Глава 10

— Вы у нас впервые? — спросила миловидная девушка у стойки администратора.

Очень атмосферное место. Повсюду много разных картин с креативными стрижками и окрашиваниями. Много зеркал и света, ни сантиметра тени. Шоколадные конфетки в большой красивой вазе.

Такой знойной красотки, с такой мило улыбкой, я, пожалуй, никогда не видела. Ее внешность просто кричала: «Заходи, и возможно, если у мастера хорошее настроение, ты станешь красивой как она».

— Да, я записана на пятнадцать сорок, — смахивая оцепенение сказала.

— Алиса, верно? — чуть пухлые губы расплылись в улыбке.

— Да, — ответила своими поменьше.

— Отлично, мастер уже освободился и ждет вас, — она вышла из-за стойки и повела меня на встречу изменениям. На ней была одета клетчатая плотная юбка с высокой талией, водолазка в тон и плотные колготки, ничего особенного, но ей так все подходило. Она прям была точно на своем месте. Будто это место сделали под нее.

Вообще-то формально, я должна сидеть в квартире и работать. Но работу я закончила, и поэтому с чистой душой пришла менять внешность и хоть капельку повысить самооценку, потому что в последнее время с ней беда.

Я наивная думала, что приду сюда и расслаблюсь. Но оказалось, что не все так просто. Сначала была тест прядь, красили одну прядь выжидали, обсуждали без меня. Потом была куча разных вопросов, над ответами на которые, мне пришлось думать, или просто пожимать плечами.

— Так, вы ходите яркие пряди, так? — спросила мастер Анжела, интересно это ее настоящее имя? Она совсем не похожа на Анжелу.

Да здесь все красотки, ну кроме меня. Но это временно, мне так хочется надеяться.

— Да, сейчас, — полезла в карман брюк, чтобы показать картинку того, чего мне хотелось бы увидеть на волосах. — Вот так хочу.

На картинке, на концах и внутри темных волос, виднелись разные, яркие пряди. Ярко-синие, фиолетовые и розовые.

Поставив телефон на бесшумный режим, я расслабилась и засунула в рот конфетку, которую мне принесли к кофе, аромат которого блаженно втянула в нос. А еще у них повсюду были живые цветы. Сочные, пушистые пионы, разных цветов и размеров, стояли не далеко от меня, их аромат дурманил мое обоняние.

Я и подумать не могла, что выкрасить пряди и немного затемнить волосы займет столько времени! Попа, кажется, приняла форму кресла, которое, уже не казалось таким удобным, как три часа назад.

— А мы, скоро закончим? — спросила Анжелу, которая тоже, кажется, устала возится со мной.

— Да, уже почти все, — вежливо сказала, — может еще кофе?

— Нет, спасибо, — от такого количества кофе, у меня точно будет изжога. Вот от бутерброда, я бы не отказалась.

Выудив телефон из кармана, увидела пропущенный от Евы. Я ожидала больше пропущенных. Но тем лучше.

— Привет, — перезвонила Вере.

— Ну привет рабыня, — в шутку сказала Ева. — Чем занимаешься? Могу ли я увидеть тебя в этом году хоть раз?

— У тебя появилась шикарная возможность не только меня увидеть, но и отпить со мной, к примеру, шампанского. Я в салоне, так что ты будешь первой кто меня увидит в новом образе.

— Ого! — встрепенулась она и оживилась, — я даже не знаю, что меня удивляет больше. То, что ты в салоне, или то, что хочешь выпить. Ты убила своего работодателя??

****

— Аха ха ха, — засмеялась я. — У тебя сегодня отличное настроение? Искришь через телефон.

— Скидывай адрес, не терпится увидеть изменения!

— Я на Кутузова, сейчас скину геолокацию.

— Не надо, там один салон, скоро буду. Даже возможно успею договорится о скидке.

— Отлично, — сказала уже гудкам.

Дальше была сушка волос, что-то еще. Меня мазали чем-то очень вкусным и кажется, я, почти заснула от массажа головы.

Когда мне разрешили наконец встать, мне было уже все равно, что у меня с волосами. Меня беспокоила пятая точка, которой я не чувствовала.

— Даже не верится, что ты решилась хоть на какие-то изменения! —встала с диванчика ожидания Ева. — Мне нравится.

— И мне, — пропуская свои новые волосы через пальцы, любовалась разными прядями в зеркала.

Цена до скидки и после была ошеломляюще разной.

— Откуда у тебя такая скидка? — удивленно спросила, стоило нам выйти на улицу.

На улице уже был поздний вечер, но в центре совсем не страшно. Столько освещения, что нет ни одного темного закуточка. На всех фасадах много лампочек, так установленных, что свет падает под разным углом, делая улицу какой-то более масштабной и значимой.

