Глава 11

Глава 11

Артур

Происходящее не укладывается в голове. Сбежала. Маленькая похотливая сучка.

Внутри меня бушует злость и желание. Да, одновременно. Я понимаю, что сейчас больше всего на свете хочу отыскать эту мышь и оттрахать во всех позах. Блядь. В голове стучит, будто я пил всю неделю без перерыва, и теперь каждое движение вызывает сильнейшее ощущение боли в каждой клетке тела, и особенно в районе черепа.

Что такого в этой девушке, что у меня от одной мысли, что она не оставила никаких координат, взрываются мозги?

С самого утра я занимаюсь работой. Но Алиса не выходит из головы. Я хожу по кабинету, чувствуя себя, как загнанный волк. Как запертый в клетке, блядь, свободный зверь. Который настолько зависим от воли, что эти решетки вокруг убивают, одним своим видом. Вытягивая жизненные силы и наполняя черной безысходностью.

Я звоню ей несколько раз, но слышу лишь заезженную фразу «абонент не доступен». Почти швыряю ненавистный телефон об стенку, но в последний момент вспоминаю, что новый привезут не сразу, а значит, я буду без связи пару часов. Нет, это того не стоит.

Когда к обеду становится понятно, что других вариантов нет, решаю набрать Артема.

Который так же ничего не знает, как  и я.

Алиса написала заявление об уходе и положила его на стол. Вчера Артем весь вечер мотался по встречам, поэтому в офис заезжать не стал. И эта хитрая мышь воспользовалась ситуацией.

Вечером я уезжаю домой, оставив на замену помощника. В голове туман, и я все равно уже ничего не соображаю. Никита молча провожает меня задумчивым взглядом, но ничего не говорит. А жаль. Мне сейчас достаточно одной маленькой искры, чтобы получился охуенный взрыв. И все накопившееся вылилось наружу. Решаю поехать завтра в зал, потому что долго так продолжаться не может, и я непременно сорву на ком-нибудь это бешенство. Иначе оно разорвет изнутри, рассеет сознание на много маленьких кусочков…Нет ничего хуже бессилия, и это именно то состояние, которое сейчас накрывает меня с головой.

Ночь проходит отвратительно, я мало сплю, тишина и темный экран телефона давят на мозги не хуже пресса…Утро приходит неожиданно. Взрываясь в голове громкой мелодией надрывающегося телефона. Внутри сразу екает и едва открыв глаза, я бросаюсь к  этому тонкому куску пластика, связывающему меня с миром. Но все надежды, когда руки хватают аппарат, моментально растворяются, оседая внутри горьким разочарованием. Никита.

- Да, слушаю, - хмуро хриплю в трубку, и включаю кофеварку, - говори.

- Доброе утро, босс, - в голосе этого раздолбая по жизни снова слышны насмешливые нотки, словно Баратов по жизни пребывает в иной реальности, полной веселья и неземных удовольствий, - звоню напомнить про мероприятие вечером.

- Я не жалуюсь на плохую память, Никит, - хмыкаю в ответ, абсолютно уверенный в том, что Баратов сейчас нагло ухмыляется в трубку, - скоро приеду, жди.

Бросаю телефон на стол, чувствуя, как пусто в желудке, и тяжесть настоящего накатывает, как лавина. Нужно поесть, но, несмотря на урчание в животе, не могу проглотить ни крошки. Кофе стекает в пустоту желудка, и одиноко плещется там, пока я собираюсь дальше.

Еду на работу, как в тумане занимаясь обычными делами, что-то механически подписывая и встречая гостей вечером. Сегодня не совсем обычный вечер, в клубе вечеринка, заказанная вечеринка. Наша новая фишка. Типа квеста, но с интересными дополнениями. Гости уезжают утром, оставив в баре всю наличность, и увозя море впечатлений. Я пожимаю руку заказчика, и тот обещает наведаться еще не раз.

От Алисы снова ничего нет. Телефон молчит, словно заговоренный.

Новая девушка, нанятая на прошлой неделе, стучится  в дверь: - Можно?

Её каштановые волосы красиво уложены, умело подкрашенные глаза сияют от восторга.  Киваю, потому что уже дико устал разговаривать и хочу домой.

Майя, так написано на бейдже, заходит и стреляет в меня глазами: - Артур Романович, я Вам коктейль принесла. Она ставит бокал с голубой жидкостью на стол и пододвигает ко мне.

