?”

“Нет, я, конечно, и сейчас не сплю, но вдвоем было бы лучше”.

“Эй, ты чего молчишь, Аль? Не веришь? Я тебе точно говорю, нам было бы замечательно…”

“Не слушай меня, я хотел удалить последние сообщения, но что толку, ведь ты уже их видела”.

“Я дурак, да?”

“Ну, Алька, ответь мне, я же не испортил все своими дурацкими сообщениями?”

“А-аль?”

“Аля, блин, не молчи, я нервничаю!”

Я а не могла ответить по простой причине: сообщения сыпались градом одно за другим и с каждым новым я только громче смеялась, прикусывая подушку, чтобы своим хохотом не мешать соседям спать. Влад такой балбес, но, черт возьми, как же он мне нравился!

“Алька, ну правда, прекращай там угорать, я же прям чувствую, что ты смеешься надо мной, лучше напиши что-нибудь приятное. Я волнуюсь, между прочим”.

Нострадамус из Влада, конечно, замечательный, он и правда будто всегда знал, как я отреагирую на то или иное его сообщение и, наверное, поэтому во мне жило постоянное желание удивлять его. Прикусив нижнюю губу и тихо хихикая, набрала ему ответ:

“Не могу, я чемодан собираю”.

“Что-о-о, какой чемодан, Аль? чт бл….пт..”

“Блин, телефон уронил, какой на фиг чемодан?”

“На Марс лететь собралась!”

“Белка, хорош прикалываться, у меня сердце слабое, между прочим!”

“Я не прикалываюсь, я только что поняла, что почти влюбилась в парня, а он в неадеквате. Валить, срочно валить!”

“Отличная идея! С какого космодрома вылетаем?”

“А ты тут при чем? У тебя сердце слабое, таких не берут в космонавты”.

Минуты две в эфире стояла тишина и в этот раз уже я была уверена – Влад смеется. А потом пришло сообщение, от которого у меня сладко замирало сердце, даже когда я перечитывала его в двадцатый раз:

“Вредина рыжая, ты лучшее, что могло со мной приключиться. Спасибо”.

“Меня тоже не возьмут в космонавты” – пришлось признаться, как только я утерла одинокую слезинку умиления.

“С чего вдруг?”

“Тахикардия!”

Улыбка не сходила с лица, щеки полыхали от румянца и я в этот момент была безумно счастливой. А уж когда пришло последнее сообщение, и вовсе зарылась в подушки и только и могла, что вздыхать от переполнявших эмоций.

“Целую любимый нос моей любимой девушки”.

“И не нос тоже, имей в виду!”

Отвечать я не стала. Просто кому-то нужно было остановить эту переписку и хотя бы попробовать выспаться. Но вот прошло еще полтора часа, а я все лежала с глупой улыбкой на лице. А завтра ведь будет не самый легкий день. Эх, нужно брать себя в руки и хоть немного отдохнуть. Пересчет овечек, прыгающих через забор, мне не помог, но стоило подумать о Владе и какой будет наша следующая встреча, как воображение унесло меня в страну Небыландию и я наконец уснула, следуя за своими фантазиями, перешедшими в сон.

Утро выдалось тяжелым, спать хотелось просто чудовищно, но даже это не мешало мне переписываться с Владом. Да я голову мыла в то время, когда на громкой связи был включен звонок от него. Хорошо хоть не видеосвязь. Потому что, кажется, сам Влад там тоже спешно собирался на работу, то и дело зевая и проклиная договоренность с отцом, которому он вчера забыл отдать какие-то важные документы.

– Ну отвезешь и потом сможешь доспать, – попыталась я его приободрить в ответ на очередное проклятия в духе “Кто вообще придумал эти ваши утры”.

– Не, уже не лягу, лучше в гараж поеду, там тоже дел много. Мы же вечером увидимся?

– Угу, я сегодня не поздно освобожусь, – бубнила, чистя зубы. – Влад, давай потом созвонимся, ну зачем тебе слушать, как я тут себя в порядок привожу.

– Неа, я вчера тебя отпустил, вот теперь страдай. А вот не уехала бы, я бы не только слышал, но и видел, какая ты по утрам…

– Лохматая, заспанная и недовольно ворчащая!

– У-у-у, ну чистый соблазн, моя горячая штучка!

– Ты там голодный, что ли? – уточнила со смешком.

– Что? Нет, я уже завтракал, с чего ты это взяла?

– Не вижу причин, почему ты еще мог с утра вспомнить фирму полуфабрикатов.

Кажется, Влад недоуменно хрюкнул на мой выпад, а потом и вовсе громко рассмеялся.