— Мария, так зовут начальницу этого райского места. Она мучительно и долго разводилась со своим мужем — чиновником. Но когда она пришла ко мне, это дело пошло быстрее. Он не хотел развода. Почему, я не уточняла, но изменял он ей постоянно, думаю это и есть причина. Потом, когда он понял, что развод неизбежен, решил все забрать. Оставить ее ни с чем, уже исключительно из вредности. Но я ведь не пальцем делана, — засмеялась, вспомнив народную мудрость. — В общем она в благодарность сделала мне эту карту, на которой вот такая скидка. Но я редко хожу сюда, а сегодня эта карта пригодилась.

— Это да. Что ты купила? —спросила, показав на пакет, который очень недвусмысленно звякал стеклом. Бутылка была явно не одна.

—Да так, все в пределах разумного, — отмахнулась, — когда еще тебя увижу? А пошли на мост?

Давно я там не была.

— Пошли, — мне было все равно куда идти, лишь бы не домой. В четырех стенах хороших мыслей не видать.

— Расскажи-ка мне подруга, как ты выбралась из своего рабства, да еще и так на долго?

— А я не выбралась, он уехал, — пожала плечами. — Слежки за мной нет, так что формально я дома работаю.

— Ого, на что ты способна, — она качнулась, тем самым побеспокоив пакет с тарой, он так громко звякнул, что похоже, пока мы дойдем до места, нам просто будет нечего пить. — А если он позвонит, будешь притворятся что дома?

— Он врядле позвонит. Он с какой-то Софией, очень мило беседовал и говорил, что они проведут отлично время. Так что…

— Только не говори, что это ревность?

— Нет, это просто факт. Ему хорошо, он отлично проводит время. А я должна сидеть и работать, подготавливать ему документы по моей уже бывшей фирме. Но если четно я ждала большего, он будто чего-то ждет. А мне надоело ждать каждый день, устала уже.

— Дай мне контракт, или пришли фотки хотя бы, давай я посмотрю. Врядле там все так безвыходно.

Там все хуже. Не контракт, так он еще что-нибудь придумает. А мне уже не терпится перевернуть эту страницу своей жизни и идти дальше. К моему светлому будущему. Без него и мыслей о нем. Я буду счастлива, обещаю.

На улице безветренно, по-весеннему хорошо. Почти ночь на дворе, а людей не уменьшается. Не мы одни решили погулять на ночь глядя.

— А давай здесь посидим? — показала на сквер. — Пока дойдем замерзнем, а выпить охота уже.

— Алиса ты меня пугаешь! Ты мне расскажешь, что случилось?

— Ничего не случилось, — достала шапку из сумки, не хотелось этого делать, но уши дороже.

— Меня иногда очень раздражает твоя скрытость. Но я подожду. Ты же понимаешь, что тебе придется мне все рассказать?

— Я расскажу, когда будет что, — сажусь на скамейку притягивая пакет к себе.

Итак, что у нас тут. Три бутылки. Пожалуй, меня унесет с пары глотков. Потому что пузырьки на голодный желудок дадут в голову и по голове.

— У меня есть шоколад, — достала из сумки пару плиток, одна из них моя самая любимая. — Еще куриные колбаски к пиву, и чипсы.

Ее набор закусок явно очень странный. Но желудок так громко отреагировал на разговор хоть о какой-то еде, что мне было все равно что, лишь бы чем его заткнуть.

****

Пока я расставляла бутылки Ева достала из сумки нашу «изысканную» закуску, и уселась рядом со мной.

Достала все три бутылки, отличный вечер. То, что нужно для конца этого дня.

— Я подумала, что не гоже нам из одноразовой посуды пить, — достала из своей сумки пару бокалов, простых явно не их хрусталя. Но ее такая подготовка к нашим посиделкам разлилась теплом по душе.

— Ну раз поляна готова, наливай, — взяла в руки бокалы и начала ждать пока в них нальют.

Я пару раз пробывала открывать бутылки, скажу сразу очень неудачно. Один раз испортила натяжной потолок у Евы в новой квартире. В следующий и последний раз, чуть не лишила глаза мужчину. Когда-то давно Ева задалась целью найти мне мужчину, это было очередное такое свидание. И вот я почему-то решила, что могу сама открыть бутылку, парень спорить не стал, за что в итоге и поплатился. Больше мы не виделись, чему я рада. Мне было стыдно.

Первый бокал я выпила залпом, и с удовольствием. Прохладный напиток провалился в мой пустой желудок и согрел его изнутри. Главное, чтобы не перегрел, все же изжога не входит в мои планы на ночь.

Ева открыла чипсы, шоколад и колбаски. Фигня какая-то, а не пир у нас получился.

— Рассказывай, что на тебя нашло, раз ты выбрала такой набор закусок? — поставила на скамейку пустой бокал и посмотрела на подругу. — Нормальный человек явно такое к шампанскому не купит.

