Глава 10. Дежурство на выживание

Среда выдалась бесконечной.

Марк ушел в клинику еще до рассвета. Лера сквозь сон слышала, как тихо щелкнул замок входной двери, оставив ее наедине с огромной, гулкой пустотой старой квартиры.

Раньше она отдала бы всё за такой день. Никаких желтых линий, никаких осуждающих взглядов, никаких лекций о правильном распределении полок в холодильнике. Делай что хочешь.

Но к обеду тишина начала давить на уши.

Лера сидела на полу перед мольбертом, пытаясь закончить фон для нового заказа. На телефон наконец-то пришло уведомление о зачислении небольшого гонорара за журнальную иллюстрацию. Сумма была скромной, но ее хватало, чтобы не питаться одними макаронами.

Она встала, потянулась и прошлась по коридору, намеренно наступая прямо на неоново-желтый скотч. Никто не вышел из комнаты, чтобы отчитать ее за нарушение границ. Никто не заваривал на кухне горький черный кофе.

Квартира казалась не просто пустой — она казалась неживой.

Лера остановилась у раковины. На «территории» Марка идеальным строем стояли его чашка, турка и металлическая банка с остатками зерен. Лера вспомнила его серое, осунувшееся лицо после прошлой смены и тот контейнер с мясом, которым он молча поделился с ней вчера.

Она решительно стянула с себя перепачканный краской свитер, натянула чистую толстовку и схватила ключи. У нее была миссия.

Для Марка Лебедева это дежурство превратилось в филиал ада на земле.

Две экстренные операции подряд. Множественные травмы после крупного ДТП на кольцевой. Он не помнил, когда последний раз ел, а кофе из автомата в ординаторской на вкус напоминал жженую резину пополам с картоном.

В 23:40 он, наконец, смог опуститься на жесткий диван в комнате отдыха. Мышцы спины горели огнем, перед глазами плыли цветные пятна. Он стянул медицинскую шапочку, с силой потер лицо руками, пахнущими антисептиком и латексом перчаток, и достал из кармана телефон.

Ни одного пропущенного. Естественно. Кому ему звонить?

Марк откинул голову на стену и закрыл глаза. Обычно после таких смен он мечтал только об одном — добраться до своей стерильной, тихой квартиры, принять горячий душ (если кое-кто не спустит всю воду) и упасть в кровать.

Но сейчас, в пропитанной запахом лекарств ординаторской, он вдруг поймал себя на странной мысли. Он представлял не пустую квартиру. Он думал о том, не устроила ли Лера очередной красочный взрыв в гостиной. О том, смешно ли она снова будет морщить нос, доказывая свои права на кухонный стол. О том, что запах льняного масла и масляных красок, который въелся в стены их прихожей, оказался на удивление уютным.

Марк резко открыл глаза, отгоняя наваждение.

— Совсем с ума сошел от недосыпа, — хрипло пробормотал он сам себе, поднимаясь. До конца смены оставалось еще несколько часов.

Лера вернулась из супермаркета гордая собой.

Она аккуратно разложила покупки в холодильнике. На свою, нижнюю полку, она поставила овощи, куриное филе и нормальный сыр. А затем, немного поколебавшись, достала из пакета небольшую пачку хорошего, дорогого кофе в зернах — точно такого же, какой пил Марк.

Она поставила пачку на его половину столешницы. Прямо рядом с гейзерной кофеваркой. Никаких записок, никаких бантов. Просто молчаливая контрибуция.

Часы на микроволновке показывали 01:00.

Лера заварила себе чай, села за стол и открыла скетчбук. Она сказала себе, что просто хочет порисовать в тишине. Но каждый раз, когда за окном шумела проезжающая машина или в подъезде хлопала дверь, она невольно поднимала голову и прислушивалась к шагам на лестнице.

Она ждала возвращения своего невыносимого соседа. И это было самым пугающим открытием сегодняшнего дня.