Глава 6

— Мы отчёт с тобой не написали, — проворчала я, с трудом открывая утром глаза.

— Давай напишем: так упахались, что ничего подозрительного не заметили, — предложила Бетта.

Была у нас возможность еще пару минуточек полежать.

— А ты правда не заметила или писать лень? — уточнила я.

— Писать лень. А так мне кажется, что Алькопоне выбрал Озимого в любимчики.

— И я это заметила. А еще Церебра нарывается.

— Ладно. Это и напишем, а вечером почитаем, что нам соседки сообщат. Если ничего интересного, то предлагаю в следующий раз просто сочинять отписки заранее, чтобы время на них не тратить вместо отдыха, — проворчала зверица и мягко спрыгнула со второго яруса.

Я тоже села. До этой практики на скорой в жизни мне везло. Интриги и борьба за место под солнцем обходили стороной, никогда не возникало нужды что-то кому-то доказывать. Зачем я вообще во всё это ввязалась? Могла бы попросить себе лабораторию и занималась бы своими исследованиями в комфорте. Нет же! Приспичило именно с Хелиосом Вегой работать и стать его полноправным соавтором. Тьфу на меня!

Вздохнула и поднялась. Потянулась, разминая мышцы, и взбодрилась. Ладно, хватит себя жалеть. Сегодня ждет дежурство с док-командером. Что может быть интереснее?

Умылись, оделись, быстро написали записку, сунули под подушку Европе и покинули каюту.

Ни по дороге на завтрак, ни в столовой мы со своими соседками не пересеклись. С командой Везувия — тоже. Зато за столиками в пищеблоке уже сидели парни практиканты, Хел, фиалкоглазый доктор Нил, незнакомая медсестра и Фекла Петрова.

— А вот и наши спящие красавицы явились, — обрадовалась нам фельдшер, — можно начинать разбор полетов.

Хелиос сухо ей улыбнулся и оглядел нас колючим взглядом. Сердце стукнулось о рёбра. Неужели мы успели вчера накосячить?

— Итак, практиканты. Мы с Фёклой внимательно за вами наблюдали и сделали вывод, что о работе межгалактической скорой помощи вы ничего не знаете. Поэтому начну не с разбора полетов, а с краткого инструктажа. Искусственные интеллекты всех дежурящих в космосе Буров подчиняются одному — центральному. Он распределяет команды медиков на вызовы. Каждое утро на двухнедельную смену заступает новая бригада, сменяя ту, которая отработала свой срок. Таким образом ежедневно появляется свежая кровь, и в первые сутки головной ИИ кидает её на мелкие вызовы.

— Бригадам в первую смену вахты некогда даже глазом моргнуть, однако Везувий и другие постоянные сотрудники вполне себе бодры, а вы и вторая половина практикантов — чуть живы. Из этого мы с док-командером делаем вывод: вы плохо подготовились и не смогли правильно распределить свои силы. Первое дежурство провалили все практиканты.

Я сглотнула вставший комом в горле омлет. Самое интересное, что я слышала о распределении нагрузки. Сложность вызовов идет по нарастающей первые дни двухнедельного дежурства, потом постепенно сходит на нет — сложные случаи получает другая команда. Таким образом бригада под конец смены получает минимум работы, и, соответственно, риск допустить врачебную ошибку практически исключается, а серьезно пострадавшие получают помощь от команды, работающей на пике своей силы. Как я могла об этом забыть? Вообще из головы вылетело.

И судя по тому, что остальные практиканты сидели с круглым глазами и виноватым видом, они тоже всё это знали. Но забыли.

— Не нагнетай, Фекла. Его провалили не все. Точнее, провалили в разной степени. Ну а так как сегодня нон-стоп вызовов уже не предвидится, мы с вами обсудим, каким должно быть грамотное распределение сил. Кто мне может ответить, в чем оно заключается?