— Да ничего, схватила первое что увидела. Боялась, пока я дождусь сыров и мясных нарезок в ресторане, тебя уже Савельев перехватит и утащит к себе.

Второй бокал пошел так же хорошо и быстро. В голове потихонечку начали отваливаться разные мысли, не важные, но все равно крутящиеся в моей голове.

Говорить не хотелось нам обоим, поэтому мы просто сидели и смотрели в даль. Сквер здесь красивый и ухоженный.

Со стороны мы выглядим немного странно. Бутылки, закуски к ним. И мы смотрящие в темноту. Надо было соглашаться на неоновые волос, сидела бы как фонарь декоративный.

— Расскажи лучше, как там Бог суда поживает? Все так же красив и умен? — спросила облокачиваясь на спинку скамейки? — У вас еще не любовь?

— Хуже, — вздохнула и как-то странно ее голос стал тише. — Давай не сегодня, там все сложно.

— На сколько сложно? — темнота была не так интересна, как эта тема, поэтому перевела взгляд на нее.

— Ты не разберешься, — не смотря на меня вздохнула так горько, что я могла бы через пару бокалов сама придумать печальную историю любви.

— Жаль, такая хорошая возможность для откровений.

— ну тогда ты первая, — уже командным голосом сказала.

— Ладно, не хочешь как хочешь.

— Я вот знаешь, что думаю, может тебе письмо написать? От начала и до конца, и отправить его Савельеву? Не факт, что он поверит. Но ведь у тебя должна быть возможность открыться ему. Так даже лучше, чем говорить, никто не будут перебивать. Я бы не смогла молчать.

— Он ни за что не поверит мне. Может это и хорошая идея. Но хочется рассказать, я даже представляла себе это. Конечно, он не перебивал меня и сразу поверил, — улыбнулась.

— Так чего ты ждешь? — наливая шампанское спросила, — блин, нужно хотя бы попробовать. Хотя ему будет сложно смирится, что его друзья, ради которых он непонятно сколько времени думал о том, какая ты сволочь, как минимум предатели и тихушники! И он точно не ожидает, что его друзья, которых он оплакивал или до сих пор оплакивают могли так поступить с тобой. Да это был детский сад, ничего криминального, подростковые конфликты каким-то непостижимым образом вылились в это?

— Я виновата в том, что не призналась тогда, еще на крыше, что влюбилась в него.

— И в этом тоже. Почему они разругались? И почему погибли…

— Погибли они известно почему, на войне люди до сих умирают. Почему тогда кинулся на меня с обвинениями, а я ведь думала, что он признается мне в чувствах и мы будем вместе. Ведь честно рассказала Сашке, что мне нравится Леша. Думала он передаст это Лешке, а он поступил иначе. У меня мурашки до сих пор, при воспоминаниях о его словах.

Все-таки иногда полезно выпивать. Все мысли можно рассказать. Хватает смелости сказать вслух, то, о чем думаешь.

Не много помолчав, продолжила:

— А ведь могло быть все на много проще, — не упали я тогда, в первый день в школе, врядле они бы меня заметили.

— Вы учились столько времени в одной школе, врядле такое могло быть. Но если бы они тебя не замечали, как большинство, думаю ты бы была похожа на Королеву Ленку из «Г». Она родила трое детей, я видела ее недавно. Так себе зрелище, усталость от любимых детей ей не к лицу. Волосы не ухожены, сама абы как одета. Вместо теней круги под глазами, а вместо прически пучок.

— Трое!? — вылупила глаза вспоминая ее. — Многовато. У меня даже хомяка нет.

— Нахрен он тебе сдался? Они мрут быстрее, чем ты к нему привыкнешь. У них столько болячек! У меня был в детстве хомяк Тоська.

— Ты мне не рассказывала, — колбаски оказались островатыми, но выбирать не с чего, засунула в рот половину, а вторую оставила во рту по типу сигареты.

— Так это стресс был знаешь какой у меня! вот сейчас вспомнила и прям грустно стало.

— Зато у Ленки есть семья, люди, которые ее любят. Больше, чем твой ребенок тебя никто не полюбит, — мечтательно представила себя с детьми, — это тебе не хомяк. Это твоя кровь, твое продолжение.

— Ты никогда не говорила что хочешь детей?

— От кого мне их хотеть? Из пробирки что ли? Мне бы сначала влюбится. Как люди влюбляются? Как понимают, что это любовь?

— Никак, оно как-то само понимается, — опять стала тише Ева. — Это точно ни как в книгах. Дышать не можешь, звездочки в голове и желе вместо мозгов. Нет, просто ты понимаешь, что мужик тебя так сильно бесит, что тебе прям не хочется с ним расставаться. И хочется бесит его в ответ. Вечно.

Какое-то странное объяснение.

— А как же романтика? Поцелуи, свидания, цветы в конце концов?

