Глава 33 · Аниса
Мы общаемся постоянно, и каждый миг кажется наполненным тревогой, словно мир вокруг нас может разбиться вдребезги в любой момент. Ро не доверяет Аару, и я не могу понять, как так вышло. Он теперь среди нас, его намерения чисты, ведь он готов был рискнуть всем ради нашей свободы. Он очень давно помогает мне, и я ему благодарна. Почему Ро не видит в нем того, что вижу я? Аар подарил мне цветок, зеленый, как его глаза, – между ударами сердца вырастил прямо среди камней. Этому его научил отец, и мне стало любопытно, как много еще скрыто в прошлом Аара. Как же это прекрасно – позволять себе верить в магию жизни, даже когда вокруг густеет тьма.
Деревня у берегов Арридтского моря 945 год правления Астраэля Фуркаго
Вокруг только стены. Дни текут медленно, пока повозка гремит и скрипит на ухабах. Но мне все равно, что ждет впереди. Сквозь окна проникает тусклый свет, словно угасающий огонь, едва освещающий мои руки. Они слабые, удручающе безвольные, и это давит сильнее, чем я готова признать.
Пейзаж однообразен: серые поля, холодный ветер, пробивающийся через щели повозки, и бесконечная тишина, которую не нарушают даже разговоры. В глубине сознания – ноющая боль, будто порвана невидимая нить времени и пространства. Нет опоры, нет драконов – всего того, что когда-то составляло мой мир.
Память подобна песку, который сыплется между пальцами. Воспоминания ускользают прежде, чем я успеваю их осознать, и оставляют лишь смутные отблески. А ночи… Ночи становятся настоящим проклятием.
Каждый раз, засыпая, я проваливаюсь в один и тот же мрак. Даже с закрытыми глазами чувствую его холодную тяжелую пустоту. И в этом мраке всегда появляется она.
В первый раз мне показалось, что я схожу с ума. Она вышла из теней, словно отражение в зеркале, но слишком совершенное, реальное. Мое лицо, только черты ярче, резче, и ни следа усталости. Мои глаза, но более жестокие, наполненные силой, которой во мне никогда не было.
– Аниса… – Голос раздался внутри моей головы, будто принадлежал самой тьме. – Ты не справляешься. Позволь мне вести тебя.
– Кто ты? – бросила я насмешливо, хотя внутри все кипело от ужаса.
– Я – часть тебя, та, что стремится к правде, пока ты топчешься на месте. Я отведу тебя к твоим воспоминаниям, к тому, что ты потеряла.
Страх заставил меня отступить. Каждую ночь, погружаясь в сон, я снова встречала эту женщину. Ее уверенность и сила жгли меня изнутри.
– Дай мне вести тебя, – требовала она, пока я судорожно цеплялась за реальность.
Сегодняшняя ночь оказалась особенно тягучей. Чувство, будто я тону, не отпускало до самого пробуждения. Во сне мы стояли в зале, полном разбитых зеркал: осколки прошлого лежали у моих ног.
– Ну же, Аниса. – Ее голос был мягок, как шелест шелка, и так же коварен. – Позволь мне взять на себя это бремя. Тебе нужна правда, не так ли?
Я заметила среди осколков свой старый лук. Почему он здесь?
Взгляд моего отражения загорелся вызовом.
– Ты можешь выстрелить в меня, но попадешь в себя, – сказала она, смеясь.
Уже в следующее мгновение я натянула тетиву, и свист летящей стрелы разорвал тишину сна, возвращая меня в реальность.
Одинокая, мокрая от пота, измученная, я просыпалась снова и снова. Грудь сжимала пустота, а чувство неправильности отравляло дыхание.
Дни шли, и пути назад не было. Я вспоминала себя прежнюю, во дворце Алого заката. Это казалось далеким и чуждым, но одновременно неизбежным. Стены, исписанные драконьими рунными славословиями, фрески под высоким куполом, словно тянущиеся не к небу, а вглубь мира. Я помнила себя там – сильной, уверенной. Но остальные детали растворились в тумане.
Силы возвращались ко мне, но сознание все еще нуждалось в ответах. Я проверяла письма, заставляла себя вспоминать, снова и снова задавая вопрос, который жег изнутри: «Кто мог украсть драконьи яйца?»
Сегодня, раздраженная своими мыслями, я остановила повозку и вышла подышать воздухом. А когда вернулась, Эйри все так же сидела напротив, как обычно, молча выжидая.
– Кто мог украсть яйца? – холодно спросила я. – Отвечай прямо или не отвечай вообще.
Я не ожидала многого, но лицо Эйри вдруг помрачнело, и она процедила:
– Рейн, – и в этом имени чувствовался привкус яда и неожиданно прорвавшейся магии. – Ты найдешь их, когда найдешь его. Он давно ждет тебя, Аниса. Только тебя.
Рейн. Еще одно имя, которое я хотела забыть, но не могла. Голова закружилась, но я заставила себя выпрямиться, чтобы не задохнуться от злости. Значит, он знал. Все знал. И играл со мной, позволяя корчиться в этой неизвестности.
