Глава 16 · Александр
Дорогой друг, Ро настоятельно советует мне избегать общения с этим охранником, хотя он и носит нам бесценную еду. Я тоже чувствую угрозу. Взгляд у Аара холодный, а движения – слишком уж уверенные, как будто он знает больше, чем говорит. Мне кажется, любая тарелка с пищей может оказаться ловушкой. Почему он так заботится о нашем благополучии? За добротой может скрываться игра, в которой на кону стоит не только наша свобода, но и жизнь.
Королевство Корс. Кеонт. Пирс 945 год правления Астраэля Фуркаго
– Он их всех убил, – проскулил я. – Весь мой род уничтожил. Остались лишь мы с сестрой… Последние из рода Корс.
Плач о потере вырывается из глубин души подобно глухому эху в пустынной долине. Он начинается тихо, как шепот ветра, но постепенно нарастает, заполняя пространство вокруг. Это не просто звук – это крик самой сущности, наполненный горем и безысходностью, который сжимает сердце в железных тисках. Боль внутри разливается по телу, как ядовитая лава, обжигая каждую клетку. Проникает в душу, вытягивая последние крупицы радости. Это ощущение – словно острые осколки стекла, которые медленно и неумолимо режут изнутри, оставляя за собой кровавые следы. Каждый вдох становится мучением, а каждый выдох – напоминанием о том, что утрачено навсегда.
– А-а-а-а!!!
Крик становится мольбой о помощи, о понимании, о том, чтобы кто-то разделил эту невыносимую боль. Но вокруг лишь тишина, холодная и безжалостная, как сама смерть. И в этом безмолвии я понимаю: потеря – не просто отсутствие дракона, родных; это утрата части себя, которую невозможно вернуть. И этот крик, этот вопль горя будет вечным эхом, пока в сердце живет память о любви.
Я вдруг почувствовал чьи-то крепкие объятия: кто-то плакал вместе со мной. Аиса, дочь Дэниела, утешала меня. Меня? Знала бы она, какое я чудовище.
– Тише, тише, – мягко проговорила она. – Мы все вернем.
Печаль и безысходность сплетались внутри меня в ярком вихре, заставляя сердце колотиться с безумной силой. Аиса запела – ее голос, будто поток воды, струящийся среди лесов, наполнил комнату древней силой и мудростью. Народная песня, передававшаяся из поколения в поколение, рассказывала о жизни и смерти. Эта старая мелодия принадлежала моему дому, когда-то великому роду Корс. Каждая нота проникала в самое сердце, словно магия, обладающая силой исцелять душу. В этот момент Аиса наклонилась ко мне, провела рукой по голове, как заботливая мать укрывает своего малыша от бурь внешнего мира. Я, погруженный в дремоту, ощущал лишь тепло.
Сны, которые обычно причиняли мне страдания, рассеялись, уступив умиротворению. Когда песня завершилась, вокруг стало тихо. Я открыл глаза и увидел радостное, сияющее лицо Аисы. В этот миг я осознал: даже в самые мрачные времена можно найти свет и покой. И хотя мир вокруг полон угроз и испытаний, рядом с ней я нашел свое прибежище.
– Александр, – произнесла она едва слышно.
Я и не замечал раньше, какой у нее красивый голос. И ямочки на щеках…
– Александр! – громко позвал Дэниел, и я тут же отвел взгляд от Аисы. – Ты проспал пару часов. Готов идти дальше? Мы ведь ожидали, что дом Корс будет истреблен.
Я кивнул и постарался ответить твердо:
– Идем к нему.
* * *
– Дэниел, забирай дочь и уходи. Я должен быть один. Мы с ним вместе взлетим в небо.
Я старался собрать все свое самообладание. Сейчас мне нужен Хетт.
Сначала Костераль зажег факел – его яркий огонь освещал пространство. Мой друг всегда на шаг впереди: я не подумал о том, что в пещере будет темно. Дэниел сосредоточенно, уверенными и четкими движениями вызывал портал. Аиса вдруг нежно прикоснулась ко мне, и я отвлекся; девичья рука легла на мое плечо, опустилась к локтю, придержала в знак поддержки и понимания. С одной стороны, мне было приятно присутствие Аисы, ее искренность и сопереживание, а с другой – я испытывал смятение. Мой путь выбран, и лучше этой девушке держаться от меня подальше. Нам не стоило привязываться друг к другу, ведь в глубине души я знал: если начну считать Аису своей, то никто не спасет ее от меня.
– Идем. – Дэниел притянул к себе дочь. – Если через пять оборотов двух лун ты не найдешь меня, я вернусь.
И даже в этот момент я пытался смотреть только на него.
– Ты меня всегда видишь?
– Тебя – всегда.
С этими словами мой верный вассал ушел – и увел с собой девушку, которая для меня недоступна.
Я выдохнул. Почему горе так сближает людей? Потом ведь все равно приходится от них бежать.
Повернувшись к пещере, я сжал в руке факел. Осталось не трусить и ступать уверенно.
Может, не стоило отсылать Дэниела? Мне пришлось в одиночестве шагать по узкому извивающемуся коридору, который вел в сердце пещеры. Каждое движение сопровождалось эхом, отголоском шагов, который казался чуждым в этом мрачном месте. Он знал, что я иду. Моя сила чуяла его и ликовала в предвкушении этой встречи. Стены пещеры провожали меня зловонным дыханием сырости и гниения, словно сама земля пыталась проглотить незваного гостя, оставив от него лишь тень и страх. Камень, покрытый влажным мхом, казался живым, шепча о давно забытых тайнах.
– Вот зачем мне это все?! – воскликнул я в пустоту и усмехнулся. – Я стал так часто беседовать сам с собой… но на самом деле – с тобой. Знаю, ты меня слышишь. Сейчас мне нужна сила, способная одолеть Астраэля. Вместе с тобой у нас будет шанс на победу.
Пламя факела с трудом пробивалось сквозь густую тьму, создавая колеблющиеся тени на черепах, разбросанных по земле. Они лежали здесь, как мрачные напоминания о судьбах тех, кто решился войти в эту проклятую пещеру. Каждый из них хранил в себе историю – о смелости и безумии, о надежде и предательстве, о том, как жажда власти погубила немало благородных душ и алчных сердец. А кем был я?
Сердце стучало в такт моим шагам. Внезапно впереди послышался легкий шорох, нарушая зловещую тишину. Желание убежать охватило меня, но я замер, прислушиваясь к звукам, которые казались отдаленными и угрожающими. И вот я увидел цепи – тяжелые, ржавые, прикрепленные к каменной стене. И в их объятиях увидел его.
Темный дракон, словно вырванный из самых недр ночи, лежал на земле. Его чешуя была чернее угля, а изумрудные глаза искрились яркими огнями, как звезды в безоблачную ночь. Эти глаза смотрели прямо на меня, проникая в самую глубину моего существа и взывая к силе. Я чувствовал себя уязвимым перед этим древним созданием. В его взгляде скрывалась мощь, способная разметать горы и развеять мрак.
– Я вернулся за тобой. Прости, что оставил тебя, – дрожащим голосом произнес я. Дракон медленно приподнял голову, и в его глазах зажглось новое сияние. – Мы возвращаемся в Таррванию!