64 глава

Снежана

Ася засыпает быстро.

Даже слишком. О чём я частично жалею, потому что это означает — нам с Лёшей пора поговорить. И хотя я решила больше не убегать, мне всё равно хочется оттянуть момент, ведь я понятия не имею, что услышу от Борцова.

Асёнка мы укладываем спать вместе. Сначала я хотела сама, но как это возможно, когда сама Ася настаивает на том, чтобы папа прочитал ей сказку? Она его так ждала. Теперь так всегда будет. И я это прекрасно понимаю.

— Идём на кухню. Чай или кофе будешь? — спрашиваю Лёшу, когда мы выходим из комнаты, прикрыв за собой дверь.

Он кладёт книжку про Покахонтас на тумбу и сразу поворачивается ко мне. Шаг вперёд и вот его горячие ладони уже лежат на моей талии и сжимают, а жадный рот мнёт мои губы, заставляя тело дрожать как сумасшедшее.

Сердце в груди неистово грохочет, а напряжение в животе усиливается, явно указывая на то, что я вовсе не против повторения прошлой ночи. Лишь усилием воли, от которой, кажется, осталось лишь одно только слово, мне удаётся упереться ладонями в Лёшину грудь и чуть оттолкнуть его от себя.

— Борцов, что ты делаешь? Мы... поговорить хотели, в конце концов... — выдыхаю мужчине в губы, и тут же отступаю на шаг назад, чтобы вновь не проявить слабость и не поддаться искушению.

На удивление, Лёша не сопротивляется. Его ладони соскальзывают с моей талии, он тихо вздыхает и кивает.

— Прости. Просто не удержался. Очень хотелось снова тебя поцеловать, — уголки его губ слегка дёргаются. — От кофе не откажусь.

Щёки и шею заливает жаром, потому что, если быть до конца честной, мне тоже хотелось, чтобы Лёша меня поцеловал. И не только. Если убрать лишние эмоции и болезненное давление в груди, связанное с прошлым, сила влечения к этому мужчине и жажда его внимания очень высоки. Крик бессознательного. Контролировать это я не в силах.

Мы проходим на кухню, где я наполняю электрический чайник водой и щелкаю кнопку.

— О чём ты хотел поговорить?

Я, конечно же, знаю, о чём, но нужно как-то начать разговор, а Лёша, усевшись за стол и сцепив руки в замок, просто пристально на меня смотрит, наблюдая за тем, как я суечусь, достав из холодильника сырную и колбасную нарезку.

— О нас, разумеется, — прокашливается Борцов и указывает на стул напротив. — Снежан, сядь пока.

Отрываю взгляд от сырной тарелки и перемещаю его на мужчину. Меня начинает колотить сильнее от того, какая буря плещется в его голубых глазах. Явно разговор будет не из лёгких.

Медленно опускаюсь на стул, стряхнув невидимые пылинки с рукава водолазки.

— О нас? О чём именно? Если ты про прошлую ночь, Лёш...

— Я ни о чём не жалею, — перебивает меня Борцов, чуть подавшись корпусом вперёд. — И не хочу, чтобы ты жалела. Надеюсь, ничего подобного ты не чувствуешь, Снежинка.

Ловлю губами его дыхание, и как привороженная качаю головой.

Ну, на самом деле, я действительно не жалею. Сначала, конечно, корила себя за, что переспала с ним. Но это вовсе не означает, что я жалею. Мне хотелось быть с ним, и я получила то, чего хотела.

— Нет. Не жалею, Лёш. Я взрослая. И, думаю, глупо отрицать, что я желала того, что произошло между нами. Но... это ничего не значит, ровным счётом.

— Значит, Снежан.

— Лёш... взрослые люди иногда занимаются сексом, потому что просто этого хотят... Не стоит придавать лишнее значение...

— Лучше замолчи, Снежинка, — хмыкает Лёша, покачав головой. — Во-первых, не у всех взрослых людей есть прошлое. Во-вторых, не у всех есть общий ребёнок. Ну и в-третьих... что за привычка всё обесценивать? Ты будто боишься признать, что случившееся между нами было охренительно. И что это не просто какое-то желание, а потребность, которая существует между мной и тобой.

Привычка обесценивать?

Это не привычка, а защитная реакция. Как и желание сбежать, спрятаться, скрыться.

Я действительно боюсь признать, что случившееся прошлой ночью значит для меня гораздо больше. Боюсь, потому что не знаю, куда это приведёт.

Впившись ногтями в ладони, уже открываю рот, чтобы ответить что-нибудь вроде "не надо изображать из себя телепата", как вдруг Лёша тянется вперёд и накрывает мои руки своими.

— Снежан, послушай... То, что случилось между нами четыре года назад... то, что ты осталась с Асей одна... Я знаю, ты не веришь мне, и считаешь, что я вас бросил, но я бы никогда. И мне очень жаль, что так вышло. Но сейчас, спустя все эти годы, у нас... у меня появилась возможность исправить прошлое. Или вовсе оставить его позади и начать всё заново. И я хочу, очень хочу, сделать это вместе с тобой.

Дыхание застревает где-то в горле, пока Лёша говорит. Его ладони греют мои пальцы, а взгляд серьёзный и пристальный. В нём нет пошлости и насмешки. Он прямой и чистый, отчего моё сердце стягивает жгутом, и оно ноет, умоляя поверить этому мужчине. Снова.

— Дай мне шанс, Снежинка. У меня к тебе не просто "взрослые иногда занимаются сексом" и не просто "попробуем ради ребёнка". Я по-настоящему хочу быть с тобой. Меня тянет к тебе, как магнитом. И с этой силой я сделать ничего не могу. У нас есть Ася, и кто-то сказал бы, что мы могли бы попробовать хотя бы ради неё, но я прошу иначе. Я прошу ради нас. Ты мне нужна не только потому, что у нас есть общая дочь, хотя... она потрясающая, и я никогда не устану благодарить тебя за неё. Но я хочу знать, Снежинка, есть ли у нас шанс попытаться, начать всё с чистого листа, просто по той причине, что я это я, а ты это ты? Чувствуешь ли ты ко мне хотя бы часть того, что чувствую к тебе я?