За пределами палатки что-то трещало. Сначала я подумала, что это просто ветер, свистящий между деревьями или обрывающий ткань над головой. Но потом услышала приглушенный резкий крик, словно кто-то потерял контроль над голосом. Холод скользнул по спине.
Сидя с поджатыми ногами, я смотрела на грубо нарисованную карту. Чернила на ней потерлись, будто тоже устали от моих размышлений. Кончики пальцев касались бумаги, под ногтями скрипела пыль.
Внезапно дверь повозки с грохотом распахнулась. Тан едва не выломал петлю – по его лицу лился пот, а глаза лихорадочно блестели. Аджит, в свою очередь, рывком открыл вторую дверцу так широко, словно собирался руками оттащить повозку в сторону.
– Принцесса Аниса! – задыхаясь, выпалил Тан. – На деревню напали!
– Они здесь, у самой пристани! – подхватил Аджит, хватаясь за рукоять меча. – Нужно уходить. Сейчас же! Принц уже ждет нас у корабля.
Я изо всех сил старалась сохранить спокойствие, но сердце сжалось в один бесконечный удар. Не говоря ни слова, бросив последний взгляд на карту – теперь бесполезную, как старые обещания, – я вышла наружу.
Деревню охватил хаос. Огонь, чьи яркие всполохи разрывали темное небо, уже пожирал крыши домов. Стены трещали, скрип дерева и грохот разрушений перекрывали крики жителей. Люди метались в панике, беспомощные, словно птицы, попавшие в силки. А вдали, у черной линии пристани, слышались приглушенные звуки сражения.
Мы побежали, почти не замечая дороги. Адреналин гнал нас быстрее любых размышлений. Холодный осенний воздух обжигал горло, а пепел оседал на коже, словно невидимая пелена.
Передо мной вдруг прямо с неба упало тело: мужчина с пустыми глазами и застывшим выражением лица. Его грудь была проколота; свежие пятна крови проступали на плаще. Рядом валялся лук, и стрелы рассыпались по земле.
Я опустилась на колено, схватила оружие. Фигура вражеского бойца метнулась между пылающими обломками. Стрела пробила его плечо, и он рухнул, закричав от боли.
– Быстрее! – рявкнул Тан.
Они с Аджитом прокладывали нам путь. Их клинки двигались точно и мощно. Рядом с двумя стражниками, неистовыми и яростными, Эйри казалась олицетворением спокойствия. Ее глаза светились ядовито-зеленым светом, а вокруг рук плыли тени. Она шептала что-то на языке из другого мира. Ее магия окутывала врагов, словно липкий туман. Они замедлялись – движения становились неловкими, неопределенными – и хватались за головы, пытаясь стряхнуть влияние, которое захватило их разум.
Один из нападавших, высокий и сильный, рухнул на колени прямо у наших ног. Из его горла вырвался ужасный вопль, прежде чем он обмяк и упал лицом вниз. Его тело вздрогнуло даже в падении.
– Не останавливайся! – крикнула Эйри, повернувшись ко мне, и ее взгляд пронзил меня, словно кинжал.
Я выстрелила снова, целя в мужчину, который появился из-за угла. Он упал, не поняв, что произошло, но долго радоваться было некогда. Мы почти добрались до пристани.
Там царил настоящий кошмар. Люди карабкались на борт кораблей, командиры выкрикивали приказы, кто-то рубил канаты связанных лодок.
– Быстрее! – повторил Тан.
Но рев заглушил его крик.
Мой мир на мгновение замер, и я слышала лишь это пронзительное, до дрожи знакомое рычание. Эхо битвы не могло породить подобный звук.
Мы продолжали прорываться сквозь хаос. Стрелы летели одна за другой, защищая нас от тех, кто вставал на пути. Я действовала не задумываясь: тетива, щелчок, вскрик, – и в какой-то момент все слилось в непрерывный поток.
Вопли раздавались повсюду, то приближаясь, то отдаляясь, словно ветер, несущий смерть. Корабли уже снимались с якоря. Люди хватались за мокрые канаты, роняли свои вещи, иногда даже друг друга.
Мы близко. Еще немного, и…
И тогда я почувствовала это.
Ветер переменился, замер на миг, а затем ударил – холодный, обжигающий. Его пронзительный вой донес до меня странное чувство. Связь. Невидимая, как тончайшая серебряная нить, она натянулась где-то глубоко внутри меня – словно мост через пропасть, которую я не собиралась пересекать. Что-то смутно знакомое вдруг окликнуло меня.
Я остановилась. Бежала секунду назад, но ноги отказались двигаться дальше, будто магическая сила схватила меня за воротник и потянула назад.
– Аниса! – крикнул Тан; его окровавленный клинок блеснул в свете огня. Стражник звал меня, тянул за собой, но я его не слышала.
Сначала тихий, почти неразличимый, затем оглушительный крик разорвал мои мысли, заглушив все остальное.
