Глава 20. Часть 5

Когда мы оказались в коридоре, я наконец отпустила руку Харта. Он не преминул случаем прокомментировать:

— Если тебе так хотелось взять меня за руку, могла бы не стесняться своей мамы. Кажется, я ей понравился.

Ну ещё бы!

Харт — красивый парень, мой ровесник, числится в списке лучших студентов академии. И это не говоря уже о том, что он дракон, что с лихвой перекрывает даже такой «недостаток», как обучение на факультете смерти.  Ещё и эта злополучная королевская традиция, будь она неладна! Тот факт, что в прошлом выбранные артефактом студенты иногда влюблялись, только подливает масла в огонь. А мама, наверное, уже на седьмом небе от счастья, мысленно ставит галочки напротив пунктов в списке идеального жениха и представляет себя заботливой бабушкой, нянчащей младенцев.

— Харт, я хотела спасти тебя, — отозвалась я саркастично. — Ты даже не представляешь, как далеко она могла бы зайти.

— О, перестань, — с ухмылкой отозвался он. — Я просто был любезен с твоей мамой, а ты уже нафантазировала себе не пойми чего.

Я шумно выдохнула, понимая, что, в отличие от Харта, прекрасно вижу все красные сигнальные огни, когда мама берёт след. Спорить не имело смысла.

— Давай лучше вернёмся к делу, — я поспешила сменить тему. — Что там с пикси? Гнать пыльцой не пробовали? Будет не очень гуманно вывозить их в Заповедный лес. Причём для самого леса.

— Так и планировал, но надо сходить к Колдхарт.

— Я схожу, — со вздохом ответила я. — Все равно мне к ней сейчас на отработку наказания. Что-то еще?

— У домовых какие-то внутренние перестановки в иерархии, работа не ладится, потому возник вопрос с питанием.— сообщил Эдриан. — У нас слишком много тыквенного пирога и недостаточно питьевой воды. Уже привлек стихийников, они помогут.

— А что со светляками? Не удивлюсь, если их спрятали те же пикси. Откуда они вообще взялись в академии?..

— Со светляками я разобрался. Уже упаковал. А вот... — Эдриан замялся.

— А вот?

— Алекс пытался улучшить артефакты-маячки, и половина из них вышла из строя.

— Алекс... — сдавленно произнесла я. — Опять он со своими улучшениями!

— Он убеждает, что успеет, но я уже попросил преподавателя по артефакторике его подстраховать, — произнес Харт, опуская взгляд в свои записи. — В противном случае ректор не выпустит нас из академии.

— Тогда я к отправляюсь к КолдХарт, а ты попробуешь уладить ситуацию с домовыми и их демоновой иерархией, — решила я. — Они нам еще понадобятся, чтобы проверять вещи студентов на отсутствие алкоголя.

— Что ж, ваше величество, принимаю поручение с радостью, — насмешливо протянул он. — Пожелать удачи с Грымзочкой или это уже безнадёжно?

Я едва не застонала. Конечно, он снова воспользовался тем, что я не помню половины того злополучного вечера, когда меня опоили, и, конечно, не упустил возможности меня поддеть. Ну как, как я могла назвать суровую, непреклонную, вредную Рамзану Колдхарт Грымзочкой?! Теперь это, очевидно, стало его любимым оружием для насмешек.

— Не поможет. Мне надо оттирать котлы после работы над слизистым зельем у второго курса...

— Точно не поможет, — уверенно произнес Харт, взглянув на меня с сочувствием. — Удачи.

Я вздохнула и направилась дальше по коридору, чувствуя, как смешанные эмоции и раздражение постепенно угасают, уступая место решимости справиться с каждым из этих бесконечных заданий, свалившихся на нас в преддверии посвята.

А главное, кого винить, кроме себя? Это же моя идея! В следующий раз точно буду молчать в тряпочку.

Когда я подошла к лаборатории по зельеварению, студенты уже разошлись. За редким исключением. Я остановилась, увидев Ксандера. Рядом с ним была Эстер Гартон, любимица Грымзы.

Я внутренне поморщилась — только ее тут не хватало! Гартон во всем подражала своей наставнице: те же строгие прически, мрачные оттенки одежды,и даже яркая неприязнь ко мне. Неудивительно, что они сошлись характерами с Колдхарт.

Эстер что-то передала Ксандеру, он коротко кивнул и развернулся. Тут же увидел в конце коридора меня и на мгновение замер. Эстер к тому моменту уже скрылась за дверями лаборатории.

— Ксандер! — обратилась я, когда мы поравнялись. — Ты взял пыльцу?

— Пыльцу? — пробормотал он, неуклюже улыбнувшись.

— Для пикси, что завелись в спальных мешках. Эстер тебе передала сверток — это пыльца?

Ксандер заморгал, а затем явно начал нервничать. Его взгляд метнулся в сторону, он запнулся, словно пытаясь придумать что-то на ходу.

— Эээ... Нет, то есть... Я... Эстер... Она... — он запнулся ещё раз, потом, видимо, сдавшись, выдохнул и признался. — Она меня отшила, Айлин. Вернула подарок, который я ей подарил.

Я невольно приподняла брови. Подарок? Ксандер влюбился в Эстер?

В ЭСТЕР ГАРТОН?

Теперь понятно, почему артефакт посчитал, что он не достоин статуса короля академии — со вкусом у Ксандера явная беда. Зато теперь хотя бы понятно, отчего он так занервничал.