Глава 21

Кто бы только знал, как ей хотелось уехать!

Лида стояла у окна и наблюдала, как Мирон выезжает со двора. На том самом внедорожнике, на котором они сюда приехали.

То есть у Скифа возникли срочные дела, и он сорвался.

Вроде бы и хорошо. Уехал, она свободна. Снова день профилонит. Но… Всегда есть это долбаное «но»!

Во-первых, Лиду сильно насторожили слова Мирона про её якобы хождения во сне. Она не может быть лунатиком! Не может! Олег бы ей рассказал! Лида обхватила себя за плечи.

С ней что-то происходит.

Нехорошее.

И Скиф выступил детонатором.

Или ей так хочется думать, потому что у Мирона на данные дни слишком много над ней власти? И он изо дня в день пытается её увеличить?

Лида не понимала его.

Что ему от неё надо? Кроме тела. Душу? Так это смешно. Честно. Это только в книгах и фильмах герои влюбляются в проститутку. Да и не нужна ей его любовь. Ничья не нужна.

Любить – больно. Она до сих пор тоскует по Олегу. Недавно перестала вздрагивать, когда слышала его имя, и замирать, прислушиваясь к чужим шагами и голосам, когда на их лестничной площадке останавливался лифт.

Лида искренне считала, что «переболела» его смерть. Что отплакала. Отвыла. Что жизнь продолжается дальше… Но как жить, зная, что не увидишь того, кто был рядом всегда? Кто помогал подняться, когда она падала? Нет, не так! Не так! Он никогда не позволял упасть. Подхватывал налету.

Олег…

В груди засвербело так, что Лида не заметила, как впилась ногтями в плечи.

Зачем она снова вспоминает его? Зачем теребит душу?

Здесь. В чужом доме. Где каждая вещь принадлежала чужому, незнакомому и по-прежнему пугающему до дрожи мужчине.

Который начинал задавать неудобные вопросы, сам не собираясь отвечать на заданные ему.

Лида вздохнула.

Потом ещё раз.

И ещё.

Всё идет так, как и должно быть.

Ещё четыре ночи.

Нет, она, правда, лунатик? Лида слабо улыбнулась. Ну что, ей теперь и вовсе весело будет жить. Надо хотя бы в инете посмотреть, кто они такие и с чем их «едят». Наверное, есть какие-то таблетки, лекарства. Так, стоп. Нечего думать о неприятностях, которые не наступили.

Лида снова посмотрела в окно. Как же тут красиво…

Она хотела бы жить в подобном месте. Очень хотела бы. Встречать мужа с работы, кормить его ужином и наслаждаться тихим, безоблачным счастьем. Ей не нужны богатства, брендовые шмотки и Бали. Хотя нет, на Бали она всё же не отказалась бы побывать. Или в любой другой экзотической стране. Хотя бы одним глазком посмотреть, погреться на солнышке, послушать шум морского прибоя. А потом снова сюда.

Вернее, не сюда. В подобное место. Где тихо. И где она счастлива и делает счастливым того, кто рядом.

Ей многого не надо.

Лида поджала губы.

Ей надо выработать стратегию общения с Мироном. Самое безопасное, как показывает практика, как раз та самая постельная практика. Когда Скиф занимается с ней сексом, он безопасен.

В остальном…

Лида отдернула себя от окна. Нечего в него пялиться. Не её дом. И такого у неё никогда не будет.

Казалось бы, целый день предоставлена самой себе. Занимайся ерундой, ещё чем-то. Приготовь покушать, посмотри телевизор. Книгу почитай.

Всё не то. Лида не находила себе места. Обед приготовила. Дальше что? Чтобы не сойти с ума, набрала Лису. Та сбросила звонок и написала в чат: «Я с НИМ».

Это означало, что Лиса потеряна для всего мира.

Лида, помаявшись ещё немного, спустилась вниз. Ей необходимо с кем-то пообщаться.

