Глава 30

Мира в очередной раз проиграла.

— Вы не расстраивайтесь, — Ярослав протянул Мире печенье с апельсином. — Научитесь. Только не сразу.

Котенок запрыгнул ему на колени, закрутился на месте, укладываясь поудобнее и заурчал.

— Как ты его назвал? — Мира погладила котенка по крохотной голове.

— Василий. Вася.

— Хорошее имя, — кивнула Мира. Котенок зевнул и на всякий случай оттолкнул ее лапой. Слегка, без когтей. Видимо, ему надоело, что его гладят и мешают спать.

— Не люблю всякие сложные имена. У моего друга кот-британец. Демосфен. И не выговоришь. К Маринки — она со мной учится в одном классе — шарпей Кайзер. Нет, мне так не нравится. Не придумаешь, как его короче назвать. Кай? Керик? Зер? Глупо звучит. Вот Маринка и зовет его полным именем.

Василий поселился в комнате Ярослава в коробке. Вел себя прилично, только иногда забирался по занавескам под самый потолок. Ярослав рассказывал о проделках котенка взахлеб, с горящими глазами.

— А ты, папа, не хотел, чтобы у меня был котенок. Помнишь?

— Помню. Ты стал старше, и теперь отвечаешь за Василия. Ухаживать за ним будешь только ты. И кормить, и убирать.

— Я все и делаю.

— Это хорошо, — взъерошил волосы сына Кирилл. — Василий научит тебя порядку.

В десять вечера Кирилл отправил Ярослава спать. Ярослав взял с Миры слово что она будет приходить к ним чаще, чтобы научиться играть как следует.

— У вас все получится. Главное верить в себя, — заверил Ярослав Миру.

Он затопал по ступеням на второй этаж, сонно потирая глаза.

— Мне тоже пора домой. Вернее, в отель, — Мира поднялась из глубокого и мягкого кресла. Она сидела в нем как в гнезде. Ей было так уютно и совершенно не хотелось вставать.

— Посиди еще, — попросил ее Кирилл.

— Я бы с радостью. Но мне завтра на работу. Опаздывать нельзя, начальница на меня смотрит волком. Особенно после того, как я подцепила такого роскошного мужчину.

— Что, неужели завидуют? — удивился Кирилл.

— Еще как завидуют.

— Значит, не зря мы старались. Люблю позлить вредных теток.

— Не поверишь, я тоже.

— У нас с тобой много общего, — Кирилл подсел на подлокотник кресла, в котором все еще сидела Мира. Ей так не хотелось выбираться из этого удобного гнезда.

— Это точно. Оба вредные.

— Я вредный, а ты нет. Ты очаровательная.

— Так бы и слушала твою лесть, но мне и правда пора домой, — нехотя поднялась Мира.

— Я отвезу тебя.

— Ты устал. Я такси вызову.

— Я не устал, и я хочу отвезти тебя. Заодно загляну в клуб, проверю, как там дела.

Они снова ехали в роскошном кабриолете. Догорал закат в алых всполохах уставшего солнца. Теплый ветер трепал Мире волосы, и она была на седьмом небе от удовольствия.

Кирилл припарковал автомобиль во дворе, помог Мире выйти из низкого автомобиля.

— Помню, ты обещала мне утренний кофе, — Кирилл положил ладонь на талию Миры.

— Но сейчас вечер… — не слишком уверенно заметила она.

— Думаешь, я этого не знаю? — он коснулся пальцами ее щеки, погладил, дотронулся до губ.

Мира прикусила его пальцы и заглянула в потемневшие глаза Кирилла. Они притягивали, манили, и она не могла оторвать от них взгляд.

— Идем, — он взял ее за руку.

Она не спросила, куда он ведет ее. Это было неважно. Мира опустила взгляд. Сейчас он горел желанием. Таким же как у Кирилла. Откровенным и нетерпеливым.

По боковой лестнице они поднялись на третий этаж. Кирилл открыл дверь, пропустил Миру вперед.

— Мои апартаменты. Я тут ночую, когда задерживаюсь допоздна.

Они стояли в большой комнате, полумрак которой прорезал только свет с улицы.

Кирилл обнял Миру за плечи, притянул к себе. Мира слышала, как гулко и неровно бьется его сердце.

В дальнем уголке сознания шевельнулась мысль — не надо этого делать. Это неправильно. Мира тряхнула головой, торопливо отгоняя благоразумие.

После всего случившегося, она не обязана хранить верность Демиду. Она имеет на это право. Право на измену.

— Ты напряжена, — Кирилл провел ладонью по ее волосам.

— Немного, — Мира уткнулась макушкой ему в грудь.

— Это пройдет, — Кирилл расстегнул молнию на платье, его руки скользнули по плечам, освобождая Миру от ненужной оболочки. Платье упало к ногам, и она поспешно переступила через него, словно переступала через свою прошлую жизнь.

На ней было красное белье. То самое, что она покупала для Демида. Отправляясь в гости к Кириллу, Мира подсознательно понимала, чем может завершиться их вечер. Только не хотела себе признаться. Словно боялась спугнуть шанс ощутить себя желанной.

