Глава 18

— Так вот, Авелина, вы видите себя императрицей? — Аарен повторил вопрос, кивнув стражникам на выходе.

Они в ту же секунду поклонились и ушли с широкого балкона, оставив нас одних.

На улице свежо и прохладно, вот только дышалось от этого все равно не легче. Терраса хорошо освещалась, и я отчетливо видела хищный блеск в глазах императора. Сам взгляд — изучающий, напряженный. Аарен действительно ждал ответа, не шутил.

— В смысле? — хрипло спросила я.

В груди поселилось странное щемящее чувство. Мне одновременно было страшно и волнительно. Сердце учащенно забилось, стоило императору сделать еще один шаг вперед, сильно сократив расстояние между нами.

— Ну как же? — Его брови в удивлении взметнулись вверх. — Авелина, вы участница отбора на звание императрицы. Помимо прочего, умная и красивая девушка, достигшая всего своими силами, а не по праву рождения. Разве не такую императрицу я должен представить народу?

— А как же… любовь? — уж совсем не к месту брякнула я, от ушей до самых пят заливаясь румянцем. Даже глаза опустила, окончательно смутившись.

Почувствовала теплое прикосновение. Мой подбородок мягко, но в то же время не принимая отказа, потянули наверх, мне вновь пришлось посмотреть на императора. Мужчина нависал надо мной мощной скалой, а я чувствовала тепло его дыхания. И весь он в этот миг казался таким теплым… почти горячим. Может, у него жар?

Да, точно!

Недавние приключения не прошли даром, а Аарен тоже человек. Он точно простудился, иначе зачем ему задавать мне такие вопросы?!

— Ммм, какая сцена, — я услышала знакомый голос со стороны входа в залу.

Точно, Дэррек! Он ведь пошел за нами!

Мужчина театрально похлопал в ладоши.

— Дэррек? — Мне показалось или на губах императора буквально на мгновение проявилась довольная, но ехидная улыбка? — Ты что-то хотел?

Аарен не отстранился, только голову повернул в сторону новоприбывшего.

— Хотел только проверить, как проводит время человек, который совершенно недавно вступил ко мне на службу. Надо же, еще недели не прошло, как бывшая поломойка так успешно вжилась в роль одной из невест императора. — Слова Дэррека били словно хлыстом.

Я даже попыталась отстраниться, но меня удержали крепкие руки Аарена.

Бывшая поломойка, значит…

— Или ты, Авелина, решила попросить Его Величество об услуге напрямую? — Глава императорской службы безопасности приближался. — Не захотела ждать? Или… Посчитала, что достойна большего?

— Что за услуга, Авелина? — Мягкий голос Аарена донесся словно сквозь вату.

В горле засел ком обиды. Вот, значит, как Дэррек обо мне думает?! После всего… После всего, что произошло?

Я все же отстранилась. Стоило приложить только чуть-чуть силы, как император выпустил меня из своих недообъятий.

— Никаких услуг, Ваше Величество, — сухо ответила я. Не смотрела ни на императора, ни на Дэррека, только перед собой. — Свои проблемы я буду решать через вашу канцелярию. Завтра же направлю запрос. А теперь прошу меня простить. Раз уж я взяла на себя некоторые обязательства, самое время их выполнять.

Я направилась к выходу. Хотя внутренний голос буквально вопил: «Что ты делаешь?! Император явно к тебе благосклонен, что тебе стоило спросить?!»

Но я не только хотела уйти, я еще и чувствовала острую в этом необходимость. Скопившийся в горле ком рисковал излиться из глаз слезами обиды. Ненавижу! Ненавижу этого придурка!

— Авелина! — окликнул меня Дэррек.

Теперь в его голосе не слышалось ни холодности, ни презрения. Только удивление и… Раскаянье?

— Ты, дружище, кажется, перепил, — было последнее, что я услышала от императора.

Как только я покинула террасу, поймала на себе сразу несколько взглядов, но никак на них не отреагировала. Лишь направилась к выходу, но не сразу, чтобы не вызвать лишних подозрений. Сперва подошла к фуршетному столу и взяла себе бокал вина. Медленной походкой достигла другого, заедая обиду крохотным бутербродом с черной икрой. Следом к другому столу, за другим бокалом…

В общем, к выходу я добралась минут через семь. По ушам тут же ударила тишина коридоров. Ко мне сделали шаг сразу двое ожидавших тут стражников.

— Мальчики, я сама доберусь, — устало откликнулась я.

— Не положено, — отрапортовал один из них. — У нас приказ.

Чертовски хотелось провести остаток вечера в одиночестве. Мне совершенно не улыбалось присутствие еще двух пусть безмолвных, но все же людей. А что до страха снова оказаться под ударом, так его не было. Даже если тот мертвый парень был всего лишь исполнителем, для следующего нападения преступнику следовало подготовиться. Вряд ли оно повторится в тот же день.

— Я действительно сама доберусь, — попыталась настоять, хотя умом понимала, что тщетно.

Если они меня и правда оставят в одиночестве, то получат выговор.

— Я сам провожу, — услышала твердое позади.