Но как общаться с тем, кто не слышит и не говорит – вопрос. Она ничего не знала про глухонемых людей. И ещё странная ремарка Мирона перед отъездом. Он сказал, что Архай не родился таким. Дальше Лида думать опасалась.

Мирон военный. Он был в горячих точках. И Архай… Какая вероятность, что они встретились именно там?

Лида прошлась по первому этажу, заглядывая в каждую комнату.

Архая она обнаружила в спортзале.

Мужчина занимался, яростно боксируя по груше. Дверь была открыта. Чуть позже Лида увидит и некий прибор, показывающий передвижения человека. Тепловизор? Или он как-то иначе называется? Девушка никогда не разбиралась в технике. Незачем.

Лида улыбнулась и помахала приветственно рукой. Мужчина перестал боксировать, посмотрел в её сторону и тоже улыбнулся. Занимался он в футболке. Увидев Лиду, потянулся к спортивной кофте, что небрежно лежала на скамье.

Пусть расстояние между ними было приличное, и Лида не задавалась целью рассмотреть Архая, но шрамы на его плечах она все же увидела.

Ноги разом ослабли, и слова Мирона приобрели другой смысл.

– Привет, – Лида сделала шаг вперед, стараясь абстрагироваться от страшных мыслей, настырно лезущих в голову. – Мирон сказал, что ты читаешь по губам. Мне… хотелось бы знать, можно ли выйти на улицу и прогуляться? Не могу больше сидеть в четырех стенах. В идеале, я была бы не против, если бы ты мне составил компанию. Не то чтобы я боюсь заблудиться, но мало ли.

Он понял её, но отвечать не спешил.

В конечном итоге после небольших переговоров сначала Лиде дали добро на прогулку, а потом сообщили, что пойдут с ней.

Да мало ли что.

На прогулку собиралась с энтузиазмом. Конечно, в брендовых полусапожках далеко не уйдешь, ну и что! Она согласна и поморозиться.

С подобными выводами Лида немного поторопилась. Архай хмуро оглядел её с ног до головы и неодобрительно покачал головой.

– Что есть! – радостно сообщила девушка.

Мужчина снова посмотрел на её ноги. Потом на свои. Лида едва не хихикнула. Надо понимать, Архай прикидывал соотношение их размеров? Его – сорок второго или сорок третьего и её – тридцать шестого?

Прогулка вышла недолгой. Лида быстро замерзла. Архай шел следом. Мужчина сознательно дистанцировался, она и не настаивала на другом. Главное, вышла за ворота, полюбовалась природой, развеялась.

Ужинала Лида в одиночестве. Лиска так и не перезвонила. Выждав до десяти часов, Лида поднялась в спальню и с чистой совестью забралась под одеяло. Мысль о том, что она может проснуться не в кровати, настораживала. Девушка выдохнула и подтянула ноги к животу. Если Лида продолжит и дальше накручивать себя, только усугубит ситуацию. Вернется в город, попьет успокоительные. Ничего, скоро всё обязательно наладится.

Лида проснулась от того, что прохладные руки наглым образом пробрались ей под сорочку и коснулись груди. Нет, сжали её. Лида вынырнула из сна и похвалила себя за то, что быстро сообразила, где и с кем она.

Скиф.

Он вернулся.

И сразу набросился на неё. Его стало в одночасье слишком много. Запах, тело. Тепло.

Лида уснула на животе. В таком положении её и застал Мирон, навалившись сверху.

– Красивая моя…

От его хриплого и надсадного голоса мурашки жемчужными каплями раскатились по телу. Сон ещё удерживал Лиду, но Мирон настойчиво забирал внимание девушки на себя.

Он жадно проводил по её телу руками, вдавливая пальцы в кожу. Если бы между ней и Мироном были бы отношения, Лида решила бы, что он соскучился – с такой одержимостью и нетерпением трогал её.

– Лида… девочка…

Он раздевал её торопливо. Порывисто. Не дал даже перевернуться. Всё сам. Лида только подчинялась. Руки вперед завела, чтобы он скинул сорочку. Хорошо, что не разорвал, жалко было бы. Хотя Лида не уверена, что будет носить вещи, которые надевала здесь.

