Глава 19

Андрей

Вот так в жизни бывает - вроде живешь себе, работаешь, пытаешься завоевать этот мир, а в итоге никогда не знаешь, где ждет крутой поворот, и ты остаешься без ничего.

Я лишился права голоса в своей семье, когда переспал с помощницей. Лишился поддержки своей жены, когда переспал с той же помощницей второй раз, и как раз лишился своего сердца, когда чуть не переспал с этой долбанной помощницей в третий раз.

Иногда я спрашиваю себя, зачем? Нет. Не буду врать, за последние семь недель, я задаю себе этот маленький, но очень серьезный вопрос каждый сука день. Вернуть жену у меня не получилось, как я не пытался, она наотрез со мной не разговаривала, я несколько раз встречался с Викой и спрашивал, что меня ждет в моем шатком положении, но психолог смотрела на меня как на больного идиота и отвечала односложно.

Я совершенно запутался и сбился с намеченного курса и совсем не понимаю, что меня ждет дальше. Алкоголя уже за это время выпито столько, сколько я не пил за всю свою жизнь, я уже даже начал пить днем, ибо утолить щемящую боль в сердце ничего не помогает. Меня подвела моя беспечность и чувство неуязвимости, и если в бизнесе все складывалось относительно ровно, то вернуть любовь моей жены — становилось с каждым днем все труднее.

Моя маленькая Лисичка настолько не хотела меня видеть, что, воспользовавшись моим отсутствием дома, приехала за своими вещами и вывезла их. Вернувшись, я увидел идеально пустые полки, и пустоту в большом доме. Как все так повернулось?

Еще пару месяцев назад, мы хотели, чтобы этот дом был полон любви, а сейчас мне просто хочется, чтобы ее вещи были на своих местах. Мои люди проследили за ней, и я хотя бы знаю, где она теперь живет - сняла квартиру, хоть на ее имя столько записано недвижимости, что может каждый месяц жить в новой квартире. Но моя жена упертая и очень гордая, чтобы пользоваться моими деньгами. Как я мог потерять такую женщину?

Мать узнала, что мы разводимся и высказала мне свои предположения, что она так и знала, по ее словам, мы были молоды и беспечны и совсем не разобрались здраво в своих чувствах. Плюс она обвинила мою жену в неспособности родить ребенка и решила, что это та самая причина, по которой мы разводимся. Я не стал маме врать или придерживаться ее версии, ведь мне если честно, было неприятно, что она так отзывалась об Алесе.

Жена была моей единственной любовью, если мужчины вообще умеют любить, то я перевыполнил план на всю жизнь, но блять ошибки допускают все. Я сказал матери, что изменил, на что она подергала меня по щеке, словно я маленький мальчик, и сказала, что такое бывает. Откуда она знает непонятно, но видимо иногда папа все же пользовался своим положением и нагнул пару раз кого-то.

Я же никогда не относил себя в эту категорию, но все же оказался у разбитого корыта. Все было далеко не в том, что Алеся не могла забеременеть, проблема была во мне. Я начал относиться к сексу только как к попытке забеременеть, и все было бы ничего, но Алеся сама мне это навязала.

Реабилитировать себя не буду, я был действительно не прав и на подсознательном уровне, был готов на измену, другого объяснения — не вижу. Только я и подумать не мог, что все обернется настолько против меня.

Можно миллион раз говорить, что я не прав, искать себе оправдания, можно хоть книги писать, о том, каким я был несчастным и как мне хотелось простого женского тепла. Вопрос был в том, получил ли я это тепло от Вероники? Нет. И я даже не буду говорить, что секс с ней мне нравился, тоже нет. Девушка раздвигала ноги, а я лишь пользовался моментом, но морального удовлетворения не получил, тогда что это все было? Я конченный человек, раз даже не могу адекватно ответить хотя бы себе, на все эти вопросы.

С точки зрения Алеси, я заслуживал не меньше, чем смертную казнь и мне нужно было в последний раз проверить это. В последний раз посмотреть на свою красавицу жену и увидеть свои перспективы, ведь у Алеси всегда все было написано на лице, она не умела скрывать эмоции.

И вот он я, сижу в кабинете у Матвея Леонидовича и смотрю, как адвокат моей жены дает ей бумаги на подпись. Все очень конфиденциально, без суда, без раздела имущества, без свидетелей. Только мы и наши юристы, а Алеся, даже ни разу не посмотрела в мою сторону, даже когда вошла в кабинет. Не знаю, что это было, но, когда она открыла дверь, у меня даже полился холодный пот, такого равнодушия к этой ситуации — не ожидал.

- Вот здесь, Алеся, еще поставьте подпись, - говорит ее адвокат, Альбина, кажется. — Матвей Леонидович, моя клиентка забирает себе только автомобиль подаренный вашим клиентом и мобильный телефон.

- И вещи, - поправила Алеся, так и не подняв на меня глаза. — Только вещи, украшения я оставила.

- Алеся, ты можешь забрать все, что хочешь, только давай поговорим? - пытаюсь найти лазейку к разговору.

- Альбина, еще я могу рассчитывать на то, чтобы мой бывший муж, перестал донимать своими разговорами? — я вообще сел в лужу, уже так легко «бывший муж»?

- Не могу гарантировать, это немного не в моей компетенции, - любезно отвечает Альбина и смотрит сначала на меня, затем на Матвея. — Можете не донимать мою клиентку?

- Донимать? Я все еще ее муж, пока я не подписал ничего, - ору в попытке привлечь внимание, но она смотрит куда угодно, только не в мою сторону.

- Андрей Алексеевич, может сделаем перерыв? — Матвей переживает, что я сейчас сорвусь, он за последний месяц, видел меня во многих кондициях, но не в такой агрессии.

А я не могу взять себя в руки, мои нервы на пределе. Этот развод курам на смех, с учетом того, что ей даже ничего от меня не нужно. Это какой-то долбанный кошмар, я не могу до нее достучаться и даже не понимаю, что делать, уже начинается паника от происходящего. Словно эти трое уже все решили, а меня просто поставили перед фактом. Нет, так не получится. Заремский так дела не ведет.

- Вышли все, кроме Алеси, - говорю пока еще спокойно. Мне нужно это время. Нужно посмотреть ей в глаза и понять, что у меня еще есть шанс.

- Андрей… - пытается мой адвокат указать, что мы не на моем совещании и тут совсем другие законы, но мне плевать, этим людям все равно я плачу деньги, так пусть делают так как я скажу.

- Я сказал, вышли все, вашу мать, сколько мне еще надо просить?! — рявкаю и смотрю по сторонам.

Алеся даже немного подпрыгнула от напора моего голоса, но не придала этому значения, лишь посмотрела в след своей адвокатессе, словно осталась одна в клетке с тигром. Привыкай дорогая, теперь я буду по-другому общаться с тобой, раз ты такая упрямая.