Глава 62

Лекс неспешно удалился с бешено колотящимся сердцем и невозмутимо спокойным лицом. Одна часть плана выполнена.

Город был охвачен предпраздничной суетой. У этого были свои плюсы и минусы. Можно было незаметно проникнуть туда, куда не следует, без особых затруднений стащить одеяние у старших Жрецов, можно было провести с собой почти бесчувственную рабыню, переодетую в этот нелепый балахон, через множество улиц, не вызывая подозрений. Но передвигаться было трудно. Толпы людей запрудили улицы, и Лекс чувствовал, как драгоценные минуты ускользают в никуда. Он злился и едва не волоком тащил на себе Мейрим, распихивая в стороны праздных зевак. Наконец, он был уже в Храме, перед камерой Ани, в которую вела толстая, глухая дверь.

– Отопри, страж, – надменно велел Лекс, – Старший пришёл подготовить одержимую к ритуалу.

– С каких пор за Старших жрецов молвят простые прислужники? – презрительно спросил страж, даже не потрудившись окинуть пристальным взглядом пришедших. Как же они беспечны и уверены в своих силах, глупцы!

– С тех пор, как Старший возложил на себя обет молчания. Не трать наше время понапрасну, до назначенного часа осталось не так много времени. Каждая минута промедления может оказаться роковой, и кого посчитают виновным? Стража, что препятствовал проведению подготовки к ритуалу… Он будет одним из виновных.

Голова Мейрим в красном балахоне согласно кивнула в ответ словам Лекса. Страж помедлил еще немного, но всё же поднялся и отпер дверь, впуская пришедших. Внутри ничего не изменилось. Всё тот же голый камен холодных плит и скудное освещение, прикованная к стене девушка. Лекс молниеносно бросился к ней, развязывая веревки, освобождая ее от пут, снял ожерелье с шеи и положил к себе в карман. Ани смотрела на него со смесью удивления и недоверия.

– Давай, снимай с себя это.

Лекс требовательно дернул край одеяния Мейрим, та послушно стянула с себя просторный балахон, протягивая его Лексу. Ани посмотрела на лицо Мейрим и перевела шокирующий взгляд на Лекса:

– Ты сам это сделал?

– Что именно? Отрезал суке язык и зашил рот? Да… А теперь надень это.

– Может быть, ты прекратишь всё решать за меня?

Мейрим, услышав ответ Ани, издала звук, который можно было бы принять за смех, если бы её рот не был зашит намертво.

– Не время пререкаться! – Лекс подошёл и встряхнул Ани за плечи. – Если потребуется, я свяжу тебя и выведу на привязи. Но ты сильно облегчила бы мне задачу, если бы перестала упрямиться. Пожалуйста…

На мольбу в его голосе она отозвалась сразу же и послушно натянула красное одеяние жреца, которое укрыло её с ног до головы.

– При выходе из камеры обопрёшься на меня, будто бы обессилела после ритуала. Не издавай ни звука.

– Ты думаешь, что это сработает?

Она нелепо взмахнула длинными красными рукавами.

– Они до того уверены в собственной проницательности и неприкосновенности, что иногда не замечают дел, творящихся у них под самым носом. Шанс есть, и мы должны его использовать.

– А что будет с ней?

Лекс уничижительным взглядом смерил Мейрим с ног до головы.

– Когда подмену обнаружат, будет уже слишком поздно. Жрецам нужно будет напоить Красную луну кровью, и они не станут разбираться, кто прав, кто виноват В расход пойдут все неугодные. В конце концов она исполнит истинное предназначение – послужит своей любимой Богине.

Он накинул на тело Мейрим черный плащ и затянул под подбородком завязки капюшона.

– Пошевеливайся, вставай у той стены. И будь добра, изобрази покорность и смирение. Ты же знаешь, что Ясмина не доживёт даже до рассвета, если ты станешь упрямиться.

Мейрим на ватных ногах подошла к стене. Лекс как можно туже привязал её.

– Что теперь?

– Теперь я выведу тебя отсюда. Слушайся меня во всём. Идёшь неторопливо, не привлекая к себе особенного внимания, не издавая ни звука.

– Ты уже говорил это.

