Глава 1

– Привет, моя хорошая.

Родион появился дома после девяти вечера. В этот момент я как раз загружала посудомойку. Посуды скопилось прилично ещё с самого утра. Мальчишки позавтракали, перепачкали, как обычно, целую гору тарелок, а разобрать всё это хозяйство я добралась только сейчас.

Муж подошёл ко мне, привычно обнял со спины и поцеловал в висок. Я на мгновение прислонилась к нему и устало вздохнула.

– Привет. Я уж думала, ты на работе ночевать собрался.

– Не дождёшься, – усмехнулся он.

Я улыбнулась и снова занялась посудой.

– Есть будешь? Я тебе ужин оставила.

– Не хочу. Мы там перекусили.

– Где это «там»? – я обернулась к нему. – И что ты вообще так поздно?

– С потенциальным поставщиком встречался. Затянулось немного.

– Удачно хоть?

– Пока не знаю. Посмотрим.

Я огорчённо посмотрела на приготовленную специально для него отбивную, но ничего не сказала. Убрала её в холодильник – завтра пригодится. Тем более мальчишек дома не было, а значит, имелся некоторый шанс, что еда действительно доживёт до следующего дня.

Родион открыл холодильник, несколько секунд изучал его содержимое, словно надеялся обнаружить там что-то новое и удивительное, потом достал бутылку воды.

– Кстати, Том…

Я покосилась на него. Интонацию эту знала прекрасно. Сейчас меня о чём-то попросят.

– Что тебе от меня нужно? – поинтересовалась с улыбкой.

– Почему сразу нужно? Может, я просто хочу пообщаться с любимой женой.

– Ага. Именно поэтому у тебя сейчас такой вкрадчивый голос.

Родион рассмеялся, поставил бутылку на стол и снова подошёл ко мне.

– Ладно, раскусила. Мне бы твоя помощь пригодилась.

– Так и знала.

– Мы уже начинаем готовиться к новогоднему сезону. Аналитики сделали прогноз по закупкам, поставщики прислали предложения. Я тебе файлы скину, посмотришь?

Я выпрямилась и посмотрела на мужа.

– А своим аналитикам ты что, не доверяешь?

– Начинается…

Родион обнял меня за талию, притянул к себе и заговорщически понизил голос:

– Мне просто хочется ещё одно мнение услышать. Независимое.

– Бесплатное, – подсказала я.

– Самое ценное, – поправил он и, наклонившись к моему уху, тихо добавил: – Мне бы не помешало мнение моей гениальной женушки.

Я фыркнула, но всё-таки улыбнулась. Умел ведь, зараза. Родион прекрасно знал, с какой стороны ко мне подойти, особенно когда ему что-нибудь требовалось. Да и от звания «гениальной женушки» отказываться не хотелось.

– Ладно. Что именно смотреть?

– В первую очередь объёмы закупок. Ребята заложили рост по некоторым категориям, а я сомневаюсь. Не хочу после праздников сидеть со складами, забитыми товаром, который никому уже не нужен. Посмотришь прошлогодние продажи, прогнозы, оборачиваемость. В общем, сама разберёшься.

Разберусь. Когда-то за подобную работу мне платили очень неплохую зарплату.

Я была финансовым аналитиком, просчитывала риски, участвовала в подготовке крупных сделок, ездила в командировки и могла полночи просидеть над цифрами, если от них зависело важное решение. Мне нравился сам процесс: сопоставлять, искать слабые места, проверять чужие выводы, спорить, доказывать и в конце концов находить решение там, где поначалу его попросту не было видно.

Наверное, поэтому от одной мысли, что сейчас передо мной окажется нормальный рабочий документ, внутри даже что-то радостно шевельнулось. Что-то уже почти забытое.

– Слушай, – я закрыла дверцу посудомойки и повернулась к мужу. – А возьми меня к себе на работу.

Родион посмотрел на меня так, будто у меня выросла вторая голова.

– Куда?

– Ну, в отдел аналитики. Если тебе всё равно периодически нужна моя помощь, почему бы мне не заниматься этим нормально?