Я отлично знаю этот взгляд…заботливая, твою мать…Грудь третьего размера, не меньше, глаза серого цвета, стройные красивые ноги… И чего им всем неймется? Ведь у нее на лице написано, что эта забота завершится лишь обычным сексом.

- Майя, я предпочитаю начинать день с кофе, а не c алкоголя, - не свожу глаз с ее ножек и абсолютно уверен, что девочка точно знает, зачем пришла. Она наклоняется, так, что грудь почти выскакивает из выреза блузки: - А что еще предпочитаете?

Девица явно нарывается на трах. Но у меня совершенно нет настроения. Хотя… Я вспоминаю зеленые глаза с поволокой и смотрю на темную макушку Майи.

- Опустись на колени, - приказываю я девушке, и  та послушно опускается, отлично зная, для чего, облизывается и приоткрывает рот…

Спустя пару секунд проворные пальчики с фиолетовым маникюром  расстегивают ремень на брюках, и я чувствую, что напряжение в районе ширинки становится невыносимым. Через полчаса Майя уходит. Я откидываюсь на спинку кресла и закрывая глаза, снова вижу зеленую радужку и веселье в мышином взгляде…Блядь! В голове снова тяжесть, будто на меня нахлобучили сам царь-колокол. И дикое желание долбить по стенам, чтобы боль физическая, от разбитых пальцев, вытеснила другую боль. Разрывающую меня на части с того момента, как узнал про поступок мыши.

Я закрываю кабинет, выхожу на улицу и вдыхаю свежий утренний воздух. Он обжигает легкие, оседая каскадом ледяных микрочастиц, и становится чуть легче. Но чувство потери, такое тяжелое и словно прилипшее к области сердца, все равно не проходит. Странно. Та самая любовь, о которой  твердят из всех мест? Не может быть.

Еду домой, понимая, что и правда чувствую себя хреново. Если не сказать больше. Мне хочется услышать ее звонкий голос, с той самой ноткой хрипотцы…запах духов на коже, неповторимый аромат, который идеально подходит Алисе…почувствовать ее пальчики на своих плечах и…мать твою! Я реально словно выпит досуха без малейшей возможности восстановиться.

Весь оставшийся день я провожу на диване с бутылкой, листаю фотографии в телефоне. Мне не хочется никого видеть. Слышать. И вообще знать.

Заказываю обед, потом ужин. А поздно вечером выхожу  в соседний супермаркет. Народа практически нет, лишь редкие покупатели слоняются между стоек. Набираю в тележку кучу всякого съедобного дерьма, добавляя еще бутылку коньяка. Кассирша желает хорошего вечера, устало морща межбровье. А я кое-как дохожу до квартиры. Распихиваю все по полкам, и вспоминаю, что забыл про сигареты. Я курю не так часто, как многие. Но в такие минуты как сейчас – это прямо-таки жизненная необходимость. Но тащиться опять на улицу не хочется. Проверяю карманы куртки и нахожу открытую пачку. А потом продолжаю начатое.

В полночь в  квартире раздается звонок. Поднимаюсь и быстро иду к двери. Сердце колотится и в груди снова вспыхивает огонек надежды, что увижу за черным металлом желанные глаза со знакомым оттенком.

Но вижу…Артема с бутылкой в руках.

Он заходит, дождавшись моего молчаливого кивка, и снимает ботинки, оставляя их валяться в коридоре.

Я присматриваюсь и понимаю, что бутылка наверняка не первая, и Тёмка уже нехило наподдал.

Достаю из холодильника закуски, ставлю на стол два стакана из шкафа. И молча показываю ему на стул. Артем поднимает на меня свои голубые глаза, и я вижу в них отражение своей боли. Те же бессилие, тоску и беспомощность.

Мы сидим до половины третьего, долго разговариваем, и  приходим лишь к одному выводу. Мы виноваты оба. Безобразные сцены. Глупая, беспочвенная ревность. Перетягивание ее внимания на себя. И все средства для этого. Хотя если задуматься, то где тут смысл? Быть может, наш случай просто не похож на остальные? И в этом дуэте возможен третий участник? Ну и что, что мы не впишемся в стандарты. Нахер их, эти правила! Какой недоделок придумал, что любовь может быть только между двумя людьми? И решил, что его вывод – единственно правильный и неоспоримый?