— Да не нужна эта вся мишура. Просто хочется быть рядом. И еще ревность, это прям звоночек. Так что подруга ты возможно влюблена. Раз ревнуешь. Но это гиблый вариант. Проще забыть, чем что-то пытаться.

Мой прекрасный вид в темноту перегородила тень. Я бы не обратила на это внимание, если бы воздух вокруг меня не стал теплее и гуще.

— Что за херня? — прям перед нами, широко расставив ноги, стоял Савельев.

*****

Сначала я, конечно, подумала, что это глюк. Ну бывает, да и шампанского мы выпили достаточно. Не мог он тут появится! Его же нет в городе, и как он мог найти нас?

— Ты что тут делаешь? — сказал злой голос, как-то очень правдоподобно.

Не говоря ни слова, взяла в рот кусочек шоколада и повернула голову в сторону Евы. Она тоже смотрела в сторону, где стоял ненастоящий Леша.

Вопросы, будто стая ненормальных пчел, обдутых дымом, кружили в хаотичном порядке. Они вроде есть, и тут же нет в голове ничего.

И тут мне в голову пробралась мысль, что возможно он не глюк? И вполне себе настоящий, стоит и прожигает во мне дыру.

— Добрый вечер, — первая отмерла Ева. — Ты нам вид загораживаешь, — с умным, но все же пьяным видом, выдала подруга.

— А что ты там в темноте хочешь найти взглядом? — прорычал, все так же стоя перед нами, даже не думая сдвигаться в сторону.

Второе, после его взгляда, что бросилось мне в глаза — его внешний вид. Он был одет во все черное. Черные брюки с карманами, черные берцы, облегченная куртка и шапка тоже черного цвета. Хотя может оно и не чёрное, но при тусклом свете и с промилями, мне показалось, что все траурного цвета. Все это отличалось от его обычной однажды, он будто с охоты или войны.

— Все же лучше, чем на тебя смотреть, — фыркнула Ева, — отойти Савельев, не загораживай свет.

Его взгляд переместился с меня на бутылки, дальше на Еву, и опять вернулся ко мне. Не спеша, будто что-то можно рассмотреть, он начал изучать меня взглядам. Врядле он смог бы заметить перемены в моей внешности, но он будто старался что-то разглядеть.

Его интерес пропал так же быстро, как и появился.

— Пошли, — не нужно даже спрашивать, кому именно озвучены эти слова.

Я немного заторможенно поняла, что мне не хочется никуда идти.

Тем более с ним.

Тем более сейчас.

Хочет пусть тащит на себе. Мы еще не все шампанское выпили — это первое. Я не оставлю здесь свою подругу, — это второе.

— Куда? — спросила почему-то Ева.

Не обратив никакого внимания на вопрос Евы, смотрел он на меня, мысленно подгоняя наверно, но сегодня это не работало. Мне и тут было хорошо. Когда еще будет возможность выбраться. Нужно взять на заметку, что алкоголь делает меня смелее.

— А ты не хочешь дать нам ее контракт, если он есть конечно, — встала Ева. — Я, если хочешь, адвокат нашей Алисы, — икнула, и сразу весь разговор из серьезного превратился в пьяный, — так что, доставай из своих широких штанин нужный документ!

Конечно, мне стоило ее поддержать, но я представила, как он достает документы из брюк. И в общем не смогла сдержать смешок. Не к месту, не вовремя это все.

— И как же ты, в таком состоянии, будешь изучать документы? — как-то очень невесело усмехнулся над ней, она такого не любит.

— Мне кажется ты водишь ее за нос, и нет никакого контракта. И вообще ее рабочий день точно закончился! Иди куда шел, — взяла в руки шампанское и начала открывать нашу третью, последнюю бутылку, которая точно будет лишней.

Я молча наблюдала за этой возней, решив молчать. Мне было все-равно на контракт и рабочий день, да на все кроме одного.

Что он тут делает?

И как нашел нас?

Вот прям так и подмывало спросить, нет ли на мне жучка, и, если он есть, где именно находится. Не вживлен ли он в мое сердце, и нет ли у него пульта от него!

Если бы был, он с удовольствие нажал на кнопку «стоп» и выкинул пульт куда подальше. А нет, не выкинул бы, а сломал, сжег, а останки развеял над океаном.

Еще один смешок вырвался из моего рта.

— Алиса вставай и пойдем, — с нажимом произнес Леша.

— Никуда она с тобой не пойдет, чертов тиран! — уже не стесняясь прохожих выкрикнула Ева.

— Ева, успокойся, — сказала, посмотрев на подругу, которая вот-вот кинется на Лешу.

И нет мне не жалко Лешу, просто не хотелось бы чтобы нас троих привлекли за дебош, к ответственности.

— Послушай, борец за правое дело, — делая шаг в нашу сторон угрожающе сказал, — ты лучше реши проблему с интимным видео на рабочем месте. Это статья, если не ошибаюсь?