Для него.

Губы Мирона тоже не бездействовали. Коснулись её шеи, плеча. Дотронулись до чувствительной точки у лопатки, и дыхание Лиды на мгновение оборвалось. Она едва не выгнулась, как кошка. Как… Как он узнал? Как он нашел эту точку, о которой она сама недавно узнала? У каждой девушки свои эрогенные зоны. У неё оказалась между лопатками.

Скиф целовал спину Лиды снова и снова, что-то негромко бормоча. Лида не вслушивалась. Она продолжала лежать, вытянув руки вперед и иногда поскрябывая ногтями по простыне. Тело отзывалось на прикосновения Мирона. Не вспыхивало, не загоралось. Но и уже не воспринимало его, как что-то чуждое.

И всё же его бывало слишком много. Он вжимался в неё ещё одетый. То есть сразу пришел к ней в постель, не раздеваясь даже? Лида вдавила лоб в подушку, когда пальцы Мирона коснулись её ягодиц. Снова сжали, потянув назад. Лида послушно выпятила попку, приготовившись к вторжению. Почему-то девушка не сомневалась, что Мирон даже не станет раздеваться. Приспустит штаны и возьмет её так.

Она ошиблась. Он, обдав её горячим дыханием в области поясницы, рыкнул, грубовато выругался и порывистыми, рваными движениями начал раздеваться. Лида повернула голову назад.

Наверное, зря. Его мужская энергетика, смешанная с некой затаенной агрессией хищника, покорившего каменные джунгли, била наповал. Опрокидывала навзничь. И между тем хватало одного взгляда, чтобы попасть под гипноз его порывистых движений. Лида не могла остаться равнодушной, видя, как перекатываются и играют его мышцы. Было что-то завораживающее в его грации.

Усилием воли Лида отвела взгляд от Скифа. Ни к чему. Пусть сейчас её берет, и они ложатся спать.

Минус одна ночь… Останется три.

– Соскучился, пиз**ц просто, – глухо бросил Мирон, возвращаясь к ней, хватая её бедра и снова припадая к ним губами. Он не целовал, скорее, покусывал. Пробовал кожу на её ягодицах, пальцами раскрывая промежность Лиды, трогая складки, проникая внутрь.

Лида расслабилась. Он снова доминировал. Брал её, подчиняя. Прижимал к себе, скользил руками по всему телу. Сжимал груди, играя с сосками, и снова возвращался к бедрам Лиды.

Лида откликалась. Даже ждала его прикосновений. Ей было хорошо. В её душе рождалась странная потребность чувствовать его. Вернее, даже не так. Ей хотелось чувствовать, как он её хочет. Было в этой потребности что-то неправильное, извращенное, ведущее в тупик или куда-то значительно хуже. Но в моменты страсти разве думаешь о последствиях? Тело плавится от желания, становится податливым, стремится к разрядке. Хочет получить удовольствие.

Как известно, за удовольствие надо платить.

Скиф платит, и много. А она?

Мирон входил резко и сразу до конца. Лида ахнула, подалась вперед, но её сразу же поймали за бедра и притянули назад. Она с готовностью поддалась, не без замирания сердца чувствуя, как внутри растягиваются мышцы, принимая мужчину.

Хорошо…

Лида прикрыла глаза. Мирон сделал несколько порывистых толчков внутрь неё, сильнее сжимая бедра. После вчерашней ночи на них уже красовались отметины от несдержанности и какой-то жадной одержимости Скифа, сегодня прибавятся.

Она не успела расслабиться, не успела прочувствовать Мирона. Он так же порывисто вышел и гортанно произнес:

– Хочу твой рот. Иди, слижи себя.

Лида развернулась, встала на колени и с готовностью приоткрыла губы. Мирон толкнулся вглубь, но притормозил, чтобы она не задохнулась. Всё-таки большой он. Нетерпеливый. Пусть и полгода у него не было женщины, но они вместе уже несколько дней, неужели первый пар не спустил ещё?

