Глава 17

– Здравствуй, красотка! Ты что-то совсем пропала с радаров! Пишу тебе, а в ответ – тишина… – Алевтина, свет очей моих, не смогла поймать на выходных, так решила застать прямо на работе. – Ты по мне соскучилась или по Максу? – Люблю подругу, но не настолько, чтобы нарушать правила поведения в зале. Никаких личных разговоров, никаких приятелей. Только клиенты, только хардкор! И плевать, что девушка директора имеет преференции перед другими. Максиму вожжа под хвост попадет – и не докажешь, что это его же зазноба сбила меня с толку. – Или решила приобрести домой бутылочку сидра? – Ну, если ты составишь компанию, то могу прикупить сразу две бутылки лимонада. Берем? И гуляем на все? – Нет уж, будь добра, купи сидр. – Господи, Макс окончательно рехнулся? Зачем он вам его поставил в приоритеты? – Говорит, какой-то бонус полагается, если много продадим… Но мне кажется, он уже бонус отхватил, а теперь боится, что всю эту бурду придется списывать… – Ладно, давай тогда четыре бутылки. Спасу вас всех сразу. Тебе премию сделаем, Макса спасем от убытков. – Странная схема спасения, не находишь? Алька тратила, чаще всего, те самые деньги, что получала от Макса «на заколки», по его выражению. Ей, отчего-то, казалось важным именно тратить, а не копить или откладывать все то, что мой драгоценный шеф бесконечно пытался ей вручить. А могла бы уже накопить на машину, кажется… – Как умею, так и помогаю, Вик. На вечер какие планы? – Подруга выполнила почетную миссию покупателя и теперь могла с чистой совестью торчать у моего прилавка. – Только чек не убирай далеко. Если что, ты только что вошла. Иначе Макс мне никогда не простит. – Думаешь, обидится, что предпочла его тебе? – Уверена. – На самом деле, кроме Алевтины, в помещении больше не было ни одной живой души. От нашей болтовни мог пострадать лишь Максим, со своими приступами собственничества. – Так что, какие планы на вечер? Только не говори, что будешь опять писать свои курсовики! – Сегодня две контрольных обещала людям сделать… – Даже не думай, Вика! Я тут придумала, знаешь что? – Горящие глаза подруги предвещали что угодно, только не удовольствие для меня. Она уже вся извелась в попытках устроить мою личную жизнь, и куда меня только не таскала для этого. – Нет. Не знаю и знать не хочу! Забудь! И даже не пытайся! – Вика! Тебе двадцать три! И ты одна! Это же проблема! – Ты что, успела с моей мамой пообщаться, Аль? – откровенно возмущала эта параллель между возрастом и личной жизнью. В наше время людям надо паспорт лишь к тридцати выдавать, а на мне в двадцать три уже крест ставят. – Нет. А надо было? – Просто она очень любит напоминать, что в эти годы она уже была замужем и даже меня родила… Надо же, какое достижение! – Ну, по-моему, неплохо получилась… – Алька прекрасно поняла, что мне эта тема не нравится, но не упустила случая поддеть. – Ага. Близняшки, растущие в нищете, ей тоже за многое благодарны. – И что теперь? Ты решила вообще ни с кем не связываться, Вик? Нужно учесть мамин опыт и не повторять ее ошибки. А если вообще от всего на свете шарахаться, то лучше вообще не жить… – Точно! Отличная идея! Уйду в монастырь! Заодно ото всех спрячусь. – От кого – ото всех, дорогуля? – Ты не поверишь, Аля. Сразу от троих! – Ну-ка, ну-ка… Погоди… Я что-то пропустила, получается? – Можно подумать, Максим тебе ничего не рассказал… – Ну, было дело… Только я почему-то решила, что этому кренделю, который так деньгами раскидывается, ничего не обломилось… – Зря ты так решила. Раз дает – надо брать. – Не говори, что ты ему что-то пообещала только ради премии! Вика, ты ли это? А как же все твои правильные принципы? – Одно свидание. Я на него сходила. Он цветы подарил даже… – Ах вот оно что! – Алька откровенно издевалась. – Ну, раз цветы, то конечно. Такого поклонника надо брать! – А куда еще двоих девать, скажи, пожалуйста? Меня этот вопрос мучил с самого утра, как только мы с Даней расстались. Что с ними делать-то, с этим ворохом из мужчин, упавших на мою голову нежданно-негаданно? – А с этого места