Даже поворачиваться не стала, и без того знала, кого там увижу. Человека, с кем эту дорогу не хотела разделять ни при каких обстоятельствах. Но разве бывшей поломойке оставляли право выбора? Нет, дорогая Авелина, твой удел беспрекословно следовать приказам «начальника».

Хочет проводить — пусть провожает. Разговаривать я с ним не намерена. И вообще! Доберусь до комнаты, соберу вещи и сегодня же вечером отправлюсь на корабль! Можно поторопить матросов с ремонтом и уже через пару недель уйти в море. В конце концов, вела же моя мать свое дело без дозволения императора? Вела! Еще как вела.

Я тоже в состоянии найти себе фиктивного мужа. Неужели не найдется мужчина, готовый за пару десятков золотых в месяц пожертвовать своей свободой? Наверняка найдется. Главное — не рассказывать, зачем все это надо, чтобы глазки от еще большей наживы блестеть не начали.

Да, точно.

А они пусть сами без меня разбираются, раз уж их не устраивает помощь «бывшей поломойки».

— Авелина! — Дэррек коснулся моего плеча, но я зябко вздрогнула и отпрянула. Его руки холодные, совсем не такие, как у императора. — Авелина, ну прости меня…

— За что, Ваше Сиятельство? — едко выплюнула я, разворачиваясь к мужчине с натянутой улыбкой. — Вы все верно сказали. Я немного заигралась.

Растерянность явственно читалась на его лице, но он попытался ее скрыть за хмуро сведенными бровями и поджатыми губами.

— Я торжественно обещаю, что бывшая поломойка больше не будет совать нос в императорские дела. Более того, уже сегодня вечером я покину дворец.

— Ты не можешь, — в его словах я ощущала холод всех зим, — у нас договор.

— То есть ты меня в темницу посадишь? — фыркнула, переходя на «ты». — Или, быть может, вообще убьешь?

— Авелина, мы можем все обсудить в более спокойной обстановке? — Дэррек рвано выдохнул. До моих покоев оставалось всего ничего, и он явно намекал на разговор там. А потом со злостью добавил: — Да, я был неправ, признаю! Что еще ты хочешь от меня услышать?

— Ни-че-го, — по слогам ответила я, улыбнулась и развернулась, продолжая путь и приговаривая: — Совершенно ничего.

В груди клокотала злость. Она уже распахнула свою огненную пасть, опаляя все тело жаром. Мерзко чавкала и с хлюпающим звуком всасывала каждую здравую мысль — в особенности: «Какого черта я вообще так разговариваю с имперским герцогом?» — в свое нутро.

Все попытки взять себя в руки, обратиться к гласу рассудка оказались тщетными. Меня обуяло такое пламя, что этот праведный голосок испуганно забился в самый угол сознания, не рискуя и носа показывать.

— Да дай мне объясниться! — Дэррек требовательно потянул меня за локоть, развернул к себе.

Секунда, и я оказалась прижата к стене в арке, которая совсем недавно была по левую руку в метре от нас.

— Что ты делаешь? — процедила я.

Мужчина был совсем близко. И даже в темноте ниши я видела блеск его глаз, упрямо сжатые губы.

Но в ответ услышала лишь щелчок, и стена резко отъехала в сторону. Не удержавшись на ногах от напора и такой несвоевременной подставы от стены, я повалилась назад. Дэррек попытался удержать меня, но, по всей видимости, сам не ожидавший такого развития событий, смог лишь смягчить падение.

Стенка схлопнулась так же поспешно, как и отъехала. Мы оказались в полной темноте.

— Где мы? — испуганно поинтересовалась я, чувствуя тепло тела мужчины, на котором лежала сверху. Как так вышло — ума не приложу.

— Понятия не имею, — почти сразу отозвался Дэррек. Рук с талии он не убрал, только сильнее прижал к себе. — Но тут много тайных ходов, они все связаны между собой. Мы найдем путь наружу, не переживай.

Буквально через мгновение над нами появился тусклый магический шар, освещающий место, где мы оказались. Вот только я смотрела не вокруг, а на Дэррека. Он жадно отвечал на этот взгляд, будто бы видел впервые. Изучал каждую черточку, каждый изгиб на моем лице.

Я не знаю, сколько это продлилось — вечность или несколько минут. Но казалось, за это время мы успели поговорить, попросить друг у друга прощения и прийти хоть к какому-то консенсусу.

— Авелина, правда, прости, — Дэррек первым нарушил эту магическую тишину. — Я был неправ и не знаю, что на меня нашло. Я… — Он поморщился, но добавил: — И император, мы очень ценим твою помощь. И я прекрасно знаю, что никакая ты не поломойка, а самый настоящий капитан быстроходного судна и замечательной профессиональной команды матросов.

— Ты тоже прости, — выпалила я, зажмурившись. — Мне не стоило называть тебя конченым идиотом и полным придурком.

— Это когда ты называла меня идиотом и придурком? — удивленно поинтересовался он.

— Ой. — Я не смогла сдержать улыбки и высвободилась из этого горизонтального плена. Встала на ноги и осмотрелась.