Не спустил. Лида на мгновение оторвалась от него, чтобы перевести дыхание и взглянула на лицо мужчины. Глаза прищурены, полностью сосредоточены на ней. Крылья носа трепещут, раздуваются. Верхняя губа замерла в оскале. От нетерпения…

Ему мало. Её…

Внизу живота потянуло с новой силой, сердце ударилось о ребра. Лида видела, как сильно он её хочет, и это сводило с ума. Здесь и сейчас. Отдавалось судорогой по всему телу.

Лида высунула язык и облизала головку. Снова и снова. Мирон задышал глубже, тяжелее. Она уже ласкала его и не раз. Но сегодня… Сегодня всё было иначе. Она принимала его. Сама. И это ей, черт побери, нравилось!

Мирон протянул руку, провел по волосам Лиды, приглаживая их. Точно делая ежесекундную паузу… ей. Только ей. Или и себе тоже? Его рука пошла дальше. Коснулась плеча. Ниже. Нашла грудь Лиды, сжала сосок. Не сильно, но довольно чувственно, чтобы жаркая волна прошлась по спине девушки.

Лида качнулась, снова подалась вперед и принялась интенсивно сосать, облизывая Мирона. Ему нравится. Нравится же?!.. В голове после прерванного сна стоял легкий туман, происходящее воспринималось через некую призму, искажающую реальность. Завтра Лида проснется… Завтра всё будет иначе…

Мирон снова толкнулся на полную длину. Потом вынул член, взял его в руку, сжав в кулак. Вдохнул и задержал дыхание. Лида стояла на коленях на кровати и ждала.

– На живот ложись, – едва размыкая губы, сказал Скиф, сверкнув голубыми глазами.

Лида улыбнулась, перевернулась, вытянув руки вперед, и замерла в ожидании.

Несколько секунд ничего не происходило, и девушка решила, что Мирон рассматривает её. В комнате горел ночник, стоящий у кровати. Его освещения было достаточно.

Потом послышались движения, которым Лида не придала значения. И лишь когда она увидела, как Мирон открывает прикроватную тумбочку с другой стороны и достает тюбик, напряглась.

И всё поняла. Возбуждения, как и не было. Схлынуло волной. Как же так… А вот так! Нечего расслабляться, Лидочка! Это тебе не с любимым и с любящим сексом заниматься. Тут товарищ захотел анала, будь любезна предоставить ему попку. Он и так один раз пошел ей навстречу. Второй раз даже заикаться не стоит.

В горле образовалась неприятная горечь. И снова какая-то иррациональная обида зашевелилась в груди. Лида прикрыла глаза и приказала себе расслабиться. Когда мышцы не напряжены, проще. Она изучала в своё время технику анального секса, готовилась.

Мирон, встав коленями на матрас, приблизился к ней. Навис. Его дыхание снова прошлось по её позвоночнику, вызывая легкое смятение.

– Ничего не бойся.

Мужчина дотронулся рукой до её ягодиц, развел их, а потом на кожу Лиды полилась прохладная смазка, которую Мирон сразу же начал размазывать в тугое колечко. Вошел одним пальцем, толкнулся. Снова толкнулся, задев чувствительные места.

Лида лежала и не замечала, как не дышит. Она отчаянно прислушивалась к себе. Боли не было. Было… странно. Непривычно.

Остро.

Она вздрогнула, когда Мирон снова поцеловал её между лопаток. Провел языком по позвоночнику. Скользнул ещё одним пальцем внутрь, распирая её.

– Ты моя красивая девочка… Моя сладкая… Вот так… раскройся для меня… Давай на бочок, вот, отлично.

Он сам её перевернул и мгновенно оказался за спиной.

Тело к телу.

Кожа к коже.

У Лиды, казалось, все волоски вздыбились от нервного ожидания. Она ничего не говорила. Жмурилась и тотчас распахивала глаза. И ждала.