поподробнее, пожалуйста. Поподробнее не вышло – приходилось помнить о покупателях, которые временами появлялись и мешали нашему спонтанному девичнику. Алька так впечатлилась, что две бутылки сидра выпила, не оглядываясь. Так ее волновало происходящее в моей жизни. – А кто тебе нравится-то, Вик? Оставь его, а остальных гони в шею. Не поверю, что у тебя не получится, если очень захотеть! – Если бы я сама знала, Алечка. Но, судя по тому, что выбор сделать не получается, нужно гнать всех. – Нет уж, моя дорогая! Я столько времени старалась подогнать тебе хотя бы одного… Такими богатствами не разбрасываются! Пусть соревнуются тогда, а себе оставишь сильнейшего! – Ага. Устрою бои без правил. А они возьмут и встанут в планку все, вместо бойни. Скучно наблюдать, ничего интересного… – Так. Над этим нужно хорошенько подумать… – В ее предприимчивой голове закрутились шестеренки. И мне сразу стало страшно за всех парней скопом. – Ты лучше отпроси у меня у Максима на вечер. Нужно квартиру найти. Это гораздо важнее. – А чем тебе у Дани не живется? Это же самый выгодный вариант? – Может, сразу за него замуж выйти? И дело в шляпе? – Точно! Мне очень нравится эта идея! Парень с квартирой уже. Ипотека не потребуется. Можно смело начинать рожать. И даже мама твоя будет в восторге! – Алевтина! Иди отсюда! И отпрашивай меня у Макса! Только не говори, зачем. – Хорошо. Скажу, что снова поведу знакомить тебя с мальчишками. А то маловато будет… – Идея великолепная. Надеюсь, ему не придет в голову потроллить Пальмовского… – Да пускай троллит. Главное, чтобы адрес не говорил. И вот как меня угораздило попасть в это подземное царство, в котором каждый – тролль в десятом поколении? И не надо говорить, что подобное притягивается к подобному… – Все! Ты свободна! Не сразу, конечно… Через полчаса обещала подъехать сменщица! – Алька картинно вышагивала по помещению, строила мне глазки. Короче, выделывалась, придавала себе значение, как будто его и так не хватало. – А если она не успеет, Макс обещал тебя сам подменить. – Как ты это делаешь, ведьма? Признавайся? – Что именно? Выпила твой гадкий сидр? Я и не такую бурду употребляла, знаешь сама… – Как ты умудряешься так вертеть Максом? Словно он не мужчина, а брелок на кольце. – Я для наглядности крутанула бирку с ключом, которую как раз держала в руке. – Я так не умею! – Судя по тому, что вокруг тебя вьется целая стайка из поклонников, все ты умеешь прекрасно, Вика! Не прибедняйся! Я вон, только одним кручу, а за тобой трое ходят, словно на поводке! – Мне показалось, или в голосе подруги мелькнула легкая обида на судьбу ее горькую? – Хочешь, с тобой поделюсь? Хоть всех троих забирай! – А что? Это идея! – Алька, ты в своем уме? У тебя же Макс есть, он хороший! Зачем тебе эти упыри? Алевтина нависла над моим прилавком, почти носом в меня уткнулась. В ней умирала великая актриса, прямо на моих глазах билась в конвульсиях – играть бы человеку заговорщиц и шпионок, а она прозябает на факультете муниципальных финансов. Что за жестокая несправедливость?! – Мне твои упыри нафиг не упали. Но зато, смотри, как можно славно выкрутиться! Тот, кто на меня поведется, тут же выпадет из игры! А тот, кто в мою сторону и не посмотрит, окажется сильнейшим! Как тебе? – А зачем мне эти игры и гонки, Аль? Мы же не в пещерном веке. Я не собираюсь мужчину отправлять за мамонтами… – Ну, жди тогда хлюпика себе какого-то… Ближе к сорока годам только такие и останутся на обочине жизни: подбирай, рассматривай, отмывай, выкидывай… Ты такого хочешь? – Ты со своими затеями тоже доиграться можешь. А если Макс узнает? Ему понравится, что ты крутишь хвостом перед другими парнями? – Конкурентная борьба еще никогда и никому не мешала, Вика. Макса тоже нужно в тонусе держать. Пусть не думает, что на нем свет клином сошелся! – Аль, твою бы энергию, да в мирное русло… Не было б тебе цены, моя дорогая! – Я порой поражалась изобилию идей в этой хорошенькой и умненькой головке. Жаль, что эта головка старательно прятала свои мозги, предпочитая казаться хорошенькой, но глупенькой. – Я