Во всех офисах продолжаются обыски. Камеры распознавания лиц работают в каждом аэропорту страны, улететь ему не дадут. Но всегда есть непредвиденные обстоятельства и в данном случае их ох, как много. Зураб знает, что за всей этой операцией стою я.

Я уничтожил его бизнес! Уничтожу его. Уничтожу любого, кто причинит вред моей семье. Моей девочке!

— Петр, еще раз привет. Как дома дела? — находиться в гостинице, в чужом городе, вдали от всего и лично не контролировать было невообразимо сложно.

— Нормально, ничего не меняется. Лея не ладит с Олей. Прям на дух ее не переносит. В нас видит врагов, потому что мы ее не поддерживаем, — друг говорил весело, спокойно, но меня ситуация беспокоила. Петр не лез в девчачьи разборки. Прекрасно его понимаю, сам бы так поступил, но тут не просто девушка… Лея способна раздуть эту ситуацию до масштабов вселенского заговора, а мне разгребать.

— Не перегни там со своим нейтралитетом.

— Ты ведь знаешь, я за Леечку любому голову отвинчу, но в этой войнушке я не участвую.

— Кто к ней сегодня приезжал? — я знал, что каждого, кто входит в мой дом тщательно проверяют. Составляют досье. Отчеты постоянно прилетают мне на почту, но мне этого было недостаточно.

— Сегодня вроде выходной, Лею я сегодня практически не видел?

— А ты где? — напрягся.

— Платоныч вызвал в управление, допросы тут проходят по делу Зураба.

— Есть результаты?

— Небольшие. Радоваться рано. Но тут наши ребята обыски провели, нашли несколько любопытных стволов, если гильзотека подтвердит наши подозрения, сядет авторитет и надолго.

— Его еще найти надо, — и это меня беспокоило. Отомстить ведь может. Ударить в самое слабое место. Лея… — Ты еще долго в управлении просидишь.

— Задержусь, Чех. Генерал к себе в гости зовет. Не откажет ведь. Хочет подробно, так сказать: из первых уст услышать историю, произошедшую в тайге.

— Петя…

— Да не переживай ты! Рустам дома, охраны нагнали, комар не пролетит, — вот вроде прав, а сердце не на месте. Предчувствие нехорошее…

— Ты не бухай, как освободишься сразу домой.

— Чех, я уже сам на изменах. Не терплю, когда твоя чуйка срабатывает, чем-то нехорошим всегда заканчивается, — пробурчал друг.

И я о том же…

— Как только появится возможность, сразу свинчу домой, — мне этого было мало.

— Я сам наберу Платоновичу… — а что скажу? — До связи. Давай.

Закончив разговор, набрал Рустаму. Мой начальник охраны заверил, что все тихо. Лея у себя в комнате. Но я привык доверять своему чутью. Что-то не так…

Заказал чартерные рейс. Зашел к лечащему врачу Валида. Попросил разрешения навестить брата. Он поймет. Мне нужно как можно скорее оказаться в Москве…

******* *******

Лея

— Давайте поговорим у меня в комнате? — отступая назад, приглашаю мужчину. У меня только одно предположение, почему он пришел — заступиться за Олю.

— Разговор серьезный, не хочу, чтобы его кто-то услышал. У Чеха в кабинете сигнал прослушки не пройдет, — меня это заинтересовало и растревожило. Рустам продолжал сурово смотреть на меня, непонятный страх шевельнулся внутри.

— Я босиком, сейчас носки надену, обуюсь и спущусь.

«Интересно, что могло случиться? Что за секретность?»

— Внизу окно весь день открыто было, холодно в кабинете. Надень сверху что-нибудь теплое.

«Надеюсь, ничего плохого не произошло с Валидом? Еще и Петр куда- то уехал…»

Достала теплые носки из шкафа, взгляд упал на нож, который я привезла с собой из тайги. Незаметно взяла его и когда надевала домашние меховые ботинки, спрятала его в носке под штанами. Привыкла, носить его с собой. С ним как-то спокойнее.

Надела теплую мастерку с капюшоном. Телефон сунула в боковой карман, прежде чем выйти из комнаты. В коридоре остановилась и написала сообщения. Связи не было…

Рустам ждал у лестницы. Мы прошли в кабинет Чеха. Я привыкла, что они с Петром сидят в комнате охраны. Ни разу не видела, чтобы входили в кабинет Самира. Рустам закрыл за нами дверь… на ключ.

— Лея, отдай свой телефон. Он все равно не ловит. В доме стоят глушители любого сигнала.

— Я понимаю, что спорить бесполезно. Я здесь оказалась не случайно, — смотрю на открытую узкую дверь в стене, за которой непроглядная тьма. Тайный проход. Достаю телефон и протягиваю мужчине, где последнее сообщение я отправила Петру, Валиду и… Чеху. На всякий случай. Текс простой: «Рустам ведет себя странно, позвал на разговор». Но теперь я уверенна, что сообщения мужчины не прочитают. Интересно, где мисс «обиженное оливье».

— Мне нужна твоя помощь. Моя жена у Зураба. Я должен ее вернуть, — упрямо жестко произносит глядя мне прямо в глаза.

Интересно, есть ли смысл кричать?

************* ****************

Лея

Замерзла.

Мы уже несколько часов сидели в заброшенном доме. Хотелось спать, глаза слипались. Страх притупился, но не исчез. Рустам позволил мне надеть куртку, когда мы уходили, но она не спасала от холода. Сидеть на одном месте в продуваемом насквозь помещении всю ночь и не околеть — подвиг. Утренние часы были самыми холодными. Мне кажется, что даже мозг замерз и перестал соображать.

Оля стала приходить в себя. Я покосилась на девушку, привязанную к соседнему стулу. Если она вновь начнет визжать, придется Олю еще раз усыпить. Рустам это делал одним нажатием пальцев. Надо научиться, в жизни все пригодится. Не могу сказать, что я не испытывала удовольствия наблюдая за ее страхом и истерикой. Это по вине этой твари мы сейчас находимся здесь.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍

Оля вчера позвонила Зурабу и предупредила, что Рустам остался в доме один и при желании может вывезти меня в багажнике. Она просто не оставила мужчине выбора. Жена Рустама больше месяца находится в плену. Его приперли к стенке. Зураб согласен был обменять женщину только на меня, в случае огласки Викторию обещали убить. Я ощущала свою вину перед похищенной женщиной. Она провела месяц в плену, чтобы этот урод мог добраться до меня. Рустам просил… умолял помочь. Уверял, что сам умрет, но не допустит, чтобы со мной случилось страшное. Поверила.

Начальник охраны Чеха готовил операцию по освобождению жены. Водил головорезов за нос. Я находилась в тайге. Зураб знал, что Рустам пока не может пойти на его условие. Может у начальника безопасности и получилось освободить жену, но обстоятельства сыграли против него.

Не успел. Почти всю банду ликвидировали, верхушку арестовали. Уйти удалось только главарю и его сыну. Вылететь из страны им не дадут, поэтому Зурабу нужна я. Чувствовала себя разменной монетой в войне мужчин.