– Блин, Алька, вот умеешь ты!

– Могу и практикую, – показала язык телефону, – все, я пошла переодеваться, не хочу, чтобы ты подслушивал!

Не слушая возражений, скинула вызов и чуть ли не бегом отправилась в спальню. Мне хотелось как можно скорее приехать на работу и уволиться. Пережить поток ругани, без которого меня не отпустят, и стребовать себе “поблажку” в виде увольнения без отработки. Ноги моей в этой клинике больше не будет!

В принципе, все пошло по плану: Катерина орала что та бензопила, я делала вид, что внимательно слушаю, девочки за дверью начальницы тихо хихикали подслушивая. Что удивительно, если бы не эта заносчивая стерва, то можно сказать, что коллектив тут хороший. И не пускали меня к пациентам не по своей воле девчонки, а по высшему распоряжению руководства. Наконец-то она смогла это сказать, глядя мне в лицо. Звучало это, правда, грубо:

– Еще всякие ссыкухи не портили репутацию моей клиники, уродуя людей.

Но я даже спорить не стала. Только крепче сжала кулаки. Принципиально, вот самым наглым образом, найду помещение и открою свой небольшой кабинет недалеко от ее клиники. Со связями отца, я думаю, несложно будет договориться с одной из фирм-поставщиков оборудования о рассрочке на выплату с поручительством родителей. Об этом я успела подумать вчера, пока готовила на кухне Влада. Хватит бояться делать самостоятельные шаги. Вчерашний день мне на многое открыл глаза и я наконец поняла – справлюсь! А слушая Бякову, еще и цель себе поставила: переманить часть ее клиентов. Да, подло, но я знаю, что смогу найти подход к людям!

Трудовую мне вернули без споров, еще и с криками, чтобы я не смела рассчитывать на отработку и выплату после нее за полмесяца. Да кому они нужны, ее выплаты! Во мне играли адреналин, гордость и предвкушение изменений. Поэтому я только вздернула нос на эти ее фразочки. Ни одно оскорбление сегодня не могло меня задеть, как будто я за ночь смогла вырастить панцирь, за который ничего плохого не могло проникнуть. Или так действовало на меня, что мы с Владом теперь вместе. Нет, не так. Вместе! С большой буквы!

Именно ему я собиралась написать, что уже освободилась и буду ждать встречи с ним, когда, пошептавшись со вторым администратором, покинула стены теперь уже бывшей работы.

Кто бы меня предупредил, что рядом с переходом будет неожиданно скользко, будто кто-то нарочно вылил ведро воды, чтобы люди не зевали и смотрели под ноги. Вот только я не смотрела, я набирала сообщение Владу, за что и поплатилась. Сделав очередной шаг, только и успела ахнуть, как земля ушла из-под ног и я шлепнулась, ушибив спину, подвернув ногу и больно приложившись затылком об тот самый лед. Да так здорово, что на какое-то мгновение перед глазами потемнело и только яркие звезды да причитание людей рядом со мной подсказывали, что я еще в сознании.

– Девушка, девушка, с вами все в порядке? – взволнованный мужской голос раздался прямо над ухом. – Вы встать можете?

– Ты посмотри, что делается, – голосила какая-то женщина, – с каких пор у нас коммунальщики вообще забыли, как лед с дорог убирать?!

– А вы идите Собянину пожалуйтесь, – зло огрызнулись на ее ахи.

– Да хватит вам тут грызню устраивать, человеку вон плохо!

Я лежала зажмурившись, пытаясь избавиться от мерзкой карусели звезд перед глазами. Отлично, просто отлично, давно мое везение не напоминало о себе!

– Вон скорая едет, ну-ка тормозите их, пусть девушку посмотрят хоть, сильно ведь грохнулась.

– Эй, вы как, – все тот же мужской голос над ухом, – хоть глаза попробуйте открыть.

Проморгавшись, посмотрела на молодого парня лет девятнадцати-двадцати, не больше, с очень обеспокоенным лицом и тревогой во взгляде.

– Нормально? – спросил, поймав мой взгляд.

– Не уверена, – в голове звонил Царь-колокол, – поможешь встать?

– Не, лучше не надо, мужики вон скорую тормознули, полежи чуть-чуть, пусть специалисты посмотрят.

Кто бы мне рассказал, что у нас в городе могло в одном месте собраться столько отзывчивых мужчин? Они и правда остановили скорую, которая, кстати, ехала на вызов, и буквально заставили подойти ко мне. Пару вопросов фельдшера, осторожный осмотр и меня уже грузят на носилки, с тяжелым вздохом констатируя:

– Сотряс точно, а вообще нужно снимок сделать. Костян, звони оператору, пусть на вызов другу бригаду гонят, мы заняты, все.