пока на кошках тренируюсь. А потом пойду покорять вершины! Фотки своих товарищей покажешь? – Зачем? – Слегка растерялась от резкого перехода. Кто-то считает, что мои мысли и думы извилисты. Эти люди просто Алю не видели! – Ну, прикину, с кого нам стоит начинать! – Не нужно ничего начинать, Аля! Просто помоги мне с поиском нового жилья. Как-то страшновато ходить одной на встречи с незнакомыми людьми. – Ты думаешь, это тебе поможет? – Я хотя бы от одного своего принца избавлюсь. Потом уже буду разбираться с остальными. – А тебя не смущает, что все они в курсе, где ты работаешь? Будет нужно – и здесь найдут, и до нового дома проведут. Еще окажется, что сняла неправильно, придется опять переезжать? – Я подумаю об этом позже. – Ты ж моя Скарлетт О`Хара… Ладно, поступай, как знаешь. Но фотки-то покажешь? – Смотри. – С Алькой спорить – как плевать против ветра. Усилий масса, а толку – ноль. Проще согласиться и сделать, как она просит. Иначе все равно же не отстанет. – Даньку ты знаешь и так. Вот это – Виктор. Тот самый, благодаря которому Макс теперь отлично экономит. – Не благодаря Виктору, а благодаря тебе. Помни об этом. И Максу напоминай почаще. Пусть ценит. – Она, не отрывая взгляда, рассматривала Пальмовского. – Хорош. Очень хорош. Взяла бы, не раздумывая. Но… покажите всех! – Это Артем. Который вроде бы гопник, но на самом деле тренер. Ты меня на слепое свидание с ним отправила… – Показала ей фото парня из приложения. – И что? Он реально выглядит вот так?! – Ее глаза округлились от удивления. – А что смущает? – Черт! Я думала, там какой-нибудь страшилка плюгавый. А на аватарку поставил чужую фотку… Это же преступление – быть таким классным! – Ты потише, мать. Сейчас Максим услышит. Будешь ему потом объяснять, откуда столько восхищений не по его поводу… – Да, Вика. Теперь я тебя понимаю. Хочется всех и сразу. Желательно побольше и почаще. Повезло ж тебе на таких красавчиков… – Угу. Отведу их в ЗАГС и попрошу расписать нас оптом. И чтобы на пошлину скидку сделали. Невеста же одна… – Точно. Я погуглю, в какой стране так можно делать… – С абсолютно серьезным выражением лица заявила. А глаза Алевтины никак не могли оторваться от Тёмыча. Ее можно понять – сама бы любовалась с удовольствием, если бы не сомнение, что ему все это чисто ради стёба нужно. – Ты лучше посмотри, в какую страну принимают беженцев. Не по политическим убеждениям, а по социальным. Или как правильно назвать людей, которые не знают, как удрать от мужчин? – Вик, ты можешь обманывать кого угодно, только не меня. – Это в чем же, интересно? – Звякнул колокольчик на входной двери – пришла Танюшка, очевидно, чтобы меня подменить. Глянула не очень добро, и понятно, по какой причине: никто не любит, когда его выдергивают на работу посреди выходного дня. Я лишь пожала плечами. В конце концов, пора и честь знать: я выходила за всех и каждого ровно столько раз, сколько меня просили. Один раз можно и вернуть себе время, отданное за других. – В том, что если бы ты реально хотела отделаться от этих парней, то давно бы уже все были посланы к чёрту. И шли бы туда стройными отрядами, а может – по отдельности, это от характера зависит. Но ты же их не посылаешь как следует? Алька – хороший человек и невероятно добрый. Иногда она по доброте своей творит и говорит весьма неожиданные, а порой и неприятные вещи. От которых становится зябко на душе, но зато как-то честно, что ли… Мозги она мне проветривает. А потом улыбается и снова хохмит. – Умеешь ты резать правду-матку, Алевтина. Только что мне теперь делать? – Переодеться и идти выбирать квартиру. Мы же это планировали? Или хочешь взять упаковку сидра и нахлестаться от души? Я хмыкнула: – А потом стоять в очереди под дверью в туалет? Нет уж, дорогая моя! Спасибо. Жди. Я быстро переоденусь! Я уже ломанулась, было, в сторону остановки, но подруга меня остановила и повела к автомобилю. Все понятно: Макс был так щедр, что даже выдал ей ключи от тачки. Раз его девочке нужно много двигаться, и она может сильно устать, то пускай устает машина. А