Глава 14

Фекла Быковских

План у меня был огонь. Не знаю почему на морде варвара отразилось недоверие. А точнее, он просто смотрел на меня, как на чокнутую, когда я расписывала ему в красках, как Федюнчик пустит кипятка в кроссовки за штуку баксов. Да классный был план. Наверное.

Ну и сама моя гениальная идея, собственно, а то я все вокруг да около. Федька трус. Да, я не знала, когда шла за него замуж, что он будет падать в обморок при виде божьей коровки заползшей в его чертов снифтер. Кроме того, Федюня патологически осторожен и подозрителен. В общем, мужик мне достался бракованный. Жаль я поздно в этом разобралась. Надеюсь его швабра с острыми сосками и плоским пузом, поймет раньше, на какое сокровище позарилась. Да и денег у Федюни нет, точнее не было, пока он вероломно не обобрал меня. Сука, он меня ограбил, и прощать ему этого я не собираюсь. Пути отступления подготовил, дятел.

Короче, в жмура я уже сыграла, теперь нам предстоит третья часть Марлезонского балета. Если Федька ссытся при виде божьей коровки, представьте, что с ним случится, когда ему явится призрак невинно убиенной, обокраденной Фени, и замогильным голосом потребует вернуть ее имущество, дабы обрести упокоение в небесных чертогах.

— Эй, и как ты себе это представляешь? — наконец поинтересовался варвар, вырывая меня из сладких мечтаний, в которых я сжимаю пальцами шею своего мужа, бывшего, а он…

— Я все продумала. На крыше моего дома рабочие забыли лебедку. Федька об этом не знает, я случайно увидела, когда лазила наверх за… Неважно за чем, и даже не спрашивай. Не отвечу. Короче. Бобок меня загримирует под панночку, я оденусь в белую хламиду, под которой веревок под мышками не будет видно. Ночью мы проберемся на территорию моего особняка. Код сигнализации я знаю, так что проблем не будет. Главное не попасться на глаза старой грымзе соседке. Ты залезешь на крышу. Подцепим меня к веревке и вуаля. Я красиво буду летать возле окна, развеваясь хламидой в ночной тиши. Федька загнется от ужаса. Все документы подпишет, зуб даю.

Взгляд варвара мне не очень понравился. Как то даже обидно стало от недоверия в его прищуренных глазах.

— И, когда же ты собираешься провернуть сие действо? — голосом змея искусителя поинтересовался Буйнов.

— А чего тянуть. Сегодня вечером и пойдем, — радостно гаркнула я.

— Примерно так я и предполагал, — хмыкнул паразит, и только что пальцем у виска не покрутил. — Видишь ли, Клуня… Такие вопросы с кондачка не решаются. Я хочу сказать… — он помолчал, потом посмотрел на меня как волк на жирную овечку и заорал, — что ты полная дура. Кретинка с диагнозом. Чтобы я лез по пожарной лестнице на крышу, для того чтоб подвесить тебя на крюк? Я? Хотя знаешь, идея неплохая. Я про крюк. Подвесить и бросить, и свалить из города, к чертовой бабушке. Надо же, я владелец заводов, газет, пароходов, должен скакать радостным козлом выполняя идиотские задачи чокнутой бабы. Хрен тебе.

— Ну, тогда я сама, — упрямо выпятила я подбородок. Слишком близко мы стояли друг к другу. Я буквально чувствовала разряды исходящие от рассерженного варвара. Словно от раздутой тучи перед ошеломительной грозой. Она навис надо мной, и я вдруг почувствовала себя маленькой девочкой. Такой сильный, страшный, хищный, как лев перед прыжком. Даже показалось, что он мне сейчас просто отгрызет голову. — Не надо, — пискнула я.

— Думаешь? — его руки опустились на мои бедра, и показалось, что они раскаленные, даже через толстую махровую ткань. Надо переодеться в конце концов. Я уже срослась с этим чертовым желтым халатом. — А мне кажется, что надо.

Пояс от халата свернулся у моих ног, словно ядовитая желтая мамба, отравившая меня своей парализующей слюной.

— Пока я не пал еще ниже, — прошептал Макс мне в ухо, — должен понять, для чего мне все это. Стоит ли игра свеч.

Его хриплый голос действовал на меня как звуки гамельнской дудочки на глупую крысу. И я даже пропустила мимо ушей обидные слова. А точнее просто не смогла отреагировать, оглушенная гипнотическим возбуждением.

— Буйнов, у нас договор, — пискнула я, понимая, что не хочу сопротивляться. Все равно, прописанного в контракте он не получит. Я обманула варвара. Забеременеть естественным путем у меня просто нет возможности по медицинским показателям. И ЭКО не панацея, врачи дают мне всего сорок процентов шанса на успех. Диагноз бесплодие, куча обследований, годы лечения не дали никаких результатов. И моя мечта, вполне возможно, так мечтой и останется. Ну да, я страшная врушка и лгунья. Когда мне нужно чего — то добиться, для меня не существует запретов. Я способна смести на своем пути все.

Его губы скользнули по моей шее, я вдохнула мужской аромат, и с трудом удержалась на ослабших ногах. Боже. Что же я творю. Надо это прекратить. Надо, но так не хочется.