Отборный мат водителя скорой заставил меня виновато улыбаться. Я-то прекрасно понимаю, что и бросить больного они не могут, но и по голове их не погладят за такую самодеятельность.

Когда машина тронулась с места, а мне на живот поставили мою сумку, чтобы я прекратила волноваться, я поняла очень страшную вещь. Мой телефон явно пал жертвой небольшого происшествия. И уже неважно, просто ли он упал или улетел на проезжую часть, главное не это. Главное, мне его уже не найти, а номер Влада наизусть я не помню!

* * *

– Конечно, вы можете написать отказную от госпитализации, – мужчина в белом халате, присевший рядом с кроватью в палате на четверых, вздохнул, – но поймите, Алевтина Дмитриевна, у вас довольно сильное сотрясение мозга, ушиб плеча и, насколько я могу судить, вывих лодыжки. Травматолог придет к вам чуть позже. Неужели вам настолько важно оказаться дома вот прям сейчас, что наплевать на себя?

– Мне не наплевать, – морщусь, так как даже говорить, оказывается, может быть больно. Вообще многое больно и слишком часто накатывает тошнота, – но вы не понимаете…

– Алевтина Дмитриевна, у вас дома дети маленькие одни?

Каждый раз, когда врач называет меня полным именем, я морщусь и хочу спросить, откуда он его знает. Но потом вспоминаю, что в сумочке были мои документы. Паспорт у меня почти всегда с собой, а под его обложкой хранятся и СНИЛС, и медполис. Да даже если бы я забыла паспорт сегодня дома, у меня и трудовая была на руках. Господи, как все это глупо. Решила Аля изменить жизнь и получить свободу? Вот, получила! Ни работы, ни телефона, ни парня. Нет, парень, конечно, есть, а вот связаться с ним возможности нет. Я даже не уверена, что у меня сохранился гарантийный талон от телефона, к которому когда-то цепляли чек о покупке и конверт с картой от симки. Одноразовый ведь номер, я была в этом уверена, и не заморачивалась с тем, чтобы сохранить хоть что-то. Господи, да я свою трубку-то брала с мыслями, что временная. Старый хороший телефончик, проработав три года, приказал долго жить и я забежала в ближайший салон связи, схватила что-то более-менее приемлемое на пару месяцев, сунула бумажки в сумку, старую симку в новую трубку и побежала дольше. Аукционная симка уже стояла в аппарате. Тьфу, растяпа!

– Алевтина Дмитриевна?

– Можно просто Аля, пожалуйста, – перевела взгляд на лицо врача и снова залюбовалась хороводом из звезд. – Как долго мне, по-вашему, придется пробыть в больнице?

– Детей, я так понимаю, дома нет, – чуть криво усмехнулся врач, имя которого я не запомнила, – пару дней точно, дальше по состоянию. На данный момент больше всего вызывает опасение травма головы, завтра нужно будет сделать еще один снимок, чтобы убедиться, что гематома не увеличивается и не...

– Гематома?

– Алев... Аля, мы с вами начинали с этого разговор. Давайте вы сейчас будете отдыхать, а завтра после повторного снимка мы с вами еще раз подробно поговорим. Хорошо?

– Хоро... Подождите, у меня телефона нет, вещей никаких…

– Санитарку пришлю, внизу есть буфет, но в нем и щетку зубную купить можно, и пижаму какую-нибудь. Не брендовые вещи для модниц, конечно, но все не в грязном лежать. Так?

– Да, – медленно моргаю, понимая, что картинка перед глазами тормозит. – А обезболивающее мне положено?

– Вам много что положено, но все необходимое на данный момент вы уже получили, дыхание не затруднено, черепно-мозговую вам оставили под вопросом, поэтому и настаиваю на госпитализации, хотя, судя по вашим реакциям, больше все же склоняюсь к сильному сотрясению. Все, Аля, ждите санитарку и отдыхайте.

Отдыхала я два дня, спала как слон, и под седативными препаратами, о которых не сразу и узнала, даже и не переживала. Ушиб головного мозга мне не подтвердили, внутренней гематомы не развилось, а с каждым днем мне становилось все лучше. На третий день я взвыла и попросила Валерия Михайловича – лечащего врача, отпустить меня отлеживать бока дома. Веселенькая сорочка в виде парашюта шестидесятого размера с трогательными тесемками у горловины мне так опостылела, что я готова была согласиться передвигаться в инвалидном кресле, если понадобится, только бы отпустили! Да и ситуация с Владом требовала срочного решения, а дома ноутбук, интернет, связь с миром, в конце концов!