Артем остается у меня до утра. Потому что выпустить его в таком состоянии я не могу. Я - соперник, но не мелкий засранец, который воспользуется слабостью друга, чтоб столкнуть того с общей ступеньки. Мы стоим на ней вместе. И девушка, которую оба наверное любим, не простит мне такого.

Вот только любит ли Алиса? Если сбежала от нас в неизвестность. Что вообще есть любовь? Как понять, что это притяжение и постоянные мысли не просто влечение и дикое желание?

Жизнь течет своим чередом. И через несколько недель, когда в груди поселяется невозможная, разрывающая сердце тоска, я понимаю, что ответил сам себе. Мне не хочется других женщин, а сны, в которые приходит Алиса, наполняя их светом и жизненной энергией, становятся обыденностью. Я словно болен ею. Но эта болезнь нужна мне. Как воздух. Как сама жизнь.

Мне хочется просто смотреть на нее, бегать по парку, чтобы догнать и, поймав в кольцо рук, прижать к себе ее идеальное тело. Взглянуть в эти потрясающей красоты глаза и раствориться в них. Без остатка.

Родители постоянно спрашивают меня, что происходит. Мама терзает вопросами и Тёмку тоже, пока я не признаюсь ей в один прекрасный день, что дело  не в переутомлении, проблемах на работе или плохом настроении.

И рассказываю нашу историю с самого начала, опуская само собой интимные подробности. Она качает головой, и еще раз внимательно изучает мое лицо. Вдруг улыбается и произносит фразу, которая изумляет меня: - Похоже, сын, ты нашел свою судьбу.

Мои родители консервативны в своих взглядах и я готов  отбиваться от навязанных невест и прочих атрибутов идеального будущего для одного из отпрысков такой семьи, как наша. Зная, что это все бессмысленно на самом деле, и женюсь на той, которую выберу сам.  Но люди их поколения всегда найдут лазейку, чтобы донести свою мысль до нерадивых потомков.

Поэтому мамины слова удивляют, оставляя внутри странный осадок сожаления. Потому что я уже не уверен, что оно есть, это будущее.

Мы с Артемом почти не разговариваем, лишь по вопросам, связанным с работой клуба. Там все идет отлично. Новые клиенты. Отличный доход. Бизнес процветает. Чего не скажешь обо мне.

Чем больше времени проходит, тем сильнее я чувствую эту сжимающую все внутри тоску. Без девушки с зелеными глазами мир словно потерял свои краски. И стал черно-белым. И каждый день похож на предыдущий, а  вечер снова ни о чем. Не жизнь. А просто мгла. Потому что остались лишь черные полосы. И искорка, способная пролить свет на мою почерневшую туманную жизнь, исчезла без следа.

Артем

Я сижу на очередном совещании. Зоя приносит кофе, обходит всех участников и бросив напоследок пытливый взгляд, удаляется.

Знаю, что  сейчас совсем не в форме. Я плохо сплю и постоянно думаю о ней. Алиса. Принцесса моих снов. Царица моих воспоминаний. Моя лисичка.

Заместитель что-то спрашивает и застывает с вопросительным лицом. С трудом заставляю себя вернуться в настоящее, и заняться работой. После совещания звонит Артур. Мы созваниваемся регулярно. И в трубке всегда один и тот же немой вопрос. Что-нибудь узнал? Мы не спрашиваем, просто говорим о клубе, обсуждаем общих знакомых и еще много других вещей. Но этот вопрос висит, как туча, готовая в любой момент пролиться нереальной силы ливнем. С ветром и прочими атрибутами сильнейшей грозы. Я уверен, что если вдруг Алиса появится, он наберет меня. И я готов сделать то же самое. Почему? Потому что иначе я просто подохну. И Артур похоже, завяз в этом зеленом болоте не меньше меня. Топь. Из которой мы уже не выберемся. Точнее, не хотим выбираться.

Я вспоминаю, как мы вели себя и хочется как следует надрать задницу. Обоим. И себе, в первую очередь. Потому что если бы не это, возможно сейчас моя девочка сидела бы в соседнем кабинете. А вечер был бы снова таким же потрясающим, как обычно. Я долблю кулаком по столу, и в кабинет врывается Зоя. Увидев, что босс сидит за столом, и нет всего того, что она успела придумать за те несколько секунд, что  неслась к двери, Зоя  останавливается, застывая статуей прямо в дверях. На ее лице написано изумление. И молчаливый вопрос. Отсылаю секретаршу обратно, махнув рукой,  и снова погружаюсь в омут воспоминаний. Мне хочется остаться там насовсем. Не возвращаться в реальность. Здесь все уж слишком невыносимо. Все напоминает об Алисе.

