Глава 18

Ужин прошел как обычно. Мы снова играли дружную семью.

Улыбались друг другу, поддерживали разговор, делились впечатлениями о прошедшем дне.

Особенно тошно было оттого, что именно о таких семейных вечерах мы с Сашей мечтали в прошлом. Но жизнь повернулась совсем другим боком, заставив меня пытаться стать счастливой в браке с его братом, а Сашу… Его подкосила серьезная болезнь и вынудила идти на крайние меры.

Завтра наступали выходные. Пара свободных дней, в которые мы все вместе планировали отправиться в долгожданный зоопарк. При одном условии: сегодня нужно пораньше лечь спать. Чтобы завтра, прямо с утра, не задерживаясь, рвануть на прогулку.

Девочек долго уговаривать не пришлось. Сразу после ужина они рванули наперегонки в ванную. Купаться, чистить зубы и готовиться ко сну. А я до дрожи в коленках считала минуты до того момента, когда мне снова предстоит остаться с Сашей наедине, только в этот раз в его спальне.

Чем сегодня окончится наш разговор? Простым "спасибо" и "спокойной ночи" или новой близостью? Тут от вчерашнего бы отойти.

Еще гуляли фантомные ощущения его прикосновений по всему телу, еще ныла каждая клеточка, напоминая о событиях прошедшего вечера.

С вечерними процедурами было покончено, дочки угомонились, заснув на редкость быстро, и я сама отправилась в душ. Сполоснулась теплой водой с мужским гелем, вдыхая знакомый насыщенный аромат.

Саша жил один, поэтому женских средств по уходу за телом и волосами я не нашла, а в город выбраться и купить случая пока не представилось.

Я переоделась в скромную хлопковую пижаму с мишками, надеясь не привлекать лишнее внимание, волосы собрала резинкой в слабый пучок и, скрестив пальцы, отправилась в хозяйскую спальню. Но, только дойдя до порога, поняла, что не могу войти. Ноги стали ватными, отказываясь передвигаться, и я так и замерла перед дверью, не решаясь дать о себе знать.

Стояла несколько минут, закусив кожу на тыльной стороне ладони, топталась на месте и проклинала свою неуверенность.

Чего я боюсь? Что может произойти такого, чего стоит опасаться? Сегодня я уже убедилась, что Саша не так страшен и жесток, как мне казалось раньше. Что его бояться не стоит, в отличие от тех, кто мне угрожает. Вот только почему тогда кровь шумит в голове, лишая возможности мыслить трезво, сердце колотится как сумасшедшее и пальцы сжимаются в кулак от волнующего ожидания?

Внутри все переворачивалось, стягивалось в узлы, раскручивалось и снова повторялось по тому же кругу. Как у девчонки перед первым свиданием, когда знаешь, что этим вечером обязательно что-то произойдет, а вот что именно — представить страшно.

Шум с той стороны двери привлек внимание, возвращая в реальность. Еще секунда, и на пороге показался сам хозяин дома.

— Давно ждешь? — провел он рукой по влажным волосам. — Я не слышал стука. Купался.

Да. Заметно. Блестящие капельки переливались в свете лампочек на плечах и груди. Из одежды — одни боксеры, плотно облегающие крепкие бедра.

— Только подошла, — ответила, стараясь не смотреть вниз, в район паха, где выделялся внушительный бугор.

В горле пересохло от нахлынувших воспоминаний. Ярких, волнующих, с привкусом горчинки.

— Проходи. — Он посторонился, пропуская в комнату.

Позади с тихим хлопком закрылась дверь, отрезая путь назад. Заставляя невольно вздрогнуть.

— Вот. — Я развернулась, протянув ему телефон. — Номер и смс сохранила. Хотелось бы надеяться, что ошиблись. Не сказать я тебе не могла, сам понимаешь.

— Понимаю. Я узнаю, кто это был.

— Ты… не решил проблему с долгом Андрея? — задала интересующий меня вопрос, стараясь, чтобы голос не дрожал.

— Не переживай. В моем доме вам ничего не угрожает.

Он подошел совсем близко, взял телефон и небрежно швырнул его на тумбочку, не отрывая от меня жадного взгляда. Провел костяшками пальцев по щеке.

— Распусти волосы, — попросил хрипло, понижая голос и запуская толпу мурашек по телу.

— З-зачем?

Я чувствовала жар его обнаженного тела, запах лосьона после бритья и горячее дыхание.

— Я хочу! — Он положил обе руки мне на плечи, погладил шею и обхватил обеими ладонями лицо, вынуждая смотреть на него.