– Знаю, – огрызнулся он. Нервное напряжение давало о себе знать. – И скажу еще раз, если понадобится. А теперь встань по правую руку от меня и обопрись. Пора.

Ани послушно встала около него, привалившись к нему плечом. Лекс подвел ее к плотной двери и стукнул пару раз по ней кулаком. Дверь отперли, страж сунул любопытную голову внутрь.

– Что с ней?

Лекс разочарованно покачал головой:

– Тьма слишком быстро набирает силу. Я доложу об этом Верховному, и он пришлёт кого—то взамен.

Лицо стража вытянулось, он поспешно отпрянул от дверного проёма.

– Это она так с ним… да? – он испуганно кивнул в сторону лже—жреца, который повис на Лексе.

– Да, будь осторожнее с этой тварью. Ни в коем случае не открывай дверь, что бы ты ни услышал, ясно?

Страж мрачно кивнул и поспешил занять своё место. Лекс кивнул ему на прощание и повёл Ани прочь из Храма. Казалось, коридорам и залам не будет конца. Пот стекал по его напряженному лицу. Взгляды встречных будто прожигали его насквозь. В каждом из них ему чудилось узнавание и мгновенное раскрытие этого нелепого маскарада.

– Мы выйдем через помещение для слуг.

Ткань, закрывающая лицо Ани, едва колыхнулась от ответного кивка. Навстречу им попалась процессия из нескольких жрецов, направляющихся в то крыло, где находились камеры и кельи для провинившихся. А вот уже и настоящие жрецы, которые должны были подготовить Ани к ритуалу, догадался он.

– Придётся поторопиться.

Едва он успел произнести эти слова, как прохладный воздух храма прорезал протяжный, скорбный вопль.

– Проклятье! Быстро же они его обнаружили!..

– Что ты ещё натворил? – проговорила Ани на ходу. Теперь они уже шли быстрым шагом, оставалось совсем немного до выхода. А там впереди – была улица, запруженная людьми, среди которых было немало жрецов в одеяниях, подобных тому, что сейчас были на Ани. Затеряться ей не составит большого труда.

– Я убил Верховного Жреца, – нехотя проронил Лекс.

– Что? – изумлению Ани не было предела.

– Ты же сама сказала, что этот сукин сын мог каким—то образом влиять на поведение тени. Что мне еще оставалось делать?

Позади них слышались встревоженные крики. В Храме начался переполох. Совсем скоро они поймут, что беглецы поспешили скрыться в узких темных коридорах.

– Ани, послушай! – Лекс развернул её лицом к себе – Тебе нужно уходить. Затеряйся в толпе, тебе всего лишь нужно будет выбраться из центральной площади. На углу соседней улицы, у лавки ювелира, двое стерегут лошадь. Садись верхом и скачи во весь опор. На южной окраине города, у высохшего колодца тебя будут ждать.

– Почему ты не идёшь со мной?

– Я не могу. Одной тебе проще затеряться и скрыться, чем нам двоим. Тебя проводят в храм солнца, там ты будешь в полной безопасности. Жрец обещал позаботиться о тебе.

– Пойдём, – она тянула его за рукав, умоляюще смотря на него сквозь прорезь на балахоне.

Крики и звуки преследования быстро приближались.

– Уходи, – он грубо скинул её руку, – Я задержу их. Просто запомни, вбей себе это в голову, словно приказ: тебе нужно добраться до высохшего колодца на южной окраине города. Слышишь? Что бы ни случилось, ты доберешься до этого места. А теперь уходи!

Лекс нырнул рукой под просторное одеяние, извлекая на свет кинжал.

– Уходи же! – прорычал он. Ани дёрнулась с места, и через несколько секунд она уже была на улице.

Немного времени, небольшая отсрочка – вот всё, что ему было нужно. В конце коридора показались первые жрецы, несущиеся во весь опор на него. Он крепче сжал рукоять длинного изогнутого кинжала. Коридор узкий, больше двух за один раз не смогут напасть. А значит, у него есть хоть небольшое, но преимущество. Первый жрец неосторожно выскочил вперёд, взмахнув в воздухе коротким ножом. Кинжал Лекса мягко вошёл в плоть, распоров живот. Один. Лекс улыбнулся, обрушивая удар на второго. В голове билась только одна мысль…

Ани, поторопись, пожалуйста…