– Том, тебе это зачем?

– Работать.

Он усмехнулся и покачал головой.

– А тебе дома плохо? Я нормально зарабатываю, денег хватает. Можешь спокойно заниматься собой, детьми, домом и вообще ничего не делать.

Вообще ничего не делать.

Я невольно оглядела кухню. На плите стояла кастрюля с ужином, в посудомойке теснились тарелки. Сегодня я успела убрать квартиру, заказать продукты, забрать из химчистки рубашки Родиона, проверить оплату дополнительных занятий старшего по английскому, отвезти мальчишек к брату мужа в гости и приготовить ужин.

В общем-то, действительно ничего.

– Я не про деньги говорю, – сказала я после паузы.

– А про что?

Я помедлила. Последнее время мне и самой было непросто объяснить, что именно со мной происходит. Вроде бы всё хорошо. Муж, дети, дом, достаток. Мне не приходится вскакивать утром и мчаться на работу, нервничать из-за сроков, сидеть допоздна над отчётами или уезжать на несколько дней в командировку.

Только почему-то хорошо я себя при этом не чувствовала.

Мне не хватало именно работы головой. Сложных задач, над которыми нужно думать, анализировать, искать варианты, сомневаться в собственных выводах и начинать сначала, если что-то не сходится. Не хватало того особенного азарта, когда несколько часов бьёшься над проблемой, а потом вдруг находишь решение.

Домашних дел у меня было столько, что порой к вечеру хотелось только лечь и закрыть глаза. Но они давно стали привычными, почти механическими: купить, приготовить, постирать, проверить, отвезти, забрать, заказать, напомнить.

Я постоянно была чем-то занята, но всё чаще чувствовала себя так, будто какая-то важная часть меня попросту простаивает без дела. И от этого становилось неуютно. Иногда тоскливо. Иногда я сама не понимала, почему с утра просыпаюсь уже раздражённой, хотя вроде бы никаких причин для раздражения не было.

– Мне не хватает нормальной работы, – наконец сказала я. – Такой, как раньше.

Родион отмахнулся.

– Нашла проблему. Вот тебе мои документы, работай.

Я посмотрела на него, пытаясь понять, шутит он или действительно не замечает всей прелести собственного предложения.

Моя работа мне, значит, была не нужна. А вот поработать бесплатно на благо его бизнеса – совсем другое дело.

– Очень щедро.

– Да ладно тебе, Том. Я сегодня жутко устал. Посмотришь файлы?

– Посмотрю.

– Вот и умница.

Он поцеловал меня в щёку и ушёл спать.

Спросить, не нужна ли мне ещё какая-нибудь помощь, ему, разумеется, даже в голову не пришло.

Я проводила мужа взглядом.

Когда-то моя жизнь выглядела совершенно иначе. Я хорошо зарабатывала, любила свою работу и вполне серьёзно собиралась расти дальше. В какой-то момент мне предложили повышение, которое предполагало переезд в Москву.

Родион от этой идеи восторга не испытал. Да и объективные причины имелись: его собственный бизнес к тому времени уже набирал обороты и был связан с нашим городом. Партнёры, поставщики, помещения – всё находилось здесь. Перенести это хозяйство в другое место было куда сложнее, чем мне сменить работу.

Я отказалась от предложения.

Тогда это не выглядело жертвой. Мы были семьёй, а в семье иногда приходится искать компромиссы.

Потом появились дети. Сначала старший, довольно быстро за ним младший. Я собиралась вернуться к прежней жизни, как только мальчишки немного подрастут, но оказалось, что совместить двоих маленьких детей с моим прежним рабочим графиком не так-то просто. Особенно с командировками.

Родион тоже работал. Родион развивал бизнес. Родион не мог всё бросить и сидеть с детьми, когда мне требовалось на несколько дней уехать.

– А кто будет сидеть с мальчишками? – резонно спрашивал он.

Вопрос звучал настолько разумно, что спорить с ним было сложно.