Руки всех практикантов взлетели вверх. Я тоже подняла, чтобы не выглядеть белой вороной. Однако в правильном ответе уверена не была и лихорадочно ломала над ним голову.

Хеллер обвел нас взглядом и дал слово Енисею Озимову. Неужели тоже выделил его из всех? Чем он их так очаровывает?!

— Я могу предположить, что мы не смогли распределить свои силы из-за чрезмерной эмоциональной вовлеченности, потому что каждый случай считали как особо опасный для жизни пострадавших.

— Ещё версии? Мысел, — перевел Хел взгляд на Церебру.

— Я считаю, что тут не наша ошибка, а руководителя. Он должен был распределять практикантов по их специализации, чтобы они занимался строго своим делом.

— Мальчик, нам в команду нужен универсал, а не узкий специалист, — осадила умника Фёкла. — После отбора бригада будет разделена на две группы, которые поступят в распоряжение Везувия и Нила Орлана, — фельдшер кивнула на фиалкоглазого блондина, который взирал на всех скучающе-надменным взглядом. — А мы с док-командером будем руководить всеми вами. Так на какой хрен нам сдались узкие специалисты?

Мысел покраснел и сжал зубы. А док-командер пронзил меня взглядом черных глаз:

— Твоя версия, Лара.

Я вдохнула воздуха побольше. Так, надо успокоиться и говорить то, что считаю правильным! Интуиция и мозги меня обычно не подводят!

— Я тоже думаю, что дело в чрезмерной эмоциональности, но это не значит, что мы должны воспринимать вызовы как пустяковые, к любому нужно относиться одинаково ответственно. Наша ошибка в том, что забыли об особенностях работы и подсознательно надеялись, что каждый вызов — последний. А если бы помнили о том, что это скорая помощь и вызовы тут поступают один за другим, то подсознательно сохраняли бы силы для следующих.

— Совершенно верно. А ещё важно знать все протоколы — в некоторых ситуациях они позволяют действовать на автомате. Завтракайте и заступайте на дежурство. Мысел Церебра, зайди в мой кабинет, — сказал Хелиос и поднялся из-за стола.

— Я бы тоже так ответил, — пробурчал Крит, кинув вилку в тарелку, когда док-командер ушёл.

— Не волнуйся, красавчик, док-командер всё видит. Если не спросил, значит знал, что бы ты ответил, — насмешливо успокоила его Фекла и тоже поднялась, а на выходе из столовой добавила: — Исходя из статистики, сегодня будет максимум три вызова, так что у нас с вами найдётся время отлично поболтать. Я собираюсь выиграть кучу денег, зайчики, так что готовьтесь отвечать на мои каверзные вопросы.

— Милая, смирись, что деньги выиграю я, — хохотнул поднявшийся следом за ней Нил Орлан, — и мне для этого не нужно устраивать опрос.

— О, я же тоже еще ставку не сделала! — хлопнула по столу незнакомая медсестра и, подскочив, ушла за ними следом.

В столовой остались только практиканты.

— Это возмутительно, что они делают на нас ставки, — прошипела Бетта.

Но ее опять никто не поддержал. Парни просто пожали плечами, их гораздо сильнее интересовало другое.

— Мысел, дружище, а может, ты сейчас пойдешь к док-командеру и возьмёшь самоотвод от отбора? Видно же, как тебе всё тут не нравится, — предложил Крит Аполлоне.

Церебра насупился и яростно замотал головой.

— С чего ты взял? Мне всё нравится. Более того, я сейчас пойду и расскажу док-командеру обо всех своих умозаключениях по итогу истекших суток. Думаю, он будет рад узнать от прирожденного аналитика вердикт по каждому практиканту.

И так он это важно сказал, что я призадумалась. Эруды действительно прирожденные аналитики, они хороши в анализе эмоционального фона, потому прекрасные психиатры. Они легко могут вычислить патологию в поведении человека. Или, как в нашем случае, определить, кто с какой целью явился на корабль, кто что-то скрывает, кто замышляет недоброе. А может, этот Мысел вообще не практикант, а шпион Хелиоса? Мне сразу показалось, что десять практикантов — очень много. Может, часть стажёров — шпионы?