Скиф был повсюду. Он просунул руку под её тело, уложив Лиду к себе на локоть. Брал над ней полный контроль. Обволакивал своим телом, заключал в кокон. Лишал малейшего шанса избежать с ним контакта.

И целовал снова и снова.

А также разминал пальцами, уже толкаясь внутрь двумя. Лида старалась принять его, старалась подстроиться.

И всё равно…

– Расслабься, я вхожу, – рваное предупреждение прозвучало прежде, чем пальцы руки, на которой она лежала, жестко захватили подбородок Лиды и направили его в сторону жаждущих губ Мирона.

Он поцеловал её. И толкнулся.

Он входил плавно. Осторожно. Но его член – это не пальцы. Он распирал, давил. Подавлял.

Лида ахнула.

– Мирон, – она не заметила, как в её голосе засквозил страх. Всё тело покрылось липкой холодной испариной.

– Всё, всё, моя хорошая. Вот так… Давай, пусти меня. Во-от… Умничка. Всё, я в тебе. Всё…

Лида захныкала, не в силах утерпеть. Её снова поцеловали. Куда более жадно, требовательно. С языком, с зубами, которыми Мирон захватил нижнюю губу, прикусив едва ли не до крови. Втянув в себя.

И лишь тогда он подался назад, чтобы в следующую секунду снова войти полностью. Холодная испарина на коже девушки сменилась огненной. Ей было очень остро. Непривычно. Немного больно.

Кожа Мирона тоже пылала. Лида чувствовала…

Он двигался неспешно, не травмируя её. Она это понимала, подаваясь ему навстречу. Господи, какой же он огромный. Не большой. Огромный! Он разорвет её сейчас! Или нет?.. Кажется, нет. Но почему тогда она его так чувствует? Каждое неспешное проникновение, каждую жилку! Головку.

Всего.

Лида задыхалась. Воздуха в груди катастрофически не хватало, а Мирон не собирался её отпускать. Он глухо стонал, посылая себя вперед, забирая её без остатка себе. Его руки сильнее сжали Лиду. Её грудь, сосок. Прошлись по животу, дотронулись до лона. Найдя клитор, остановились.

Мирон держал её крепко. Дышал ей на плечо, лицо. И целовал. Касался.

– Моя… Моя красивая…

У Лиды в голове образовался туман. Тело обмякло, полностью подчинившись действиям Мирона. Его пальцы интенсивнее затеребили клитор, задевая складочки. Лида вскрикнула. Глухо, надрывно. Потом ещё и ещё. Не понимая, что происходит. Не осознавая, что с ней. Её тело пылало. Изнутри, снаружи. По-прежнему было очень остро. Растягивающе. Больно.

И… сладко. Вкусно. От того, что он брал её. Присваивал. От того, что она полностью его. Беззащитная. Ранимая. Распутная.

Его.

Оргазм накрыл Лиду внезапно. Закружил внизу живота и лавиной обрушился вниз, вынуждая девушку податься назад, плотнее прижимаясь к Мирону. Тот усилил давление на клитор, сжал рукой сосок. Лида не выдержала, закричала, всхлипывая. Лишь тогда Мирон задвигался быстрее, подводя и себя к оргазму.

Кончал он так же бурно, удерживая Лиду плотно к себе. Не пуская ни на йоту. Не позволил отодвинуться и потом.

Лида лежала, боясь шелохнуться. Он всё ещё в ней. Там. Осознание происшедшего медленно проникало в сознание. Она кончила от анального секса. Кончила так, как не кончала ни разу. Это было иначе, по-другому.

Мирон, ещё не отдышавшись, прикоснулся губами к шее Лиды.

– Печет?

– Немного.

– Ты… – начал он говорить, но замолчал, решив, видимо, ничего не говорить.

Лида не спросила, не задала вопроса. Прикрыла глаза, обмякнув в её руках.

Он её не отпустил и через минуту, когда окончательно восстановил дыхание.