Глаза прищурены, а в черных зрачках уже отражается набирающее обороты безумие. Воронкой засасывает в опасную топь, лишая воли.

— Саша, зачем? Мы ведь вчера… уже…

Он усмехнулся краешком губ, больно стиснув волосы на затылке.

Дернул, заставляя запрокинуть голову назад, и провел носом по нежной коже за ушком, шумно втягивая носом.

— Пока ты здесь, ты — моя. Помнишь? И до тех пор, пока я не получу своего… — Впился зубами в шею, смешивая боль от укуса и неправильное, болезненное возбуждение от его слов, что высоковольтным разрядом пробило с головы до ног.

Я прикрыла веки, чтобы не смотреть на него, не плавиться от черного пламени, бушующего в глазах напротив и обжигающего до костей. Попыталась выдохнуть, выровнять дыхание.

Послушно потянула резинку, освобождая длинные пряди.

Он прав. Это сделка. Самая настоящая сделка. Он имеет право требовать, я обязана выполнять.

Мужские руки ослабили напор, теперь уже мягко массируя кожу головы, зарываясь пальцами в волосы и вызывая странные ощущения.

Я уже чувствовала, как в висках начинает пульсировать напряжение, как сгущается воздух, превращаясь в вязкую массу, и сковывает тело железной волей мужской энергетики.

Он хочет! Да, черт возьми, так и было. Его желание — закон. Приказ, которому нельзя было не подчиниться. Он всегда действовал на меня сродни гипнозу.

Наверное, именно этого я подсознательно и боялась, направляясь сюда.

Того, что не смогу справиться с собой. Что предам память мужа и… захочу того, кого не имею права хотеть.

Внизу живота потяжелело, ударило мощным притоком крови по ноющим мышцам. Впрыснуло в вены кипяток, выбивая лишние мысли.

— Умница-а, — прошептал Саша, притягивая меня ближе.

Провел по губам, надавливая на нижнюю и вынуждая открыть рот. Протолкнул палец глубже и зашипел сквозь зубы, когда я втянула его, коснувшись языком.

— Да-а. Вот так. Пососи, — прохрипел с надрывом, двигая пальцем взад-вперед у меня во рту.

А после резко надавил на плечи, заставляя опуститься на колени и прижаться лицом к его возбужденному паху.

Даже сквозь ткань я чувствовала, как подрагивает напряженная плоть, как пульсирует в безумном желании головка, а наверху расползается мокрое пятно от смазки.

— Возьми его в рот. Оближи! — дернулся бедрами вперед.

Подняла голову и снова увязла в его темном взгляде с поволокой. Словно проникает в меня, погружается глубоко, лишая воли и вытаскивая на свет все самые запретные желания.

Лучше бы как вчера. Без просьб, без ядовитого, отравляющего желания. Когда он просто зажал и трахнул, не спрашивая моего мнения. Потому что сейчас я чувствовала себя предательницей, понимая, что все неправильно, извращенно, пошло, но едва ли смогла бы отказать ему, зараженная этой болезненной страстью.

Потянула за край резинки, выпуская наружу большой возбужденный ствол. Каждая венка отчетливо проступала под кожей, манила, вызывая желание прикоснуться, попробовать.

Саша не выдержал, опустив руку и сжав член у основания ладонью. Провел по всей длине, натягивая нежную кожу плоти, и толкнулся мне в сомкнутые губы.

— Открой ротик. Возьми его! — взрывая в моей голове последние сдерживающие барьеры.

Я осторожно обхватила большую розовую головку губами, насаживаясь, скользя языком по уздечке. Заглатывая все больше и больше.

Почувствовала, как он уперся в заднюю стенку горла, перекрывая дыхание и все равно пытаясь протолкнуться глубже. Сжал затылок, нежно перебирая волосы. А после задвигался взад-вперед, откинув голову назад и тяжело дыша. Входя каждый раз до максимума.

Красивый, сильный — и такой уязвимый в этот момент.

"Пока ты здесь — ты моя!" — набатом в голове стучали сказанные им слова, повышая уровень адреналина в крови, и я двигалась уже сама ему навстречу.

Снова и снова, наращивая темп, сжимая губы и ощущая, как его каменный член еще больше увеличивается в размерах.

Саша неожиданно вздрогнул, останавливаясь. Отстранился, рывком поднимая меня за руки с колен и впиваясь поцелуем в губы.

А я ног своих не чувствую, и тело как один оголенный нерв. Тянется к нему. Прижаться, раствориться в нем без остатка. И забытая зависимость, с которой я, казалось, давно справилась, снова пускает корни.

