Глава 11

— Мелечка, может брови не будем трогать? — Каролина смотрит на меня выпученными глазами пока я растягиваю горячий воск по ее переносице.

— Красота требует жертв, — произношу, сосредоточено рассматривая ее припухшее от слез лицо.

Хоть бы не выдрать лишнего. С усами было гораздо проще.

— Ауч! Ай! Боже, Меля!!!

— Чччч… — дую ей между глаз, наглаживая голову соседки.

Если убрать отеки под глазами, сделать правильный макияж, укладку, подобрать удачный ракурс… Смотрю на нее слегка отклонившись назад. Потом стреляю взглядом на неубранный стол, заставленный бутылками. Качаю головой.

— Вы точно только девочками отмечали?

— Ой, Меля… — Кара кладет одну руку на лоб, пальцами второй касается кожи над верхней губой. — Может ну его, это преображение? Подай мне вон ту бутылку.

— Нет, уж! Я должна тебе подарок, и я тебе его сделаю, — начинаю орудовать пинцетом прорисовывая изящный изгиб брови.

— По-моему ты сделала мне их уже предостаточно, — кивает на букет роз и висящие под потолком шары.

— Не понимаю, о чем ты, — снова осматриваю ее лицо, изображая профессионального мастера.

Хуже точно не сделаю. Я пыталась затащить ее в салон, но это оказалось не под силу даже мне. Женщина полностью разочарована в жизни. Ей не хочется ничего. Круглые сутки заедает свою депрессию, а судя по приличному количеству выпитого алкоголя на четверых, ни сегодня — завтра и запивать начнет. Я этого допустить не могу.

— Мель, а первый подарок то сбежал? — хмыкает.

— Как так? — пытаюсь изобразить недоумение. — А, ну-ка поподробнее! Что за подарок такой с ногами?

— Амелия, ты конечно актриса, но… — Кара смеется.

— Что, но?! — возмущенно.

— Ничего. Поможешь мне мусор вынести? И ботинки нужно захватить. Мешок с посохом, можешь забрать в свой кружок. Пригодится, как реквизит. Кстати, в мешке лежала куртка, похоже парень лишился части своего гардероба. Еще и босиком умотал. Бедный. Надеюсь не сломал себе ничего…

Не сломал, — думаю про себя, снова вспоминая оленя с громким динамиком. Даже слишком громким, я бы сказала.

— Ну вроде все! — еще раз осматриваю свою работу. — Теперь маску. Потом я тебя накрашу, причешу, сфоткаю и за пару часов найду тебе нормального мужика.

— За пару часов? Нормального? — смеется Кара.

— Ну или за пару дней. Максимум, пару недель, — смотрю на нее уверенно. — Ты главное вон то, — киваю на стол, — прекращай.

— Меня с работы увольняют, Мель.

— Да ладно?!

— Угу… Сокращают, — тяжело вздыхает. — Вот дорабатываю до конца декабря и все.

— Другую найдем! Тоже мне проблема!

— Мне бы твою уверенность. В моем возрасте оказаться без работы…

Леплю ей на лицо тканевую противоотечную маску, не дав договорить

Продолжая хлюпать носом, Кара жалуется мне на жизнь, пока я уплетаю Киевский торт ее собственного приготовления, закатывая глаза от удовольствия.

— Ты не тем занимаешься! Нафиг тебе этот банк? Ты вон какие тортики печёшь! А еще есть?

— Есть.

— Целый?

— Половинка.

— Покажи мне ее! — подскакиваю со стула, сама открываю холодильник. — Отлично! — потираю ладони рассматривая идеальный разрез красного бархата. — А фотки других тортиков есть?

— Есть немного.

— Скинь мне их!

— Мель, что ты задумала?

— Мужика потом поищем. А может он сам тебя найдет, — снимаю маску с ее лица. — Давай, ко мне! Потом вернемся, я тебя принаряжу и с тортом сфотографирую. Создам тебе профиль, сделаю рекламу в своем блоге… — перечисляю воодушевленно.

— Какую рекламу? Что ты придумала?

— Будешь домашним кондитером!

— Амеееелия…

— Хватит киснуть! Можешь считать, что завтра у тебя начинается новая жизнь, — составляю бутылки в мусорный пакет, они так противно звенят, меня аж передергивает. — Куртку и боты беглеца тоже давай сюда. Я их на Авито продам, — придумываю предлог, чтобы не тащить их на мусорку. — Нам сейчас понадобится мноооого денег!

Подталкивая Кару вниз по лестнице, прикидываю, успею ли я разобраться с поставленными задачами до четырех часов.

После четырех у меня два дня рождения. А завтра с девяти до шести елки. Когда мне все успеть? Придётся и вправду повесить Марселя на Дениса. Надеюсь он явится сам, потому что звонить ему я точно не буду. Достаточно того, что я тете Юле все уши прожужжала со своим переездом, уверенная в том, что он непременно вознамерится меня встретить. Хрен там! Сама добиралась. И вообще весь мой план оказался провальным, и если бы не дружба с Каролиной и не ее день рождения мы так и не пересеклись бы.

