Глава 33. Настя

Обняла Сергея руками за крепкую шею, раскрыла губы, впуская влажный язык в рот. Он с жадностью ласкает меня, болезненно прикусывает губы, снова врывается в рот. Мне хочется кричать и плакать от каждого его прикосновения. Они вызывают дрожь в теле, не дают дышать, слышать, только видеть.

Видеть его глаза, наполненные настоящим голодом. В них еще есть сомнение, страх, но я хочу развеять их, показать, что я рядом, что на все для него готова. Забросила ноги ему на поясницу, скрестила их на спине, приподняла бедра, упираясь в твёрдый пах.

– Настя, – он стонет мое имя. – Что же ты делаешь…

– Люблю… – шепчу ему в ухо, ведя по нему языком.

Мужчина с рыком вжался в меня, трется своим желанием, целует глаза, щеки, губы, шею. Быстро, жадно, оставляя следы от зубов на коже, но мне нравится. Как же мне хорошо!

Выдох… Он перевернулся на спину, усаживая меня сверху.

Любуется, хрипло дышит.

Коснулась ладонью еще влажного торса. Каждая его мышца напряглась, четко ощущаясь под пальцами. Сергей перестал дышать.

Рисую дорожку от центра груди по животу. Мое дыхание становится чаще. Я так ждала… Я так хочу…

С жадностью припала губами к скатывающейся капельке воды. Втянула ее в рот, как бесценный источник влаги, словно и нет другого, эта была единственной. Вкус его тела врезался в сознание, молнией пронзая его насквозь, сжигая мосты.

Его шумный выдох. Новый вдох, и громкий стук сердца смешался с треском дров. Он гулом проходит по мне. Мои губы неумело скользят по его коже, боясь пропустить хотя бы миллиметр любимого мужчины. Кидает то в жар, то в холод. Я не верю в то, что происходит.

Сталкиваясь с кромкой его любимых штанов, оставляю свой влажный след вдоль всей резинки, ощущая, как низ его живота пульсирует.

Его желание выдающимся бугром выпирает мне навстречу.

Не удержавшись, коснулась его пальцами. Сергей перехватил мое запястье, дернул вверх, чтобы наши глаза снова встретились.

– Что ты творишь? – выдавливает из себя каждое слово.

– Хочу тебя, – стараюсь улыбаться и не дрожать.

– Настя… – мое имя рокотом расходится по мощной груди.

Вдох… Выдох…

Противостояние взглядов. Он не выдерживает, закрывает глаза, мысленно считая до трех. Не помогает!

– К черту! – сжал ладони на моих ягодицах, вновь перевернулся, подминая под себя. – Люблю тебя, – тонет его признание в поцелуе.

Мужчина завел мои руки за голову, второй рукой уперся в пол рядом с моей головой.

– Обратной дороги нет, – произнес он.

– Согласна.

Сергей сорвал с меня одежду. Втянул в рот сосок вместе с частью груди, жадно посасывая, лаская языком, застонал, зарычал как дикий зверь. Я выгнулась под ним, задевая возбужденный член, уже рвущийся из этих дурацких штанов.

Его голодные поцелуи покрывают мое тело…

Ниже, по животу. Язык обрисовал пупок, толкнулся в него, вылизав до дрожи в коленях. Ему пришлось отпустить мои руки, пальцы тут же сжались в волосах на мужском затылке. Сережа подцепил зубами мои трусики, потянул их вниз, помог себе рукой, раскидал ноги в стороны. Положил ладони на икры, медленно повел их вверх, глядя, как мое тело двигается ему навстречу. Я не могу оторвать от него взгляда, кусаю губу в ожидании волшебства.

Мужчина, нервно сглотнув, кладет пальце на то, что предназначено только ему. Я готова плакать от удовольствия, которое приносит каждое его касание. Он гладит, раскрывает меня, размазывает по клитору влагу.

– Ах-х… – пытаюсь зацепиться пальцами хоть за что-то.

У меня ощущение, что я падаю.

Сергей подставляет руку, цепляюсь, впиваюсь ногтями, а он медленно массирует чувствительную горошинку. Бережно обводит ее, сжимает, наклоняется, втягивает в рот. Я кричу и падаю… улетаю, дрожу. Его язык рисует узоры прямо там, у меня между ног. Мужчина тянется рукой к груди, ловит пальцами сосок, осторожно крутит его. Мое тело пронзает ярчайшими искрами удовольствия. Его бьёт крупная дрожь. Это настоящая агония.

Она не заканчивается, нарастает, ведь Сергей снимает брюки, и я зависаю на его голом теле. Нас больше ничего не отделяет друг от друга.

Кожа к коже, душа к душе, сердце к сердцу.

– Любимая моя, – он, улыбаясь ложится сверху. Его горячая налившаяся плоть касается низа живота.

– Я хочу еще, – умоляю, понимая, что мне мало.

– Сейчас, – он убирает с лица волосы, скрещивает наши пальцы, целует в губы. – Потерпи.

Рукой упирает во вход головку. Я чувствую ее жар, его желание. Медленно продвигается внутрь, растягивая меня. Не дает двигаться, прижимая к полу своим весом. Замирает, дает привыкнуть, а у меня от одной мысли, что он сейчас во мне, плавится мозг.

– Пожалуйста, – прошу.

– Нетерпеливая, – тихо смеется.

Одним ударом он врывается в мое тело, лишая всех преград, руша эти чертовы стены в своей голове. Мой крик на грани боли и удовольствия гаснет в очередном поцелуе. Низ живота ноет, но я сама подаюсь бедрами навстречу. Я хочу слышать, как стонет он – мой мужчина. И он стонет, медленно выходя на всю, опустошая меня, врываясь обратно. Каждое ритмичное движение, каждый его взгляд, каждый мой всхлип – это магия, которая объединила нас еще восемь лет назад.

– Выходи за меня, – хрипит он, доводя нас до грани и снова останавливаясь.

Молчу, не веря своим ушам.

– Настя, – зовет Сергей.

– Я даже не знаю… – смеюсь, закатывая глаза.

– Ах так! – лукавая улыбка на лице.

Его член покидает мое тело. Мужчина на миг прикрывает глаза, чтобы дать себе пережить этот момент. Сажусь, тянусь рукой к влажному возбуждению, чтобы дать ему эту желанную разрядку, но моя рука оказывается зажата в стальной хватке Сергея Малахова. Он толкает меня обратно на пол, закидывает ноги к себе на плечи, погружается внутрь, не торопясь. Дразнит, играет. Снова покидает мое тело, скользит стволом по набухшим губам, по клитору, доводя до сумасшествия.

– Выходи за меня, – вновь останавливается, скрипя зубами.

– Изверг, – облизнув губы, стараюсь сдержать счастливую улыбку. – Я согласна, Сереж, – шепчу ему. – Давно уже согласна.

Мужчина раздвигает мои ноги шире так и держа их навесу. Сдавливает клитор пальцами, яростно двигается, кончает мощными толчками, заполняя собой всю без остатка.

– И на это я тоже согласна, – прижимаю его к себе.

Он шумно дышит мне в шею, щекоча чувствительную кожу.

– Спасибо тебе, – говорит еле слышно. – Без тебя я бы не выжил.