Глава 8

Торопливо следую в столовую, стараясь успеть на большой перерыв. Я и так вынужденно пропустила первые пары. Но уверена, декан сообщил магистрам о моей важной миссии.

По пути в столовую я разживаюсь прозрачным ведром и водой и помещаю Юджина в его привычную среду. Почти привычную.

– В тесноте, да не в обиде, – нежно произношу, глядя на насупившегося осьминога.

Нахожу друзей за одним из столов в столовой. Они привычно занимают столик возле стеклянных дверей, ведущих во внутренний двор.

– Не спрашивайте, потом всё расскажу, – озираясь по сторонам, заговорщически прошу друзей. Ставлю ведро с Юджином на соседний стул.

Слишком много лишних ушей, чтобы признаваться в содеянном.

Близнецы переглядываются, но в их взглядах я отчётливо вижу любопытство и множество вопросов.

– Скажи честно, ты промышляешь контрабандой осьминогов? – также шепотом, с азартом в глазах спрашивает Крис, подаваясь ко мне через весь стол.

Кора просто закатывает глаза.

– Почему сразу контрабанда? Может, наша Эсти завела фамильяра...

– На старости лет, – радостно подхватывает Крис, за что получает от сестры подзатыльник, а от меня строгий взгляд.

Фамильярами обзаводятся обычно в детстве, с ними и растут. Да и то это редкое явление, к тому же в основном у прорицателей и ведьм.

Я не успеваю ответить, как на наш столик падают тени. Медленно подняв взгляд, замечаю, как над нами нависает Рензор О'Шарх со своими дружками. На его губах играет азартная ухмылка, которая вызывает мурашки по спине.

И теперь в полной мере я ощущаю обречённость.

– О, у тебя новый друг, Брамс? – насмешливо интересуется Рензор, бросая короткий взгляд на осьминога.

– Чего тебе? – отрешённо отзываюсь, вяло ковыряя вилкой салат.

Конечно, какой тут может быть обед, когда нахальный ящер пришел по мою душу явно с какими-то неадекватными намерениями.

– Правда или Действие, Эсти? – мягко, почти ласково спрашивает О'Шарх и смотрит так пронизывающе.

И этот тон был бы милым, если не знать, что за ним следует нечто ужасное, как обычно.

«Боги! Сейчас?» – почти вслух стону.

Хочется уронить голову на руки и рыдать.

Великий Арг, пощади! Мне хватает метки Истинности с этой самоуверенной рептилией. Надо было хорошо подумать, прежде чем соглашаться на игры с О'Шархом. Ну какие у него могут быть доказательства моего преступления?

– Ну же, Эсти, самое время выдать всем твой секрет. – Ренз наклоняется почти к моему уху. Его горячее дыхание слишком приятно ласкает нежную кожу.

О'Шарх говорит это таким томным голосом, что вмиг меня пробирает странное волнение, а сердце учащает свой ритм.

О нет. Он вполне может задать тот вопрос, и мне придется отвечать откровенно. И все узнают, что лучшая ученица Аргарда подделала целых два рекомендательных письма!

– Действие! – выпаливаю тут же смело. Но в душе я так боюсь расстаться со своей блестящей репутацией.

Тут же возле меня вспыхивает алый маячок. Это означает, что я приняла правила игры. И вынуждена им следовать. Неисполнение карается пятью годами неудач и бед.

И кто эти правила вообще составлял?

– На протяжении остатка дня ты обращаешься ко мне только так: "Да, мой повелитель". Что бы я ни сказал и что бы я не приказал, ты это исполняешь, Эсти. Ясно? – Ящер, заметив мой скептический взгляд, дёргает бровями.

– Серьезно? Из всех действий ты выбрал такое предсказуемое и скучное? – опешив, пытаюсь понять, что движет им вообще? Это же так глупо.

Единственное, что вызывает опасения, – его извращённая фантазия. Мало ли что он там может показать.

Даже если бы он потребовал пойти и признаться ректору в содеянном, это вызвало бы меньше удивления. С чем только к ректору не приходят заложники этой глупой игры, ставшей популярной в Аргарде. Поэтому моим словам без подтверждения маячком правды даже никто не станет придавать значение.

Рензор играет бровями и отвечает небрежно:

– А ты уверена, что это будет так скучно и предсказуемо? Начнем с ужина. Подашь мне его в комнату.

