Глава 11. Марина

Глава 11. Марина

Руслан вдруг пристально смотрит на меня и наклоняется так близко, что я чувствую на своей щеке его дыхание.

Мои пальцы сами собой отпускают край махрового пояска.

Руслан реагирует мгновенно.

Его сильные руки ложатся мне на талию, притягивая вплотную к своему телу. Я чувствую, как бешено колотится его сердце.

Он наклоняется. Его дыхание обжигает мне губы.

Закрываю глаза, и чувствую, как земля уходит из-под ног, как плавится позвоночник, как вся боль и унижения этого бесконечного дня сгорают в этом моменте.

Я хочу его. До дрожи в коленях, до звона в ушах.

Его губы почти касаются моих. Расстояние сокращается до миллиметра. Еще доля секунды, и...

ХРРР-ГЛУГ-ГЛУГ-БУЛЬЬЬ.

Утробный звук раздается из-за ванны.

Мы замираем в миллиметре друг от друга.

Руслан непонимающе хмурится, не разжимая объятий.

Я открываю глаза, и в этот момент из ванной доносится оглушительный, мокрый хлопок, за которым следует звук Ниагарского водопада.

В ужасе поворачиваю голову.

Из-под двери ванной на мой с любовью выбранный ламинат стремительно, как цунами, вырывается волна воды.

Моя старая, державшаяся на честном слове канализация, не выдержала именно сейчас.

— Твою ж... — выдыхает Руслан Тимурович, глядя на стремительно расширяющуюся лужу.

На эмоциях мы выбегаем из ванной в коридор.

Вода преодолевает порожек и омывает его ноги.

Моя внутренняя богиня, которая секунду назад расправила крылья и готовилась к полету, с размаху бьется лицом о чугунную трубу коммунальной реальности.

Романтика сдохла, даже не успев пискнуть.

— Мой ламинат! — визжу я, забыв про томные взгляды и про то, что я вообще-то в одном распахнувшемся халате.

Бросаюсь назад к ванной, шлепая босыми ногами по мерзкой, теплой жиже, и распахиваю дверь настежь.

Картина апокалипсиса. Из-под ванны хлещет фонтан грязной воды, затапливая плитку.

— Перекрывай стояк! — рычит за моей спиной Руслан.

От его хриплой страсти не осталось и следа, включился режим «главный инженер на аварийном объекте».

— Где?! — в панике ору я, прыгая на одной ноге и пытаясь не поскользнуться. — Я не знаю, где он! Славик этим занимался!

— Отойди! — Руслан, матерясь сквозь зубы, влетает в затопленную ванную.

Он падает на колени прямо в серую лужу.

Генеральный директор «Вертикали», ползает на четвереньках, пытаясь нащупать ржавый вентиль под моей акриловой ванной!

Я стою в коридоре, прижимая ладони к пылающим щекам.

Мне хочется провалиться сквозь землю. Прямо в ад. Или хотя бы на этаж ниже.

И словно услышав мои мольбы, вселенная наносит контрольный выстрел в голову.

В мою входную дверь начинают колотить так, сильно, что я цепенею.

Потому что вдруг понимаю, что Вселенная решила, что представления от свекрови для меня недостаточно. И прислала соседку снизу. Главную скандалистку нашего подъезда.

Удары сотрясают стены, еще немного и с потолка посыплется побелка.

— ОТКРЫВАЙ, ЗАРАЗА! — раздается истошный, визгливый бас Антонины Петровны, моей соседки снизу. — МАРИНКА! ТЫ НАС ТОПИШЬ! У МЕНЯ С ЛЮСТРЫ ТЕЧЕТ! Я ТЕБЯ СЕЙЧАС УБЬЮ!

Руслан находит вентиль. Перекрывает его и с кряхтением вылезает из-под ванны.

Вода перестает хлестать, но уровень потопа в квартире уже угрожающий.

Но я смотрю на босса. Его брюки на коленях промокли. Руки в ржавчине.

Он медленно поднимается. Смотрит на меня. Я смотрю на него.

В дверь продолжают лупить ногами.

— ЛОМАЙ ДВЕРЬ, МИХАЛЫЧ! — орет соседка кому-то в подъезде. — ОНА ТАМ НАПИЛАСЬ И УСНУЛА, ПРОСТИТУТКА!

Я закрываю лицо руками, медленно оседая прямо в серую лужу, обнимая свои колени.

— Убейте меня, Руслан Тимурович, — стону я в голос, раскачиваясь из стороны в сторону, пока холодная вода пропитывает мой халат. — Пожалуйста. Просто возьмите гаечный ключ и добейте. Это конец. Я больше не вынесу.

Руслан стоит посреди всего этого кошмара. Он грязный, мокрый, и злой. Он тяжело дышит, глядя на меня сверху вниз.

А потом вдруг проводит грязной рукой по лицу, оставляя на скуле ржавую полосу, и... начинает смеяться.

Не усмехаться. Не улыбаться. А громко хохотать, перекрывая удары в дверь и вопли соседки про проституток.

— Ну уж нет, Марина, — выдавливает он сквозь смех, подходя и рывком поднимая меня с пола взяв подмышки. — Слишком легко отделаешься. Сначала мы встретим Михалыча и отстоим твою честь, потом соберем воду, а потом... потом мы вернемся к тому, на чем остановились. И пусть только эта труба попробует пискнуть еще раз.