Дни текут, как кисель. Однообразные, медленные и тягучие. Без малейшей искры и проблеска в темной массе этого киселя. Так проходит неделя, другая,третья.

И за это время мне удается побыть объектом внимания не одной женщины. Я знакомлюсь. В клубах. Барах и кафе. Даже в ресторанах. Но спустя короткое время разговора понимаю, что не хочу. Ничего не хочу. Я залип на ней, как прокаженный.

Через три недели  мы встречаемся с Артуром. Он - почти копия меня. Под глазами тени, заострившееся лицо, и мертвый взгляд. Мы весь вечер пьем в баре. Пока не доходим до такого состояния, что уже еле сидим.

Нам не нужны слова, чтобы объяснить друг другу то, что сидит камнем внутри. И в ту ночь, когда я притащился к нему через пару дней после исчезновения Алисы, мы слишком много говорили. Расставив все точки над «и».

- Давай завязывать, - хмуро ставит стакан на стойку Артур, - пора валить отсюда.

Бармен вопросительно приподнимает брови, но я качаю головой, и через полчаса мы вываливаемся из дверей, зигзагами доходя до заказанного такси. Водитель не может разобраться в ругани Артура и отвозит нас обоих ко мне домой, это тот адрес, что я надиктовал с самого начала при вызове. Мы просто падаем на большой пушистый ковер в гостиной, чтобы с утра проснуться на полу, и матерясь, как грузчики овощного магазина, в деталях ощутить все последствия этого необдуманного поступка. Шея словно деревянная и голова совершенно не работает. В висках долбит, словно кто-то из соседей решил поиграть с перфоратором, во рту – отвратительный вкус вчерашнего спиртного, перестоявшего и забродившего, глаза норовят закрыться обратно, чтобы не видеть самого себя и брюнета рядом. Артур хмурит брови и крутит шеей, обещая свернуть шею бармену.

Спустя полчаса мы заливаем в себя по паре кружек крепкого ароматного свежесваренного кофе и разъезжаемся в разные стороны, чтобы в выходные повторить.

Иногда встречаюсь с девушками, исключительно в физиологических целях. Как только тело расслабляется, а очередная девица покидает мою квартиру, заодно покидая и мозги, я всегда вижу Ее глаза. Зеленые глаза с темными зрачками. Иногда мне кажется, что я уже почти сошел с ума, дошел до той грани, после которой уже нет возврата назад.

« Артем, немедленно поставь меня обратно!! »

« Не бойся, глупыш, я тебя не отпущу…никогда »

Я и правда не могу выпустить ее из своего сердца. Там заклинило дверь,  и теперь оно -  ловушка для маленькой Алисы.

Каждую неделю я звоню по тому номеру, что Артур откопал не знаю даже где и как. Номеру ее матери. Представляюсь ее боссом и уточняю, нет ли новостей от Алисы?

Играю роль озабоченного бывшего начальника, жалуясь в трубку, что Алиса Аркадьевна  была слишком идеальным работником. И что я мечтаю снова увидеть ее в кресле начальника отдела. Но там абсолютно глухо. Как в танке.

Через два  месяца жизнь становится спокойнее. Так мне кажется. Артур говорит, что это лишь иллюзия. Попытка сделать вид, что ничего не было. Но на самом деле боль просто притаилась глубоко, и будет медленно тянуть силы оттуда, из своей дыры. Пока не опустошит до конца.

Мы практически не затрагиваем эту тему, с тех пор, как поговорили с самого начала. Выяснив, что идиоты оба и виноваты – тоже. Оба. Вместо того, чтобы ценить женщину, готовую полюбить и принять, выделывались, как малолетние придурки со спермотиксикозом. И потеряли то счастье, что получили в свои жадные собственнические ручонки.

По понедельникам мы вместе ездим на тренировки. До полного изнеможения лупим сначала боксерскую грушу, а после друг друга. Пока не падаем оба на пол. И тогда становится терпимо. До следующего понедельника.

На рабочем столе в моем кабинете теперь живет термос и подушка с одеялом. Точнее пледом. Его купила Алиса. Она тогда подарила нам с Артуром два абсолютно одинаковых пледа. И вот теперь подарок пригодился.