На второй день мне только ближе к вечеру удалось собраться в кучу и, попросив у санитарки телефон, набрать Светку. К сожалению, Светлячок с мужем уехали вместе с его родителями и мелким на новогодние каникулы на какую-то турбазу. Подарок от мужа. Как выяснилось, подруга пыталась до меня дозвониться половину предыдущего дня, но у нее так и не получилось, а потом Смирнов схватил ее под мышку, закинул сына на плечо и уволок семейство отдыхать.

Новый год, надо же, а у меня из головы совсем вылетело, что он всего-то через полторы недели. Так погрузилась в отношения с Владом и в свою работу, что даже не обращала внимания на украшенный город. Ну а чего на календарь-то смотреть, иллюминация у нас с конца ноября горит. Ой, в общем, я как всегда!

Домой меня отпустили, предписаний выдали на пару листов и с напутствием внимательнее смотреть под ноги чуть ли не подпихнули к выходу. Все правильно, нечего мне место занимать в палате.

Домой добралась на такси и первое, что сделала, это поплелась в душ. Нет, все же любая болезнь уступает свои позиции не тогда, когда организм себя лучше чувствовать начинает, а только после того, как ты с себя ее смоешь. Вот даже после банальной простуды, когда человек лежал неделю сопливый под одеялом, страдая от озноба, общей слабости и ломоты в теле, чувствовать себя выздоровевшим начинаешь именно после горячего душа, а не тогда, когда ты глубоко вдохнул воздух без дурацкого ощущения заложенности носа. У меня, по крайней мере, всегда было именно так!

Переодевшись и сунув ненавистную сорочку из больницы в мусорку, я открыла ноут. В первую очередь нужно заказать доставку телефона! К сожалению, сейчас представить себе жизнь без средства связи почти невозможно. Следующим пунктом в моем списке срочных дел было успокоить всех потерявших меня. Родители так вообще, наверное, с ума сходят. Не скажу, что мы каждый день на созвоне, но хоть смской да обменяемся. Или мама пришлет какую-то ссылку на шутки про стоматологов, или папа статью посоветует. И если я не отвечаю в течение трех дней, вот это точно за гранью добра и зла!

Как я и предполагала, сообщений в соцсетях было огромное количество. В основном писали родители, Светка, девчонки с бывшей работы, пару сообщений от бывших одногруппников, куча спама… Но разбирая эту кучу, я только грустно улыбалась: от Влада не было ничего. Самое ужасное, что ничего и не могло быть, потому что каким-то образом все наше общение сводилось к переписке в телефоне, звонкам и личным встречам. Ни соцсети, ни мессенджеры, да даже адреса его я не помню, потому как вызывала такси через приложение с автоматическим определением геолокации. Нет, конечно, если приехать в тот район и побродить из двора во двор, дом-то бы признала, но, боюсь, пока мне не по силам такие поиски. Мне, конечно, стало лучше, но головокружения еще были, хотя врач и сказал, что это нормально. Но повторно упасть только из-за своего упрямства мне не хотелось. Надеюсь, за эти дни Влад не решил, что я сбежала от него и теперь скрываюсь!

Закончив с сообщениями, открыла новостную ленту и просто лениво листала ее, думая, как лучше поступить и дать знать о себе Владу. Соскучилась по нему просто ужасно. Именно в больнице я осознала, насколько он мне важен. Влюбилась? Ха-ха! Люблю и никак иначе!

Мне не хватало общения с ним, его шуток, его голоса, взгляда, рук и улыбки. Хотелось прижаться к крепкому мужскому плечу, спрятать нос в изгибе шеи и просто дышать им, а мир с его проблемами пусть остается где-то там, за пределами моего счастья. Даже боюсь представить, что он сейчас про меня думает и как переживает, ведь то, что я ему небезразлична, знала наверняка.

– Кажется, просить прощения за свою пропажу мне придется на коленях… – тихо ворчала себе под нос, скользя взглядом по событиям в ленте за последние дни, – сидя на его коленях и крепко сжимая мужскую шею, чтобы и не думал меня больше отпускать никуда, даже если я начну очень настаивать.

Вздохнув, мотнула колесико мышки и подавилась воздухом, вчитываясь в слова поста в группе “Подслушано”.

– А может быть, и не придется…

Взгляд все скользил и скользил по строчкам анонимного объявления, а я никак не могла поверить тому, что вижу. Минута… Две…Три... И я заливаясь счастливым смехом. Ну, Чупс, держись!