Когда Макс втянул мой сосок в свой горячий рот, показалось что я увидела звездное небо прямо сквозь потолок. И пофигу что на улице сейчас день-деньской. Он подхватил меня на руки, так легко, словно я ничего и не вешу и поволок не разбирая дороги, как мне показалось. Как тот паучок — старичок обреченную муху.

Макс Буйнов

Да фуфловый был у нее план. Я это с самого начала понял. Вот только бороться с желанием поиметь эту лохушку, при чем и морально и физически, перевесило здравый смысл. А точнее кровь от мозга отлила, и вся устремилась вниз к органу, который наоборот задрал свою возбужденную голову, стремясь к мелкой, противной вредине. И вот именно в тот момент я решил, что ее задумка в общем — то недурна. Нет, не так, в тот момент я понял, что сделаю все, что захочет эта поганка, даже сам себе подпишу смертный приговор, даже пройдусь с ней за ручку до самого чистилища, еще миллион даже, черт бы побрал эту мелкую суку, и разрывающийся от желания пенис. Правильно в народе говорят «Куда член туда и ноги», я бы еще добавил в эту поговорку «и рассудок, и чувство самосохранения». Меня предал мой же фаллос, какая ирония судьбы.

— Хочешь я угадаю, о чем ты сейчас думаешь? — своим нереально — сексуальным, грудным голосом поинтересовалось исчадье, выдирая из меня последние остатки самообладания.

— Нет, — прохрипел, выталкивая слова сквозь связки, словно рваные ошметки моего разума. Зачем ей знать, что я сейчас проклинаю себя, за то что впрягся за нее тогда в баре, что притащил ее в эту гребаную избушку, что повелся на идиотизм. Может потому, что… Черт, твою мать. Главое не забывать дышать. Нервно хмыкнул, представляя как свалюсь к малюсеньким ножкам, размера наверное тридцать четвертого. Я свалюсь, а мой детородный орган будет задорно торчать устремившись в потолок. Из груди рвется идиотское хихиканье.

— Ты, чертов придурок.

Боже, не дай мне сойти с ума. Фекла очень странно на меня действует, словно колдовски. И это мне не нравится совсем. В голове полная каша, которая еще немного и перерастет в панику. Такое со мной впервые в жизни, кстати. Хорош же я буду, если не смогу трахнуть овечку, стоящую передо мной. Волнуюсь как девственник перед первым походом к женщине с низкой социальной ответственностью.

Пояс халата летит на пол, руки действуют отдельно от разума. Она такая теплая, и пахнет одуряюще. Этот запах ни с чем не сравним — ее аромат. Так могут пахнуть только выползшие из ада пороки, ей богу — жаром, морем, соленым солнцем и карамелью.

— Ты… — стонет моё проклятье, когда я слишком увлекшись, прикусываю пухлую ее губку. Во рту появляется привкус крови. Легкий, металлический, вкус ее крови пьянит сильнее виски или огненной самбуки. Чертова кукла, чертов я. Все летит к дьяволу в задницу, весь этот мир, в котором болтается лесная избушка.

— Я не могу. Так не правильно. Я же замужем, — пытается сопротивляться моя жертва. Хотя, я не прав. Незавидная роль закланного агнца сегодня моя.

— Ты покойница, — шепчу в пунцовое маленькое ухо. — Теперь тебе все можно. А я извращенец. Так что… А знаешь, призраков я еще не трахал.

— Заткнись, — шипит Фекла, облизывая языком пересохшие губы. — О боже. А вдруг наши помощники вернутся. Ты просто больной ублюдок. Больной, — она уже стонет, и я понимаю, что девка тоже поплыла.

Нет, нестерпимо. Прикусываю ее сосок, борясь с желанием просто опрокинуть ее на пол, и обезуметь. Она бьется подо мной, когда я все же осуществляю задуманное. Смотрю в распахнутые глаза моей мучительницы, когда вхожу в ее лоно слишком резко, не в силах бороться со своими внутренними демонами. Она мокрая, тесная и невероятно, обжигающе горячая. Пальцы Клуни, впиваются в мои плечи, и это немного отрезвляет. Боль от ее ноготков заставляет меня замедлиться, склониться к ее лицу. Я буквально всасываю в себя ее сладкие стоны.

— Еще, Макс, пожалуйста, — умоляет меня вернуться к прежнему ритму. Да я и сам не в силах больше сдерживаться. Знаете, что такое взрыв мозга, это блядское рождение сверхновой? Когда у тебя начисто сносит крышу. Когда тело Феклы выгнулось дугой, я зарычал от обрушившегося на меня восторга, наслаждения. Показалось что планета остановилась и наступил конец света. И знаете, что было центром моей вселенной в этот миг? Пульсирующая Фекла, стонущая в моих руках. И мне казалось, что я сдохну от оглушительного оргазма, пока спускал в эту чертовку.

И вот тогда я понял — черт с ней с деловой репутацией. Фуфловый у нее был план, но я пожалуй задержусь в этом городе еще немного. Хотя вот именно сейчас я чувствовал себя пауком, запутавшимся в своей же собственной паутине.