Мы оказались на развилке из трех дорог. В стене, которая нас вероломно опрокинула в объятия тайных ходов, не виднелось никаких рычагов и подвижных камней. Простая, почти идеально ровная стена. Прекрасно.

— Так когда, Авелина? — В тоне Дэррека звучали смешинки.

— Ты знаешь, куда нам идти? — увильнула я от вопроса. Не говорить же, что мысленно.

— Думаю, если пойдем вдоль стены, то наткнемся на выход, — уже серьезно ответил Дэррек, отряхивая камзол от многовековой пыли.

По этому коридору слишком хорошо было заметно, что если им и пользовались, то в крайне редких случаях.

— То есть направо, — пробормотала я, шагая вперед.

— Так не терпится собрать вещи и уехать из замка? — Мужчина вновь коснулся моего плеча, останавливая.

— Я погорячилась, — признала. Но не смогла не добавить: — Если с разрешением я еще могу повременить, то историю моей матери, увы, сможешь рассказать мне только ты. А значит, надо выполнять свои обязательства.

— То есть если я расскажу тебе ее прямо сейчас, то ты тут же уедешь? — Я не понимала, говорит Дэррек с юмором или напряженно, так отстраненно звучал его голос.

— Если ты расскажешь мне эту историю прямо сейчас, то за мной будет должок, — серьезно ответила я.

А ведь хороший вопрос. Уеду ли? Над этим и правда стоило подумать. Невыносимо сложный вопрос. Впрочем, и сам путь не легче. Я слишком отчетливо понимала, что даже если у меня ничего не получится в столице, то я могу отправиться в любое другое королевство. Даже в то, которое никакого отношения к империи не имеет. Начать жизнь с нового листа и уже другим правителям и главам службы безопасности доказывать, чего я стою…

— Крыса, — флегматично заметила я, подмечая длинный лысый хвост с жирной серой тушкой, мелькнувший в паре метров от нас. — Мне казалось, что во дворце тщательнее относятся к чистоте.

— Я не виноват, что в поломойки берут людей, которые активнее мозгом работают, чем руками. — По всей видимости, Дэррек этой фразой попытался сгладить вину за недавнюю оплошность, но при слове поломойка я вновь обиженно насупилась.

— Я и правда поломойка, — пробормотала я скорее самой себе, чем Дэрреку. — После смерти матери я только и делала, что драила, мыла, начищала и обслуживала троих мужиков. Отчима и сводных братьев. Мой день начинался с похода на ярмарку. Я покупала продукты, возвращалась, готовила завтрак. Потом мыла посуду, заправляла постели, драила полы и вновь шла на ярмарку. Конечно! Ведь этим лбам нужно было все самое свежее, не могут аристократы есть полежавший товар… А то, что все эти же продукты на прилавках с самого утра лежат, никого не волновало. Иногда мне казалось, что они просто хотели меня занять, а сами потешались, как я бегала по дому с высунутым языком. Еще и приговаривали, что у меня ничего не получается, что я ничего не успеваю. Вот просто тьфу!

— Почему твоя мама вновь вышла замуж? — тихий и спокойный вопрос.

— Ей это было нужно для того, чтобы продолжать вести свое дело. По законам империи…

— Я знаю законы империи, — перебил меня мужчина. — Но она могла бы просто попросить.

— Попросить? — Я фыркнула. И вышло это довольно злобно. — У кого же? Или ты не в курсе, что для того, чтобы подать запрос в канцелярию, нужно отстоять несколько часов в очереди, потом несколько дней приходить за печатью о рассмотрении. И это при условии, что сам запрос может рассматриваться годами. Проще уж замуж выйти.

— А ты почему не вышла?

— А я вышла, — ответила поспешно, не подумав, но тут же прикусила язык: — Но по другой причине.

— Неужто по большой-пребольшой любви?

Я зябко поежилась. Но не столько от сквозняка, блуждающего в коридорах, сколько от тона Дэррека.

— Замерзла? — уже мягче спросил он и начал расстегивать пуговицы своего камзола. Уже через пару мгновений мужчина накинул его мне на плечи.

— Я уже развелась, если мэр ничего не напутал, — продолжила я историю. Почему-то захотелось объяснить именно этот момент. — Брак был фиктивным, пришлось договориться с другом детства. Отчим в день моего совершеннолетия хотел насильно выдать меня замуж за одного из своих сыновей, даже выбор предоставил, — я усмехнулась, — вот только не срослось.

— Имя его рода Мол, верно? — как бы между делом поинтересовался он.

— Да, а что? — спросила я.

— Ничего. — В свете магического светильника было видно, что на его губах заиграла улыбка. Вот только выглядела она как-то зловеще.

— Ищейки, — пораженно выдохнула я. — Ты ведь не собираешься?..

— Разве тебе есть до этого дело? — Он перевел на меня хитрый взгляд, но внезапно нахмурился, будто бы прислушался. Глянув вглубь коридора, Дэррек прислонил указательный палец к губам, чтобы шепотом добавить: — Тш-ш-ш. Там кто-то говорит.