Я покосилась на Бетту. Зверица невозмутимо допивала энергетический коктейль и как будто вообще Церебру не слышала.

Мы закончили завтракать и пошли в дежурку (кроме вызванного в кабинет эруда), но вместо ординаторской попали на какое-то дурацкое шоу.

На полу без признаков жизни лежала медсестра, а над ней склонились доктор Орлан и Фёкла.

— Опять сердце остановилось! Совсем плохо приживается душа! — причитала фельдшер.

— Неси дефибриллятор! И стволовой шприц!

— Надо Хела позвать, пусть он сам проведет нанореинкарнацию! — натурально паниковала Петрова.

Практиканты побледнели, засуетились, кто-то бросился к выходу, но дверь оказалась заблокирована, кто-то кинулся помогать оживлять медсестру.

— У неё чужая душа?! — в ужасе завопил Енисей.

Бетта принялась громко принюхиваться. Я же закатила глаза, прошла к дивану, села и закинула ногу на ногу.

— К чему этот цирк? — спросила хмуро. — Медсестра прячется в шкафу, а на полу лежит напечатанный Марией на принтере манекен. Пересадка души в настоящее время невозможна. Вы рассчитывали таким образом проверить нашу стрессоустойчивость?

Дверца шкафа распахнулась, и из него появилась довольная девушка.

— Меня Сена Пари зовут, — сказала она, дружелюбно помахав мне рукой, и как ни в чем не бывало уселась прямо на письменный стол.

Фёкла хохотнула и поднялась с пола, а доктор сам встал и заготовку с пола поднял.

— Молодец, Лара! Поставлю-ка я всё же на тебя, — заявила фельдшер.

И в дежурке как-то похолодало… А стажёры одарили меня неприязненными взглядами.

— Так нечестно. Лара уже изучала стволовую нанореинкарнацию, а мы только собираемся, — пробурчала Бетта.

— Это тут ни при чем, — возразила Фёкла. — Стажёр Стром усвоила урок и не поленилась проанализировать обстановку, а вы трое сразу запаниковали и опять проявили излишнюю эмоциональность.

Поспорить с фельдшером никто не успел, потому что дверь открылась и в нее вошел хмурый Мысел Церебра.

— Стром, твоя очередь от док-командера получать, — процедил эруд и шагнул в сторону, освобождая проход.

А мне-то за что получать?! Я медленно поднялась с дивана.

Шла в кабинет, ругая себя на чем свет стоит. «Лара! Ты совсем уже свихнулась и превратилась в какое-то одноклеточное! А ну вспомни, что ты умная девушка и ничего эдакого пока на корабле не делала! В конце концов, ну и что будет, если Хел тебя не возьмет? Вообще ничего, кроме уязвленного самолюбия. И то ругать за провал тебя никто не будет. Наоборот — обрадуются и сделают всё, чтобы он скорее забылся. Может быть, папа даже подарит личный круизер для космических перелетов — будешь летать на Окитанию когда захочешь!»

Я настроила себя решительно и в дверь командира стучала уверенно.

— Войдите, — раздалось, когда она убралась в стену.

Вошла.

— Вызывали, док-командер?

— Проходи садись, — ответил Хел и махнул рукой на кресло, стоящее у его стола.

Я села с прямой спиной и посмотрела на Вегу прямо, без всякой робости.

— Какие-то вопросы к моей работе? — спросила, выгнув бровь.

— Да, Лара. По школьной работе, — внезапно заявил он и вывел на большой настенный экран мой старый доклад.