Я стала реже ездить в командировки. Потом начала отказываться от проектов, которые требовали слишком много времени. Каждый раз казалось, что это временно. Вот младший подрастёт. Вот оба пойдут в школу. Вот станут самостоятельнее. Вот тогда я и наверстаю.

Только годы шли, а подходящего «вот тогда» почему-то никак не наступало.

В какой-то момент я попросту перестала работать.

Поначалу меня это не слишком беспокоило. Родион хорошо зарабатывал, мальчишки требовали много внимания, да и домашних дел хватало с избытком. Дни были заполнены с утра до вечера, и задумываться о чём-то другом было некогда.

Но дети росли. Теперь им было одиннадцать и десять, они уже не требовали моего присутствия каждую минуту. А моя жизнь так и осталась прежней.

Наверное, поэтому в последнее время мне всё чаще становилось не по себе. Я не хотела сбежать от семьи, не мечтала избавиться от домашних обязанностей и уж точно не страдала от безделья. Мне просто не хватало той себя, которая умела не только составить список продуктов на неделю и помнить расписание двух сыновей.

Той, у которой существовало что-то своё.

В гостиной на журнальном столике уже лежал ноутбук. Родион успел прислать документы, и я устроилась на диване, открыла первый файл.

Цифры встретили меня почти как старые знакомые.

Я пробежалась взглядом по таблице, потом вернулась к началу уже внимательнее. Открыла данные за прошлый год, сравнила несколько показателей и неожиданно поймала себя на том, что мне нравится. По-настоящему нравится.

Вот чего мне не хватало.

Не самой работы как факта и уж тем более не необходимости куда-то ездить каждое утро. Мне не хватало задачи, которую нельзя решить между загрузкой стиральной машины и приготовлением ужина.

Мальчишки должны были вернуться только через пару дней. Я сама отвезла их к брату Родиона за город и, если честно, даже обрадовалась неожиданной передышке. Можно было не следить постоянно, кто поел, кто не поел, кто опять потерял зарядку и почему из холодильника исчезло то, что я купила только вчера.

Я открыла следующий файл, пробежалась взглядом по цифрам и почти сразу заметила слишком оптимистичный прогноз по одной из категорий. Потянулась за телефоном, чтобы сделать пометку. Покончив с этим, отложила телефон и ещё некоторое время смотрела в таблицу, а потом, видимо, всего на секунду закрыла глаза…

И отключилась.

Проснулась я оттого, что ноутбук неприятно давил на живот.

За окном уже светало.

– Чёрт…

Шея затекла, во рту пересохло, а на экране всё ещё красовалась таблица.

Вот и поработала.

Я закрыла ноутбук и поплелась в спальню, но поспать толком уже не удалось. Через час зазвонил будильник Родиона, а ещё через двадцать минут я стояла на кухне и готовила завтрак.

– Я вчера уснула над твоими файлами, – призналась, ставя перед мужем чашку кофе. – Сегодня досмотрю.

– Да не горит.

– Там, кстати, по нескольким позициям прогноз странный. Но я сначала всё проверю.

– Хорошо.

Родион быстро допил кофе, посмотрел на часы и поднялся.

– Я побежал.

Он привычно поцеловал меня и уже через минуту скрылся за дверью.

Я убрала со стола и вернулась к документам.

На этот раз дело пошло быстрее.

Через пару часов я уже точно понимала, что именно мне не нравится. По нескольким категориям аналитики заложили слишком бодрый рост, почти не учли прошлогодние остатки и, на мой взгляд, чересчур доверились прогнозам поставщиков. Поставщиков, которые, естественно, были кровно заинтересованы продать как можно больше.

Ничего нового. Цифры вообще редко врут сами по себе. Обычно это делают люди, которые очень хотят, чтобы цифры подтвердили удобный им вывод.

Я сделала последние пометки и набрала Родиона.

Он не ответил.

Подождала немного и позвонила ещё раз. Снова тишина.

Ну и ладно. Наверняка занят.

Я отложила телефон и подумала о том, что ещё сегодня мне нужно сделать.