– А чем ящерицы питаются? – невинно улыбаюсь и пытливо смотрю в голубые глаза Рензора, в которых вспыхивает какое-то бешенство.

А я почему-то испытываю неправильное удовольствие оттого, что мне удалось его разозлить. Вот так-то, дракон!

О'Шарх наклоняется к моему уху и низким бархатным голосом отвечает:

– Я перекушу твоей репутацией, Эсти. А на десерт оставлю твою жизнь.

Он говорит это так волнительно тихо и медово, что не сразу доходит вся серьезность его намерений. Но Рензор тут же добавляет:

– И я всё ещё жду твою красивую сестру. Так что надо сказать, умница?

Кривлю лицо от напоминания о том, что на моей руке теперь клеймо принадлежности этому гаду. Чует ли это его дракон? Он знает, что метка проявилась, но на мне её не увидел и магических чар, прячущих этот узор, тоже не нашел. Значит, должен верить, что я не Истинная, а Эния существует.

Рензор прекрасно знает, насколько я гордая и исполнительная, насколько я ответственная и всегда стремлюсь соблюдать правила. Знает и бьёт по этим местам...

– Да, мой повелитель,– цежу сквозь зубы.

И мне нужно придумать, как отвязаться от этой метки. Ходят легенды, что однажды инструкция по расторжению Истинности была украдена из библиотеки какими-то адептами. Значит, вряд ли в библиотеку в закрытую секцию так легко забраться теперь.

Рензор вместе со своими ухмыляющимися дружками уходят вглубь столовой. Я же в очередной раз отмахиваюсь от ошарашенных взглядов друзей:

– Просто не спрашивайте. О'Шарх чокнутый, – кручу пальцем у виска.

– Эсти, и давно ты стала такой азартной? – скептически смотрит на меня Кора, забыв, что у нее давно стынет горячий завтрак.

Вместо ответа роняю голову на руки, вытянув их на столе перед собой...

***

– Посмотрите на того, с кем бы вы хотели всегда быть в паре на командных проектах Зельеварения, – строго говорит госпожа Белинская. – А теперь взгляните на того, с кем бы вы ни за что в пару не встали.

Мы все крутим головами в нужном нам направлении.

Мы с Корой друг другу тепло улыбаемся.

Конечно, у стихийников взгляды направлены в сторону драконов. У драконорожденных – в сторону стихийников, брезгливые и пренебрежительные.

Нехотя и со взаимным отвращением переглядываемся с Рензором.

С этого курса, пожалуй, зельеварение станет моим не самым любимым предметом. Потому что именно с этого учебного года оно совмещено с группой боевого факультета, а именно с золотой группой, в которой учится элита драконорожденных самцов.

– Прекрасно. Запомните того, на кого вы первым посмотрели, – холодно улыбается магистр Белинская. – Идеальная пара в проектах вам никогда не светит до конца учебы в Аргарде. Теперь займите место рядом с тем, с кем вы никогда бы в пару не встали. Не следует меня обманывать, я всех запомнила.

О том, что запомнила, говорят ее горящие золотым оттенком глаза. Магистр Белинская обладает феноменальной памятью. Она знает практически все рецепты зелий наизусть.

Сердце гулко колотится в груди от странного смятения, которое я вообще стала испытывать после появления метки. Мне придется вести парные проекты вместе с О'Шархом. Что может быть хуже?

Нехотя собираю перья и конспекты, халат и сумку и пересаживаюсь с видом мученика на стул рядом с О'Шархом. Собственно, на его лице восторга также нет. Поначалу... Но он вдруг оскаливается недобро, чем вынуждает остаток пары думать над тем, что он задумал.

Когда все задания розданы, а пара подходит к концу, я с заметным облегчением собираю вещи и сбегаю в числе первых в коридор.

– Не так быстро, Брамс, – летит в спину обманчиво ласковый голос Рензора.

Я уже застыла почти в проходе, но приходится посторониться и обернуться.

– И чего тебе, носитель чешуи? – вздыхаю я обречённо.

Рензор плотоядно оскаливается. *** Любимые читатели! Хочу напомнить, что у меня есть авторский ТГ канал, где я публикую самую эксклюзивную информацию! Мой ТГ канал будет интересен тем, кто хочет принимать участие в выборе визуалов, получать спойлеры, знакомиться ближе с героями, участвовать в опросах, и даже создании новых грядущих историй! И многое другое ️  ссылку можно найти во вкладке Обо мне - соц.сети