— Какое видео? — переспросила у обоих, потому что, судя по всему, я одна не в теме.

— Очень интимное, такое я бы сказал душевное и не короткое, — даже в темноте было видно с каким удовольствием он это говорил.

Ева почти извергала пламя, смотря на Лешу. А я не понимала, о чем он вообще говорят.

— Пошел ты. От куда у тебя это видео?

Секунда я уже стою. Еще пара секунд и уже возле бока Савельева. И нет, он не обнимал меня, он просто не хочел бегать за мной, если вдруг я решу сбежать.

— Тебе ли не знать, что у тиранов должно быть все под контролем. Да и у всех стен есть уши и дополнительные глаза. Тебя не просто уволят, твой волчий билет закроет все двери для тебя, и его не удалишь и не выкинешь. И останешься ты у разбитого корыта. А ты, я знаю любишь свою работу. Так что работай, пока я добрый. И не устраивай диверсий, что бы не придумал твой воспаленный мозг. Алиса взрослая девочка, сама может постоять за себя.

— Она может и взрослая, а ты?

— Ты сомневаешься в моей зрелости?

Я почувствовала его злость физически. Нет, это была ярость, он точно не любит, когда ему перечат. Крепче прижал меня к себе, так, что мне стало больно в том месте, где была его рука.

— Я сомневаюсь не только в твоей зрелости, но и в уме, но и в адекватности!

Это уже было не смешно. Мне нужно было что-то сделать. Но что?

Если уведу Лёшу, Ева останется одна. Так я точно не могу поступить.

Если я сейчас подойду к Еве и попробую уйти с ней, могу сделать еще хуже.

— Ты один? — подняв глаза спросила у злющего Леши.

— В смысле? С кем я должен быть? — не понял он.

— С Софией ты должен быть! Какого черта здесь делаешь? — влезла Ева, заделав только хуже! Ну что за бестолочь!!!

Кажется, она поняла, что сказала лишнего. А Савельеву потребовалось время, чтобы осознать, что мы тут не о природе разговаривали, а о нем. И о Софии конечно.

Вот черт.

—Сиди тут, сейчас придет мой водитель и отвезет тебя домой, — сказал Еве, и ей хватило ума промолчать, хотя я точно знаю, что ей было сложно. — А ты, — это уже мне, — идешь молча за мной, ни слова!

— Может позвонишь водителю? Не хочется ее ночью тут оставлять, одну, — ослушалась тут же и сказала ему.

— Да от нее самой надо народ защищать.

Но не смотря на свою злость, он именно так и сделал. Сказала бы спасибо, но ведь мне было велено молчать, что я и намеренна делать.

Когда охранник уже подбежал, молча Леша взял меня за руку и повел в сторону дороги.

Шли мы молча, я решила, что испытывать сегодня его терпения нужно прекращать.

Подошли к машине, и он по-джентельменски открыл дверь, тотальный контроль сегодня победил весь здравый смысл. Машина оказалась очень высокой. Я бы долго в нее взбиралась, но нетерпеливый мужчина позади меня лишь вздохнул, а потом взял меня за талию, приподнял и затолкал в машину.

— Спасибо, — пробурчала усаживаясь, — джентльмен прям, — последнее он не слышал, потому что уже закрыл дверь и обходил автомобиль, чтобы занять водительское сиденье.

*****

Меня разморило почти сразу от тепла салона. Втянув через нос аромат, витающий по всюду, расслабилась на сиденье. Попе тоже стало тепло.

Прикрыв глаза на секунду, вдруг подумала, что это идеальное время и место для разговора. Этот Разговор должен был произойти давно, так чего ждать? Хуже уже быть не может. На лучшее тоже не сильно надеюсь. Но кажется, сейчас, тот случай, когда мне хочется сделать и жалеть, чем не сделать и все равно жалеть!

Можно было бы выпить еще, но врядле в этой машине есть что-то крепче воды.

— За все то время, что мы не виделись, ты хотя бы думал обо мне?

— Да, — смотря на дорогу ответил спокойно.

Это было знаком, он готов слушать. А я, кажется, еще больше стала готовой к тому, чтобы говорить.

Я не стала ждать и продолжила:

— Я вот думала о тебе, часто. Не было дня, когда я не думала о тебе. А когда узнала, что… они погибли, думать стала чаще.

—Ты хочешь сейчас об этом поговорить? — машина не вильнула, ехала так же ровно, но напряжение я все же увидела по тому, как он обхватил руль руками, крепче, так что костяшки пальцев побелели.

— Почему нет?

Какое-то время мы ехали в тишине. Самое страшное и сложное это начать, нужно же выбрать те самые, первые слова своего рассказа. Во мне всегда сидит сомнение, что меня дослушают до конца. Поверят ли мне?