Я уже поняла, что заваленные экзамены были напрасной жертвой. Никто силой не заставлял поступать меня дома, а я боялась. Вообще, мама на удивление легко меня сюда отпустила. Папа сказал, что алчность победила здравый смысл, но ехать мне не запретил, мне через пару месяцев должно было исполниться восемнадцать, и он решил, что запрещать мне что-либо уже бессмысленно.

Всего год назад я узнала, что человек, которого я считала и считаю отцом, не отец мне на самом деле. Оказывается, мама родила меня от другого мужчины, а когда мне было три, вышла замуж за папу, и он меня удочерил. Мне сменили отчество и фамилию, и я знать не зала, что у меня кроме родителей, Макса, бабушек и дедушек, есть еще родственники. Одна из них и нашла меня в прошлом году и решила переписать на меня квартиру. Мой гуляка отец так и не нажил больше учтенных детей, а сам, пропадает где-то в Тибете. Сейчас Азалия Марковна… кстати, теперь понятно, почему меня так зовут, мое имя созвучно с именем бабушки, гостит у подруги в Ялте, а я ухаживаю за ее питомцем и присматриваю за квартирой. Вообще, она мне понравилась, и мы даже немного сдружились. Правда, она всю жизнь конфликтует с Риммой Палной и наше общение ей вряд ли понравится.

Перед бабушкой Риммой, жутко неудобно. Она до моего приезда просидела с своими котами на лоджии. Никогда бы не поверила в то, что полугодовалый корги способен загонять Рудольфа, но факт остаётся фактом. Квартира не может достаться в наследство просто так. У меня такое ощущение, что бабушка сбежала от своего питомца, удачно пристроив его в мои руки. До Марса у нее шестнадцать лет жил золотистый ретривер Блонд. После его смерти бабушка три года не решалась завести собаку, и вот решилась…

* * *

Еле поднимая ноги тащусь по лестнице. Да, уж… похоже мне пора сокращать нагрузку. Два с половиной часа плясать с пятилетками изображая тролля Розочку, а потом еще два, всемогущую Леди Баг для детей постарше… То ли годы уже ни те, то ли бессонная ночь сказывается. Хотя я, наверное, гораздо больше устала от капризов Кары. Сделав больше трехсот фоток мы с трудом выбрали три удачных, на которых меньше всего был заметен ее второй подбородок. Но зато я забрала у нее Красный бархат, и он как нельзя лучше подходит к моему костюму. Синий парик и черная маска валяются в рюкзаке. На мне куртка поверх красного гимнастического костюма в черный горох и ботинки. Думаю, о том, что мне сейчас еще выгуливать Марса и плакать хочется. Мне срочно нужно выспаться, иначе до Нового года я не доживу, но от работы отказаться не могу, а я ее как назло так много. Сегодняшний день был самым свободным.

— Привет! — на лице Дениса растягивается широченная улыбка. — Божья коровка?

— Это необычная божья коровка, — бросаю на него хмурый взгляд, отмыкая дверь.

— Я в курсе, — продолжает улыбаться, протягивая мне крупную алую розу с слегка сплющенным бутоном.

— Что это? — игнорирую цветок, крепко сомкнув губы, которые так и норовят растянуться в улыбке.

— Прекрасная роза для чудесной Леди Баг.

Захожу в кварту не приняв цветок, хотя рука так и пружинит от бедра. Ну уж, нет…

Денис заходит следом за мной не дожидаясь приглашения.

— В воду поставь. Ваза на подоконнике в кухне, — устало снимаю куртку под жалобный скулеж Марса. — Не переживай, дружок, сейчас тебя выгуляет кое-кто другой.

Ден кладет розу на комод проигнорировав мою просьбу.

Как следует распрямив плечи и втянув живот демонстративно кручусь в прихожей делая вид, что ищу что-то. Денис продолжает на меня пялиться, опираясь плечом на стену. Похоже мое равнодушие слегка погасило его позитивный настрой. Наконец, вкладываю в его ладонь поводок и рулончик пакетов для собак, которыми сама предпочитаю не пользоваться, принимаюсь облачать Марса в комбинезон.

— Ты всегда так поздно возвращаешься? Я звонил тебе несколько раз!

— Да? Я не видела, — застегиваю молнию на комбезе пёселя. — Долго не гуляйте. Минут двадцать будет достаточно, — протягиваю ему поводок.

— Ты не пойдешь с нами?

— Нет. Считай, что теперь это твоя работа.

— Ааа… точно, — Денис вытаскивает из кармана четыре пятитысячные купюры. Кладет их на комод рядом с розой.

— Слиться хочешь?

— Нет. Почему? — улыбается он, подхватывая Марса на руки. — Я надеюсь ты не собираешься переодеваться? — чешет затылок расплываясь в повторной широченной улыбке.

— Идите уже! — выталкиваю его за дверь, кошусь на розу.

Не буду ставить в воду. Не буду. Пусть лежит так! Но она ведь ни в чем не виновата…

Подхватываю алый бутон, утыкаюсь носом в нежные лепестки. Они пахнут малиной и как будто бы корицей немного. Продолжая вдыхать аромат бутона, наливаю воду в высокую тонкую вазу.