Крик дракона.
Я знала его до дрожи в костях, до боли, которая не давала мне покоя уже много лет. Милинаф.
Я обернулась. На мгновение время словно застыло. В пепельном небе сквозь клубы черного дыма я разглядела его.
Милинаф был белым, почти прозрачным, с алыми отблесками, как ледяные холмы на закате. Его чешуйки переливались, словно кусочки полупрозрачного кварца, а гибкое тело двигалось с изумительной грацией, будто он плыл по воздуху. Два огромных крыла легко рассекали дым, оставляя за собой просветы. Влажные, глубоко синие глаза смотрели прямо на меня. Мне показалось, что он плакал, – или это были отблески пламени, бушевавшего под ним?
– Он здесь, – благоговейно шепнула я.
Он здесь. Настоящий, вечный, вне времени и пространства. Его рев снова сотряс мир снаружи и изнутри, наполняя мое сознание болью.
Но Милинаф не был один.
За ним, словно ночная тень, парил тот, кто контролировал нашу связь, выжигая ее без жалости. Принц Винсент на гигантском жуке – массивном существе, покрытом черной блестящей броней. Его шипастые лапы едва двигались в воздухе, но силуэт четко выделялся на фоне неба. Рядом с ним сидела женщина – худощавая, красивая, словно вылепленная из слоновой кости. Ее черты казались идеальными, почти нереальными, будто она принадлежала другому измерению, где ничто человеческое не могло коснуться ее.
Красивая пара, подумала я невпопад. Потому что мне стало страшно, как никогда прежде.
Эту пару сопровождали пять зеленых драконов.
Их магия распространялась тяжелыми волнами, с неба обрушиваясь на пылающий город. Они рвали его на части, разрушали дома, заполняя улицы стонами тех, кто успел спрятаться. Зеленые крылья, похожие на листья, закрывали небо, лишая землю света. Они были одним целым – хищным, смертоносным созданием, шагнувшим из легенд, чтобы напомнить миру, кому он принадлежит.
Я поняла слишком поздно: император победил.
Взгляд Милинафа нашел меня раньше, чем я смогла отвернуться. Это ощущалось как удар. Глаза дракона были полны свирепой решимости, но где-то глубоко внутри чувствовалась незаконченная борьба. Он видел меня. Он чувствовал меня. Связь, рожденная магией и нашей общей памятью, притягивала нас друг к другу с неумолимой силой. На миг мне показалось, что мир замер, чтобы я услышала его шепот в моем сознании.
Но на нас падала чужая тень.
Винсент Фуркаго.
Я знала, что он чувствует связь между мной и Милинафом. Ощущала, как его холодный разум пытается проникнуть в мои мысли, скользя по этой хрупкой нити, которую я так хотела оборвать. На секунду мне стало страшно, что он вспомнит все, но он лишь выжидал, а затем, проверяя меня, поднял голову.
Наши взгляды встретились.
В тот момент все, что я пыталась забыть, всплыло на поверхность. Вина, боль, отчаяние, воспоминания о том моменте, когда Милинаф перестал быть моим. От этих мыслей хотелось кричать.
Но лицо Винсента оставалось бесстрастным, словно он рассматривал что-то незначительное. Он смотрел на меня слишком долго, слишком пристально, словно уже знал мои самые сокровенные тайны. А затем, не произнеся ни слова, отвернулся.
Дракон задержал взгляд чуть дольше. В его глазах промелькнуло сожаление, но в следующую секунду он повернулся вместе с Винсентом. Эта хрупкая, болезненно-реальная связь исчезла. Я снова осталась одна. Рейн. Брат. Бен. Милинаф.
Корабль подо мной затрясся. Ветер внезапно переменился, и я схватилась за канат, чтобы не упасть. Над нами раздался резкий крик, похожий на шелест ветвей в урагане.
Зеленый дракон с наездником. Меньше тех, кто нападал на город, но магия этого существа все равно давила, словно волна, готовая нас затопить. Юный дракон дрожал, и это ощущалось даже в воздухе. Его крылья рассекали горизонт, а мягкое зеленое сияние мерцало в лучах заходящего солнца. Но дитто был испуган.
– Заставьте эту посудину двигаться быстрее! – крикнул Тан капитану.
Команда судорожно выполняла команды. Дитто черного дракона, помогающий кораблю плыть, сделал что-то, заставив воздух вокруг нас закружиться в смерч. Ветер подхватил судно и толкнул его так резко, что все повалились на палубу. Мы уходили быстро, неестественно быстро, уносимые страхом, который толкал нас как можно дальше от города, пылающего позади.
Я поднялась на ноги, держась за канат, и посмотрела на умирающий берег. Там все еще раздавался рев, и я знала, что он будет звучать даже после того, как мы исчезнем за горизонтом. Обернувшись на чей-то крик, Тан заметил меня и бросил:
– Мы идем на Сожженные земли.
Будто лишь там осталось место надежде.