Машина резко ушла на обочину и остановилась. Если бы не ремень, мой лоб от такого маневра точно пострадал.

— Ночью, в машине, в пьяном виде? — уточнил он положение наших дел.

— Да, именно так, — повернулась к нему лицом, чтобы он видел серьёзность моих намерений.

— Ну раз так, — глуша машину и усаживаясь поудобнее сказал. — Слушаю.

— В тот вечер, — сглотнула от воспоминаний, мысленно дала себе три пощечины для тонуса, прочистила горло, и совершила первый шаг, открыла дверь в свою душу, — позвонил Мишка и сказал, что у нас сегодня поход кино, как раз последняя часть фильма вышла, «Возвращение короля», мы хотели сходить.

— Я помню.

— Хорошо, — это ведь хорошо, — мы договорились во сколько встречаемся и где, все как обычно. Решили сразу у кинотеатра, я покупаю чипсы, вы билеты. Как обычно, ничего нового.

На некоторое время я замолчала, потому что будто часть меня перенеслась в тот вечер. Он для меня стал переломным, именно с него и началась моя новая жизнь, уже без розовых очков.

— Ты заснула? Застыла? Или еще не придумала о чем будешь рассказывать? — больно уколол он.

Я вся израненная им, еще один укол уже не так причиняет боль, как первый. К боли привыкаешь. У меня есть шанс, маленький, что после сказанного мной, он перестанет колоть меня, обижать и ненавидеть.

— Я все помню, возможно даже лучше, чем хотелось бы. И я не вру. Я никогда не врала тебе. Моя вина в том, что я не договаривала, — я отвлеклась. — Все молчи, прошу.

— Говори уже, или не говори. Но помолчать ты сможешь и дома.

— У меня нет дома, — улыбнулась. — Я пришла вовремя, у меня нет привычки опаздывать, ты не однократно шутил на эту тему. Сашка и Мишка уже стояли, тебя не было. Сашка сказал, что ты немного опаздываешь и поэтому придешь сразу в зал. Ну раз так, подумала я. Все это мне показалось странным, но они сказали, что у тебя домашние дела, и звонить тебе сейчас нельзя. В общем мы пошли без тебя. Фильм, конечно, был классным, я его читала, так что ничего удивительного не было. Я ждала тебя, так что насладится фильмом мне не удалось. Спросила у Сашки, где ты, на что он ответил, что у тебя дела и ты не придёшь. Ты нравился мне, — сказала очевидную вещь, — очень. Я думала, что это любовь, — не смогла сдержать слезу, одиноко покатившуюся по щеке к шее, — взаимная, ну дурочка малолетняя. Ты ведь меня поцеловал. В общем я решила пойти домой. Да я с вами ходила везде, можно сказать из-за тебя. Вопрос. Если бы я тебе призналась в своих чувствах, ты бы засмеял меня? Признался бы в ответных? Что сделал бы?

— Рассказывай дальше, раз хочешь высказаться.

Он все так же смотрел на лобовое стекло, за что ему спасибо. Мне было бы сложнее говорить, смотри он на меня пристально.

— Ладно. Я попыталась уйти, ну типа пошла в туалет, взяв куртку, чем и спалилась наверно. Думала сразу пойти домой и смс написать, тебе и ребятам. Но они тоже вышли за мной. На улице они оба мне признались, что любят меня, что нравлюсь им очень и они дают мне возможность выбрать одного из них. Конечно, я была в шоке, — в горле пересохло, и алкоголь, кажется, испарился из моего организма. — Ты можешь приоткрыть окно, что-то душно.

Он молча приоткрыл мое окно.

— Спасибо. Не стала юлить и сказала, что они мои друзья и кем-то большим не станут никогда. Что люблю их как братьев, я много чего говорила, это прям редкость для меня. Они поняли, ну так мне показалось. Мне дико хотелось, раз — увидеть тебя и рассказать все что произошло тебе, и два — хотелось домой, спрятаться от реальности. Ведь я не ожидала, этого. Не поверила бы никогда, скажи мне про чувства этих двоих. общемhttps:// /ebook/edit/pravo-na-mest-1#_msocom_1 я пошла домой одна. Побежала, потому что хотела побыть одной.

— То есть, ты мягко их отшила? И из-за этого они не стали поступать, жить дальше, пудрить мозги девчонкам, а пошли в армию? Потом подписали гребанный контракт и пошли на войну пушечным мясом? —монотонно спросил он.

— От куда я знаю из-за чего они приняли такое решение? — выкрикнула ему в ответ. — Где ты был? Почему не пошел с нами в кино?

— У меня были дела.

У меня жизнь пошла под откос, а у него дела. И он даже не хочет рассказать, что за дела такие были!

— После этого мы почти перестали общаться, только в школе, да и там уже не так тесно. Я их понимала, но не могла понять тебя. Ведь ты стал просто избегать меня. А все остальные, поняв, что наше общение сократилось не стали себе отказывать в удовольствии мстить за нашу дружбу.