Толкнул меня на кровать, резким движением стягивая пижамные штаны, кофту, трусики. Провел рукой между ног, проникая пальцами между складочек. Туда, где давно все ныло, горело и сжималось от воспаленного желания.

— Мокрая, — выдохнул удовлетворенно. — Сегодня ты сама течешь от меня.

Я попыталась сжать колени, на миг осознав, что происходит. Выгнулась в попытке вырваться, но оказалась еще сильнее прижата к постели.

Саша устроился у меня между бедер, закинул ноги себе на плечи и приставил головку члена ко входу в лоно. Потерся слегка, вызывая жалобный стон.

Я ненавидела себя в этот момент, ненавидела его, но продолжала захлебываться от дикого, неконтролируемого желания. Меня разрывало от необходимости почувствовать его. Ощутить каждой клеточкой, каждым нервным окончанием, вобрать долгожданную плоть.

Низ живота скручивали сладкие спазмы. Еще чуть-чуть, и я начну его умолять взять меня.

Войти, трахнуть, отыметь! Что угодно, только бы прекратить эту пытку!

А он словно слышал мои метания и медлил, лишь слегка дразня у входа. Кружил по краю, ласкал пальцами клитор и смотрел голодными пьяными глазами. Пожирал взглядом, мучая еще сильнее.

— Саша-а-а! — не выдержала, всхлипнув, и заерзала под ним.

Потянулась навстречу, ощутив мощный толчок между ног. Почувствовала, как большой возбужденный член вошел в меня, растягивая, проникая глубже, и болезненная пустота начала исчезать, уступая место упоительному чувству наполненности.

Саша навис надо мной, спустив мои ноги с плеч, заставляя обнять ими его за пояс, скрестив на спине. Вошел до упора и замер.

Дышит часто, закрыв глаза. Уткнулся лбом в мой лоб, боясь пошевелиться, и я понимаю, что он на грани. Одно мое движение — и он кончит. Взорвется, выплескиваясь в меня.

Только я так не хочу. Я насладиться им хочу. Пусть и пожалею потом тысячу раз, но это потом, а сейчас…

Потянулась к его губам, обхватывая лицо ладонями. Покрывая поцелуями губы, щеки, нос. Вдыхая его дыхание и сгорая в одном пламени на двоих.

У него руки в локтях дрожат и кадык на шее дергается. На лбу капельки пота выступили. На виске вена вздулась от напряжения.

Смотрю на него, любуясь, забывая все обиды, все годы ненависти и непонимания. А внутри меня растет ком подступающего желания. Мощного, темного, запретного. Копится со страшной скоростью.

Нужно всего лишь малость. Совсем чуть-чуть. Всего пару движений, и, чую, мы оба сорвемся в пропасть, рискуя разбиться к чертям собачьим.

Саша распахнул веки, встречаясь с моим взглядом. Сглотнул шумно, выходя из меня и опять погружаясь на всю длину. Снова и снова, набирая, наконец, темп.

Зарычал почти по-звериному, вбиваясь зло, до упора, каждый раз вдавливая в матрас бедрами и заставляя стонать в голос от нарастающего оргазма.

Единственный мужчина, с кем я когда-либо испытывала это головокружительное чувство, кто вызывал во мне такие ощущения и умел доводить до сумасшедшего удовольствия.

Мое проклятие.

Мое наказание.

Мой хозяин.

Сжал зубами сосок до искр в глазах. Простреливая острым удовольствием, сладкой судорогой по всему телу. Еще и еще, бесконечным потоком.

И что-то взорвалось внутри. Ослепило, выгнув дугой. Заставляя зажмуриться, задержать дыхание, впиться ногтями в мощные плечи, прижимаясь и выкрикивая его имя. А после осыпаться в крепких руках пеплом, забывая обо всем, даже как меня зовут.

Ощущая фоном, как секундами позже он догнал меня, запульсировав глубоко, обмяк и с протяжным стоном уткнулся в шею. Обнял ласково, скатившись рядом. Сгреб в железные объятия, находясь так же, как и я, в параллельной вселенной. Где нет никаких обязательств, унизительных сделок. Где нет его и меня.

По отдельности.

Где существуем Мы… Уже когда я засыпала, показалось, а может, просто воображение сыграло злую шутку, выдавая желаемое за действительность, вбивая в сознание горькие слова, но я услышала, как он прошептал:

— Почему, Ника? Если даже под ним ты кричала мое имя…