Кирилл отступил назад, склонил голову набок и улыбаясь, откровенно разглядывал Миру. Она не смущалась под его взглядом. Тоже улыбнулась в ответ, коснулась алого шелка на груди, провела пальцем по кружеву.

— Иди ко мне, — Кирилл протянул ей руку. — Помоги раздеться, сам не справлюсь.

— Хитрец, — Мира начала не спеша расстегивать пуговицы на его рубашке. Обнажила широкую грудь, провела по ней прохладной ладонью. Повинуясь желанию, покрыла поцелуями.

— Ты решила свести меня с ума, — Кирилл запустил руки ей в волосы, растрепал, припал к шее и поцеловал крепко, до боли. Мира запрокинула голову и рассмеялась. Она не узнавала свой смех. Он стал чувственным, глубоким.

Потом началось безумие. Их закружило в вихре желаний. Кирилл подхватил Миру на руки, бросил на постель, смял, покрывая поцелуями тело. Он медлил снимать с нее белье.

Навис на Мирой, отодвинул бретель и коснулся губами ключицы. Мира выгнулась, затрепетала, как натянутый лук. Он снова целовал ее. Еще и еще, доводя до изнеможения.

Мира заметалась по постели, извиваясь как змея. Кирилл продолжил сладкую пытку. Она закрыла глаза и ее завертело в водовороте страстей, о существовании которых она никогда не подозревала. Мира чувствовала, как прошлое покидает ее, как она меняется в эти мгновения. Уходит неуверенность, скованность, ненужная скромность. Оковы рвались.

Руки Кирилла ласкали ее, гладили спину, плечи. Касались самых потаенных уголков. Губы покрывали тело поцелуями. Мира плыла по волнам наслаждения, отдавшись на волю Кирилла. Она не знала его, но она верила ему. Почему? На этот вопрос она ответит потом… Возможно… Да и важно ли это?

Любовное торнадо накрыло их обоих, унося прочь от действительности, кружа в чувственном вихре. У Миры перехватило дыхание. Кирилл отвечал на каждое движение Миры. Они стали единым целым, чувствующими и предугадывающими желания друг друга.

Его поцелуи из страстных вдруг превратились в нежные, как крылья бабочки. И они порхали по телу Миры, едва касаясь кожи невесомыми движениями. И снова налетел шторм, захлестнул Миру.

Сильные руки Кирилла оторвали ее от постели, легко перевернули и бросили на живот. Ладонь Кирилла погладила ее спину, прижимая Миру к смятым простыням. И снова он целовал ее. Цепочка из легких поцелуев шла от затылка, вдоль позвоночника, ниже, ниже. Мира таяла от них как мороженое тает под лучами летнего солнца. Внутри нее клокотала лава желаний и страстей. А Кирилл все медлил и медлил. Он снял с Миры белье, и потер ее плечи, на которых остались следы от бретелей.

Мира перевернулась на спину, обхватила Кирилла за шею, притянула к себе. Он навалился на нее всей тяжестью мускулистого разгоряченного тела.

Больше Мира не думала о благоразумии. Она прогнала его прочь. Ей хотелось безумств, недополученной любви, дикой страсти. Они рычали и царапались как звери. Мира выскользнула из объятий Кирилла, толкнула его на постель и вскочила верхом, крепко сжав бедрами. Наклонилась над его лицом.

— Сегодня безумная ночь, — прошептала она.

— Сегодня прекрасная ночь, — ответил ей Кирилл. — Необыкновенная, волшебная.

— Я хочу…

Она не успела закончить фразу.

— Я знаю, чего ты хочешь, — Кирилл гладил ее колени, бедра, бока. — И я выполню любое твое желание. Сегодня возможно все. Ты сводишь меня с ума.

Мира улыбнулась в темноту. Да, он знал, чего она хочет. Знали его руки и губы. Мира соскользнула с Кирилла и прижалась к нему. Он приподнялся на локте, откинул волосы, упавшие ей на лицо, поцеловал в плечо.

— Ты этого хотела?

— Да, — беззвучно ответила она. — Еще… Только не спеши.

— У нас впереди вся ночь.

— Летом они коротки… — тень сожаления коснулась легким крылом. Они и правда так коротки, так быстротечны.

Кирилл покрывал поцелуями ее плечи, шею, грудь. Медленно, томительно.

Тяжелая, сладостная волна желания накрыла Миру. Она застонала. Сначала сдержанно. И тут же закричала от неимоверного восторга, какого не испытывала никогда в жизни. Судорога чувственного удовольствия прокатилась по ее телу. Раз, другой, заставляя дрожать и выгибаться, подставляя для ласк тело. Бесстыдно отдаваясь на волю Кирилла. Мира верила ему. Верила, как самой себе.

Он сдавил ее в стальных объятиях, прижал к себе. Зарычал, как зверь, поймавший добычу. Мира ответила громким стоном, припадая к Кириллу, желая почувствовать каждую его мышцу, каждую клеточку разгоряченного тела.

В сегодняшней битве нет победителя, нет добычи. Только единение тел, душ, желаний. Гармония, о которой Мира даже не подозревала.

Крик радости вырвался из ее груди помимо воли. Мира забыла о сдержанности. Сегодня можно все. Мира сбросила оковы условностей, освободилась от надуманных пут приличия, она становилась сама собой.