— Дальше.

Монолог — это хорошо, но у меня были вопросы. И мне важны были ответы на них. Но не сегодня, в конце концов заставить его я не могу. Да и инициатива сегодняшнего разговора тоже моя.

— Хорошо, дальше был выпускной. Я плохо сдала экзамены, из-за тебя, ты начал встречаться со Светкой, и это был удар для меня. Но сейчас не про это. Хотя сейчас про все! Она каждый день показывала мне ваши новые фото. Сучка. На выпускном, пьяный Сашка полез ко мне целоваться, я знала пару приемом и так как он был пьян, смогла его повалить — ну удар меж его ног получился удачным. Он извинялся тогда прям отчаянно так, что я поверила. И мы поговорили. Я рассказал ему все, ну про то, что ты мне нравишься очень давно, и что я так и не смогла тебе это рассказать, и что они с Мишкой для меня всегда будут друзьями. Я много чего рассказала! И я не буду скрывать, думала, что он придет к тебе и расскажет все. И потом придешь ты. Мы бы поговорили, и под давлением твоих глаз, я бы призналась сама. А дальше, как будет. Но все пошло не так.

Мой выпускной был испорчен. А воспоминания о школе никогда не станут хотя бы более-менее нормальными. Я не хожу на день встречи выпускников, никогда. Не хочу возвращаться в стены здания, где чаще мне было больно, чем хорошо.

— Это была наша последняя встреча, — продолжила. — Через месяц они ушли в армию.

— Это не все.

— Да, Мишка прислал мне письмо, оно у меня дома до сих пор лежит.

— И что там написано?

— Квартира твоя, я не забрала его. Можешь прочитать.

— Расскажи.

— Когда я узнала, что они погибли, это был удар, я не могу принять это до сих пор. Но я и подумать не могла, что я могу в этом быть виноватой. Как я смогла бы? Я ведь им даже надежды не давала. А вот ты мог. Подумал, уверовал в это. И пришел. Как раз тогда папа узнал свой диагноз. Это было потрясение, а потом ты добил меня. Тот год для меня прошел смутно. Я не поступила никуда, просто не было сил на это и желания.

— Это все?

— А тебе еще что-то нужно? А ты ничего не хочешь сказать?

— Нет, с чего бы? Это ты хотела разговора.

— Чёрствый упырь, — это все, что я смогла сказать.

Ничего не ответив, он завел мотор и выехал на дорогу.

Я думала, нет я надеялась, что мы все выясним. Что будет сложный, долгий, но разрешающий все проблемы разговор. И эта тема будет закрыта навсегда. Ладно, я ждала признаний от него. Раскаяния, извинений, поцелуев. Я так много ждала, а получила шиш с маслом.

— И что дальше? Все еще есть желание мстить?

— Еще как.

— За что? — не смогла удержаться и взглянула на него, удивленно.

— За все, например, за то, что молчала все время. Почему?

— До выпускного все твое время было занято Светкой, а после… ты не дал бы мне и слова сказать. Возможно, с кляпом во рту и привязанным к стулу, ты дал бы мне слово, но тогда я до этого не догадалась, уж извини, — не без обвинения сказала, потому что говорить мне с ним хотелось очень, но он не дал мне ни одной возможности.

Я завелась. Злость бурлила во мне, хотела вырваться на ружу. Но нужно сдерживаться, наговорить можно всякого. Не все он поймет, не во все поверить. Да и не все ему нужно знать. Возможно, я тряпка, но чувство собственного достоинства я еще не до конца похоронила.

— Выходи, — услышала не до конца поняв, что это мне.

Ну а кому, если мы в машине вдвоем?

— Куда? Зачем? — неужели он меня высаживает ночью не пойми где! Не выйду, пусть даже не мечтает.

— Приехали.

Хотела спросить куда, но вовремя присмотрелась к пейзажу снаружи. А снаружи стоял наш дом и, кажется, наш подъезд.

****

— Почему ты приехал в разгар выходных? — набирая пароль в домофоне спросила, стараясь чтобы голос не выдавал моего напряжения. — Мне казалось у тебя планы.

Не нужно было оборачивается, чтобы понять, что он уже стоит позади меня.

— Открывай давай, — сделал шаг, чтобы я поторопилась, как всегда. Окружил меня своей аурой и ароматом.

Лишь вздохнула, он невозможный. Почему нельзя нормально поговорить, или ответить на вопрос. Ничего же с ним не случится, если он будет со мной нормально разговаривать.

Сейчас, стоя у лифта мне вдруг стало обидно. Кто я для него, чтобы он отвечал на мои вопросы? Никто, человек из прошлого, которого он не простит. И если у меня будут доказательства моей неопровержимой невиновности, ни свидетели, ничто не поможет мне стать в его глазах той самой девчонок, которую он защищал. Той самой девчонкой, которой он подарил первый поцелуй.