Вообще-то работа была достаточно сырая. Детская, можно сказать. Я ее показала Хелу лишь для того, чтобы подчеркнуть свою давнюю заинтересованность в его любимой теме. Никак не ожидала, что мы будем ее обсуждать. Сглотнула сухим горлом и пробежалась взглядом по строчкам доклада. Там говорилось, что душу невозможно переселить в искусственно созданное тело, потому что Непостижимый Наблюдатель сделал так, что в момент зарождения живого существа творится недоступная нам магия, которая и удерживает душу в теле…

Я и сейчас была в этом убеждена.

— …А вам кажется, что магия Наблюдателя — глупости? — спросила я с легким вызовом.

Не так чтобы дерзко или грубо, но показывая, что готова защищать свою точку зрения.

— Я не об этом хотел спросить. Скажи, ты эту работу где-то публиковала?

— Нет. Я показывала её только учительнице биологии. Она, кстати, даже оценку мне за доклад не поставила — сказала, что может оценить этот антинаучный труд только на низший балл, но у нее рука не поднимается, — пожала я плечами.

Ну еще бабуле показывала и папе. А маме эта тема никогда интересной не казалась. Она у нас больше по вопросам старения и красоты.

— Дело в том, что одна девица из влиятельной семьи твою работу выдала за свою…

Я нахмурилась, мгновенно сообразив, на какую девицу он намекает. Но дело в том, что Поларис Астромеди — это я и есть, поэтому точно знаю, что нигде работой не размахивала. Бабуля что ли?!

— Да бросьте, док-командер, восемь лет назад эта тема взбудоражила многие умы. Скорее всего, девушка пришла к схожим с моими выводам, — отмахнулась я с улыбкой.

Мне для себя любимой вообще ничего не жалко.

— Сомневаюсь. Эти избалованные детишки запросто воруют чужие идеи и выдают за свои. Я собираюсь по возвращении встретиться с её родственницей и вывести обожаемую внучку, которой та везде хвастается, на чистую воду. Составишь мне компанию? Я бы хотел предъявить своей преподавательнице тебя как доказательство, — огорошил док-командер.

У меня в глазах на миг потемнело. Пойти с ним к бабуле и самой на себя нажаловаться, конечно, можно, но мне стало обидно за меня-Поларис. Вот всё-таки обманывать — плохо. Можно незаметно ловушку себе устроить.

— Боюсь, док-командер, у меня не получится, — собравшись с силами, протянула я виновато, — обещала родственникам пройти тесты на совместимость с выбранными ими для меня потенциальными спутниками жизни. Буду очень занята.

Хелиос Вега на глазах помрачнел и, нависнув над столом, зловеще спросил:

— А, так вы не заинтересованы в том, чтобы остаться в бригаде? Собираетесь в ближайшее время создать семью?

Да чтоб ему! Я отшатнулась.

— Ни в коем случае! Знаете такую древнюю земную поговорку «Обещать — не значит жениться»? Вот это как раз тот случай! — выпалила я.

— Кстати, о древней Земле, — мгновенно расслабившись, Хел откинулся на спинку кресла, улыбнулся и сменил картинку на экране.

Теперь на нем красовался мужчина в старинной военной форме с непонятными приспособлениями на сапогах.

— Вы узнали, что такое капронки? — сразу догадалась я, что еще на собеседовании пробудила в док-командере исследовательский интерес.

Если честно, я о тех древних вещах, которые тогда упомянула, кое-что знала. Например, что антресоли — это какая-то мебель, а ластовица — это вставка в нижнее белье. Оставались гамаши и капронки — это были неизвестные мне предметы одежды, и я предположила первое, что пришло в голову.

— Нет, это гамаши. Защитные вязанные или сшитые из непромокаемой ткани чехлы на обувь. Даже не представляю, что они могли делать в любовном романе, — усмехнулся Хел и посмотрел на меня с хитринкой.

Как будто знал, что никаких любовных романов я не читала, а просто попросила Тора надёргать мне редких старинных слов.

Я тоже мило улыбнулась, даже не собираясь оправдываться, но тут ожила Мария и прервала нашу очень занимательную встречу сообщением о поступившем вызове.