Отсутствие дома мальчишек ощущалось довольно сильно. Обычно к середине дня хотя бы один из них уже успевал несколько раз спросить, что у нас есть вкусного, потерять что-нибудь жизненно необходимое и сообщить, что есть вчерашнее он не станет ни за какие коврижки.

Приготовление еды для меня вообще было отдельной пыткой. Младший мог внезапно разлюбить то, что ещё вчера ел с удовольствием, старший – заявить, что ему хочется чего-нибудь «нормального», и все мои обещания самой себе хотя бы один день не стоять у плиты благополучно отправлялись туда же, куда и предыдущие.

Материнство вообще прекрасно развивает способность наступать на горло собственным желаниям.

Я вздохнула, подумав об этом, и вдруг осознала, насколько тихо сегодня в квартире. Никто ничего от меня не хотел, никуда не звал, да и список задач на день без мальчишек оказался непривычно коротким. Неужели сегодня я смогу позволить себе спокойно посмотреть сериал или наконец почитать книгу?

Я прошлась по комнатам и вдруг подумала, что примерно такой моя жизнь станет всего через несколько лет. Мальчишки будут всё меньше нуждаться во мне, у них появятся свои компании, интересы, потом девушки.

А у меня?

Не то чтобы с Родионом у нас было плохо. Нет. Мы практически не ссорились, он был внимателен к детям, хорошо обеспечивал семью, по-прежнему обнимал меня, возвращаясь домой.

Просто что-то между нами незаметно изменилось.

Мы давно никуда не выбирались вдвоём. Даже праздники в последние годы чаще отмечали дома: заказывали что-нибудь вкусное, включали какой-нибудь фильм, который Родион обычно не досматривал, потому что засыпал на диване.

Когда он последний раз приглашал меня в ресторан, я уже и не помнила. А уж когда мы ходили на настоящее свидание – тем более.

Я вдруг поняла, что даже каблуки в последний раз надевала на чей-то юбилей.

Когда-то Родион мог позвонить среди рабочего дня и сообщить, что вечером заедет за мной, чтобы я была готова. Мог притащить цветы без всякого повода или внезапно предложить куда-нибудь выбраться на выходных.

Потом появились дети. Работа. Его бизнес. Дом. Бесконечные дела.

И всё это как-то незаметно ушло.

Наверное, так происходило у многих после тринадцати лет брака. Только почему-то от этой мысли легче не становилось.

Телефон коротко звякнул, заставив меня отвлечься.

Я машинально потянулась к нему и с удивлением увидела, что от Родиона пришла обычная СМС.

Мы, кажется, уже несколько лет не переписывались по СМС. Для этого существовали мессенджеры, куда Родион обычно и присылал мне всё – от списка покупок до фотографий документов.

Я открыла сообщение.

«Дорогая, мы с тобой сто лет никуда не выбирались. Пока мальчишек нет, предлагаю сегодня устроить свидание. В семь. Буду ждать тебя в нашей любимой „Белла Нотте“».

Я перечитала сообщение. Потом ещё раз.

И улыбнулась.

Надо же.

Вот ведь говорят, что супруги, прожившие вместе много лет, постепенно начинают читать мысли друг друга. Похоже, не врут.

Я только что думала о том, как незаметно из нашей жизни исчезли свидания, а Родион словно услышал.

Свидание. Сам предложил. Да ещё и про наш любимый ресторан вспомнил.

И вдруг стало так радостно, что я сама себе показалась немного глупой.

Выходит, зря я накручивала себя. Может, ничего страшного с нами и не происходило. Просто тринадцать лет брака – это всё-таки не тринадцать недель. Глупо ждать, что спустя столько времени Родион будет каждый вечер тащить меня за руку смотреть на звёзды и читать стихи под балконом.

Да и стихи он никогда не читал.

Но свидание…

Я снова посмотрела на сообщение.

В семь.

До семи оставалось достаточно времени.

Я бросила телефон на диван и почти бегом отправилась в спальню.

Кажется, сегодня у меня наконец появился повод вспомнить, где лежат мои каблуки.