девочка лучше сама его укатает как следует, но чуть позже. И это не мой цинизм, а цитата из Алькиных рассказов. Я иногда смотрела на эту хохмящую парочку и не могла понять: где заканчивается их обоюдный здоровый эгоизм, и где начинаются чувства. Они же ведь есть, мне не кажется? – Итак, Данила пролетает, как фанера над Парижем, правильно? – я уже успела задуматься на постороннюю тему, а Алевтина продолжала размышлять над моим то ли завидным, то ли грустным положением. – Да… Наверное… – Что значит «наверное», Вик? Ты еще планируешь дать ему шанс? Сбрендила? – Артем и Виктор только хорохорятся и бегают вокруг, создавая видимость… – А Воронов не бегает? – Алька его невзлюбила еще с тех времен, когда я дружила с Даней, а потом не совсем дружила, но вроде как и не встречалась. – Он просто взял и вывез меня из квартиры, из которой я сама никак не решалась сбежать… – Уверена, что и остальные сделали бы то же самое. Просто им не повезло попасть в эту богадельню. – Так они и не пытались, Аль! – Послушай, моя дорогая! Ты его сейчас пытаешься оправдать? Приписать несуществующие плюсы? – Стараюсь быть объективной, и только! – Скажи честно? Тебе с ним очень нравилось дружить телами, да? – Ну, было дело… – Зачем отрицать очевидное? – А после него попытки-то хоть были? Я вот не припомню ни одной… Если только ты мне не все рассказывала. – Не было попыток, все так. – И что теперь, ты будешь до старости хранить ему верность? – Пфф! Придумала тоже! – Ну, пока что именно так все получается. Надо уже попробовать что-то новое, Виктория Михайловна! Не век же тебе сохнуть по Даниилу Воронову? – Ты хочешь толкнуть меня на путь разврата, что ли? Я совсем недавно в монастырь собиралась… – В монастырь нужно идти на старости, когда уже ничего не можешь и не хочешь. А пока есть шансы получить удовольствие от жизни – получай! – Черт побери, Аля! Я не узнаю тебя в гриме! Кто сегодня вселился в мою подругу? – Человек, который считает, что надо брать Тему или Витю. А Даньку оставь на закуску. Если совсем все совсем плохо будет – тогда и пригодится. – Спасибо, дорогая! Вот сейчас мне стало намного легче! Все по полочкам разложила! – Обращайся. Я еще и не то могу! – Аль, ну почему у меня не может быть все так легко и просто, как у тебя с Максимом? Первая встреча – сразу любовь до конца жизни? – Меньше думай, больше делай. И все у тебя получится, не хуже, чем у меня! – Может быть, проблема в том, что Макс – не такой красивый, как все эти прилипалы? – похоже, мне реально пора прекращать думать. Во всяком случае – кое-что из мыслей озвучивать не стоило бы… – Что? Ты Макса моего уродом назвала? – Хорошо, что Алька за рулем очень сосредоточена. Глаза от дороги не отводит, руки от управления не отрывает. И уж точно не красит губы и ногти, как принято шутить над всеми девушками-водителями. Иначе бы мне точно уже прилетело по затылку чем-нибудь тяжелым. – Отличная внешность у Максима. Просто он не наводит на мысли, что внутри сидит кобелина, за которым готова бежать каждая свободная девушка, и не свободная тоже… – А, ты об этом… Будем считать, что отмазалась. – Ага. Только проблему это никак не решает. Но знаешь, я кажется, нашла выход… – Молчи пока. А то я въеду в кого-нибудь от неожиданности! Алька включила аварийку и встала прямо у обочины. Ее нисколько не смущали сигналы и возмущенные лица водителей, которые нас объезжали и явно матюгались от души. – Теперь вещай. Я готова к любым сюрпризам! – Выделю каждому по два дня в неделю. Чтобы толпами не ходили. – Хм… А в воскресенье что? Бонусный день для того, кто отличился? – Выходной. Для меня. Иначе я быстро тронусь. – И что тебе даст такое расписание? – Кто-нибудь по любому сойдет с дистанции. Будем считать, что это – естественный отбор. – А если все трое откажутся? – Значит, отсеются все трое. И я буду свободна, как и раньше… Подруга задумалась на какое-то время, потом плавно тронулась. – Мне казалось раньше, что я – слегка с приветом, Вик. Но, похоже, сильно ошибалась. У тебя приветы покруче будут. – Завидуешь – завидуй молча!