Я провожу столько времени в офисе, что подчиненные косятся с опаской. Они наблюдают мой профиль и фас в любое время суток. С самого раннего утра и до самого позднего вечера. Зоя отпаивает меня кофе с кексами. И иногда улыбается. Показывая свои ровные белые зубы. Она жеманно хихикает и щурит глаза. Не зная, что эти ужимки мне по барабану. И если бы не ее отличные профессиональные качества, уже выгнал бы нахрен.

Моя сумашедшая гонка дает свои плоды. В виде новых партнеров и расширения бизнеса. И через три месяца мы открываем филиал. В пригороде, но разве это важно? Движение-жизнь. И возможно, это только начало чего-то большего, чем небольшой кусочек от моей компании.

Все согласовано, и все согласны. Мне нужно лишь подписать документы и получить разрешение. И чтобы сменить обстановку и развеяться, я решаю поехать сам. Вместо того парня, которого хотел отправить вместо себя. Сегодня понедельник. Знаю, что Артур поедет лупить по снарядам, и предлагаю составить мне компанию. К моему изумлению, этот наглый любитель потрахушек  соглашается. И мы договариваемся поехать вместе.

С утра я вскакиваю совсем рано. На стрелках часов начало шестого. Но заснуть не получается. Я просто лежу в кровати, вспоминая приснившийся сон. Яркий. Реалистичный. Вызывающий приятную дрожь и мурашки по телу. Целые толпы маленьких мурашек.

Мне приснилась Алиса. Она улыбалась и махала мне рукой. И эта улыбка была настолько теплой, умиротворяющей и просто фантастически живой, что когда я открыл глаза, это тепло и спокойствие еще остались внутри. Мне на минуту показалось, что на самом деле я спал эти три месяца, и сейчас лисичка зайдет в комнату и потянувшись скажет: - Тём, ты проспал свой завтрак, придется кормить тебя отдельно… И запрыгнет ко мне, намекая на поцелуй и все, что к нему прилагается. Но увы…в реальности все гораздо более прозаично.

Я встаю, собираюсь, натягиваю костюм, и беру папку с бумагами. Их вчера сунула мне перед выходом Зоя. Еду по полупустым дорогам и набираю Артура. Тот отвечает почти сразу, и я озвучиваю время по навигатору, которое осталось до его дома. Нам ехать часа два-два с половиной, после того, как выедем на трассу. И когда друг наконец оказывается в моей машине, протягиваю ладонь для рукопожатия. Почему то сегодня у меня отличное настроение. Весомой причины для этого нет. Ну, разве что кроме открытия филиала. Но это не  в счет. Я чувствую себя так, словно сегодня канун Нового года, и завтра утром я гарантированно найду под елкой подарок. Возможно, не совсем такой, как хотел, но…под елкой совершенно точно будет яркий красивый пакет или коробка с большим бантом. И вот это ожидание, когда  все вокруг  заряжены каким-то неописуемым праздничным предвкушением, оно сбивает меня с толку. Настораживает. И пугает.

Артур как всегда хмур, как ноябрьское небо. Без малейшего намека на солнце и хоть какую-то расцветку. Просто серость. В его глазах. В настроении. И улыбке тоже.

Через почти три часа мы оказываемся в кабинете директора нашего нового филиала, почти тезки известного русского поэта, Михаила Юрьевича Антонова. Солидного мужчины средних лет. С веселыми глазами и приветливой улыбкой.  А еще через пару часов – на фуршете в честь какого-то местного события. Артур уходит в зал, окидывая взглядом обстановку и снующих туда сюда девушек-официанток с подносами, а мы удаляемся в отдельный кабинет, обговорить детали.

И когда через минут пятнадцать прибегает испуганная помощница Михаила Юрьевича, и зовет меня, нервно моргая и путая слова, я разбираю лишь одно: - Этот мужчина, который с Вами…он…он…

Не могу добиться от девушки ничего путного и выхожу из кабинета. Ищу глазами Артура и вижу лишь мини-толпу  в самом дальнем углу. Хмыкаю, не сомневаясь, что он там, в  самом эпицентре,  и двигаюсь в заданном направлении. Не подозревая, что именно меня ждет. Не зная, что спустя несколько минут сердце зайдется в истерическом припадке и сознание почти покинет меня.

Дорогие мои, спасибо огромное за внимание к истории!

А комментарии просто бесподобны!

У меня самые лучшие читатели на сайте!