Глава 12. Часть 1

Я сверлила взглядом потолок.

Несмотря на то, что проснулась всего пару минут назад, я все равно ощущала себя выжатым лимоном, измельченной мандрагорой и пожеванной крапивой в одном флаконе. Ноги гудели, голова трещала, в ушах звенело — так себе анатомический оркестр, это можно было заключить и без целительского дара.

Работа с абитуриентами, наконец, была завершена. Причем не только с теми, чьи кандидатуры были одобрены для поступления, но и с теми, кого в академию не приняли. Я хотела помочь им хоть чем-то: многие приезжали издалека, а потому во времени я была ограничена и расплачивалась за это своим собственным самочувствием.

Бесчисленное очищение магических потоков, снятие блоков, укрепление узлов... Я была слишком самонадеянной, посчитав, что это никак на мне не отразится. Зато у ребят появился шанс поступить в другую академию уже в этом году.

— Айлин, ну ты как там? — послышался хлопок двери и голос Бетти. — Вставай уже, хватит притворяться овощем!

— Я не притворяюсь, — простонала я, натягивая одеяло повыше. — Я им и являюсь.

Подруга влетела в комнату неукротимой энергичной бурей. Её золотистые волосы стояли торчком после сушки артефактом, как у взъерошенного воробья. В руках она держала чашку с чаем. Как всегда — до одури сладкого и с добавлением молока.

— Куда ты ходила в такую рань?

Она плюхнулась на мою кровать и тут же начала трещать, как заведенная:

— В целительскую. Ты хоть представляешь, какие у меня мозоли на пальцах?! — она показала свои пальчики, на которых уже не осталось и следа от «приёмного апокалипсиса». — Отчёты, анкеты, досье…Под конец у меня уже буковки как мухи летали вокруг. Со звуками "ж-ж-ж", "о-о-о", "п-п-п"... Ну, ты поняла. Еще и Алекс... Как же он меня достал за вчера, честно слово. Я ему перо хотела в нос засунуть, лишь бы перестал отвлекать и сбивать!

Я невольно хихикнула, несмотря на своё состояние. Бетти всегда умела поднять мне настроение. Даже когда я ощущала себя лишь пустой оболочкой, подруга каким-то неведомым образом умудрялась меня заряжать.

— Ты герой, — пробормотала я, всё ещё прячась под одеялом. — А я просто труп, который категорически против, чтобы его поднимали.

— Труп, говоришь? — Бетти наклонилась ко мне, и, едва сдерживая смешок, картинно пошевелила пальцами над моим одеялом, точно какой-то некромант, поднимающий мертвецов. — Ну-ка, труп, поднимай голову! Нам ещё завтракать идти, а вечером встреча с остальными.

— Я кошмарно выгляжу, — пожаловалась я, не желая никуда идти. Устала смертельно.

— Ничего подобного! Во всяком случае, остальные наверняка выглядят хуже! Не у всех, знаешь ли, целительский дар! — фыркнула Бетти и, театрально закатив глаза, добавила: — Все измотаны до предела, злющие… Эти абитуриенты любого святого до греха доведут, честное слово!

— Представляю, — пробормотала я, понимая, что Бетти права.

Не счесть, сколько времени ушло на то, чтобы объяснить некоторым кандидатам, что они не настолько уникальны, как им кажется. И каждый раз эти многозначительные вздохи, вопросы и требования дополнительных проверок! Кто бы мог подумать, что вступительные испытания могут превратиться в такой затяжной марафон терпения?!

Честно говоря, с каждым днем мне было все сложнее представить человека, который хотел бы стать монархом академии по собственной воле. Похоже, даже Марика с Ксандером уже пришли к выводу, что идея венценосности далеко не так привлекательна, как кажется на первый взгляд.

А главное, жаловаться-то некому… Пальцем у виска покрутят. Ведь это так престижно быть королем и королевой!

— Вот и хорошо, представляй дальше. Во всех красках! А я пока пойду заварю тебе Оживлятор, чтобы ты в самом деле не умерла в своей постели. Харт тебя, конечно, поднимет, но нежить-королева… Академия еще не отошла от предыдущего потрясения! — заявила Бетти и, оставив свою чашку на моей тумбе, направилась к комоду, на котором мы разместили чайную утварь и артефакт нагревания.

Оживлятор, или, по-простому, зелье пробуждения, был ничем иным, как порошком из горьковатых трав, который достаточно было просто растворить в тёплой воде. За это лето мы успели опустошить огромную банку этого спасительного средства — в некоторые дни сил едва хватало, чтобы открыть глаза и как-нибудь заварить себе эту бодрящую смесь.

Я лежала, даже не пытаясь подняться, и вдруг почувствовала лёгкое тепло. Тепло от того, что рядом есть такой человек, как Бетти, способный вытянуть меня из любого состояния. Наша комната общежития была маленькая, но уютная. Окно, затянутое занавесками, едва пропускало утренний свет, а на полу валялись подушки, брошенные Бетти после её вечерних танцев —  она из традиций подруги для эмоциональной разгрузки. Казалось, что в этой маленькой комнате всегда было лето — шумное, светлое и немного сумасшедшее, как сама проклятийница.

— И не думай снова уснуть! — раздался её голос, вырывая из размышлений. — Оживлятор уже на подходе, так что тебе придется подняться и показать всем свою красивую, но сонную физиономию!

— Встаю, — со вздохом отозвалась я.