— Ты не поверил мне, — уже в лифте сказала, — хотя странно, я ведь не врала никогда тебе. И вообще очень странно, что ты молчишь, ведь ты так хотел мне мстить, а оказалась не за что. Я не давала им никакой надежды, никогда! Ни разу не намекала, что хоть кто-то их них мне нравился, и ты главный свидетель, ведь мы везде были вместе! Но ты все равно считаешь виноватой меня? — все это я говорила не смотря на него, я стояла у самой двери, он сзади.

— Помолчи Алиса.

Неожиданно он притянул меня к себе спинойhttps:// /ebook/edit/pravo-na-mest-1#_msocom_2 , положил подбородок на мое плечо.

Мир перевернулся, вместе со всем содержимым моего желудка. Его дыхание щекотало мою шею, а руки обнимали за талию.

Что за???

— Что это значит? — честно не понимая, как себя вести спросила.

— А что ты думаешь по этому поводу?

— Я не думаю сейчас, я пьяна и обескуражена твоими руками.

Я опьянела заново, но уже не от пузырьков игристого. А от прикосновений, нежный и таких желанных рук.

Лифт открылся, но никто из нас даже не пытался сделать шаг, чтобы выйти из него.

— И что будет? — прошептала, прикрывая глаза облокачиваясь спиной на грудь Леши.

— Все будет Алиса, — дотрагиваясь губами до моего уха, вырубая напрочь весь здравый смысл, ответил так же шёпотом, — не этого ты хотела?

— Не сейчас, очень давно.

— Когда получилось.

Эти изменения были ошеломляющими. Его голос стал другим ласкал меня, успокаивал и пьянил одновременно.

Неизвестно, что будет ждать меня завтра. Новые задания, оскорбления, нравоучения. Это все будет завтра, будто в другой жизни. А здесь, сейчас, я возьму все, что он может дать мне.

Страшно даже открывать рот, будто все это испарится как сон. Разве может в реальности быть так горячо, и трепетно просто стоять радом. Чувствовать его руки на талии, горячее дыхание на шее.

А что будет если он разденется? Обширный инфаркт, не меньше.

От одной мысли меня повело, и я вся! Реально вся покрылась румянцем, горело все тело.

Будет все. Кто-нибудь объясните мне, что все это значит? И не хочет он поинтересоваться, одинаковое ли у нас все!?

Немного подталкивая меня, мы все же вышли из лифта. И маленькими неспешными шагами пошли.

Куда?

Да мне все равно уже куда. Важно с кем.

Шаг за шагом мы дошли до двери. Темно-коричневая, большая массивная дверь, дала мне понять, что меня не отправляют домой.

Дверь открылась после нехитрых манипуляций. Мне было сложно сделать этот шаг. Это очень многое значило для меня, и возможно ничего для него. Но сейчас, сегодня, я не стану думать о нем. Важны только мои чувства и мои эмоции.

— Ну же, — шепнул мне на ухо Леша, выводя из транса.

И я сделала этот шаг. Оторвалась от него и сделала пару больших шагов в сторону гостиной.

Квартира была темной, но после щелчка, тусклый свет включился у самого пола, немного освещая очертания комнаты.

Для меня не была загадкой эта квартира, в ней я была не один десяток раз. Но сейчас, она, будто, как и хозяин, показывала мне себя с другой стороны, то, чего я не знала.

Стянув шапку и куртку, не нашла ничего лучшего, чем кинуть ее на пол. Так же оставила и сапоги там. И да, это совсем не выглядело элегантно или сексуально.

Села на диван, повернула голову и начала наблюдать.

Он не спеша поднял мои вещи и повесил их в шкаф. Снял берцы, куртку. Снял часы и положил их в ящик.

Так интересно, что творится в его голове. О чем думает, какой строит план, или уже построил. Я отдала бы много за то, чтобы узнать его мысли.

В это время он уже стянул с себя водолазку. Его тело это отдельный вид искусства, сильный, твердый и такой же порой злой и жестокий.

Сейчас в нем нет злости, я не чувствую ее, не вижу в его взглядах или действиях. Я не уверена, нет опыта, но будто в его глазах интерес. Азарт, и немного желания.

Мне бы хотелось, чтобы это было именно так.

— Встань, — делая небольшие шаги в мою строну, приказал или попросил. Там тонкая грань, и я сейчас не способна ее различать.

Первой мыслью, шальной, было то, что он меня сейчас отчитает за глупость и выгонит из квартиры.

Три шага. Ровно столько ему потребовалось чтобы наши тела соединились. Чтобы мое дыхание, моя грудь соприкасалась с его торсом. Твердым и красивым, недосягаемым и таким близким.

Его голое тело не могло не отвлекать меня. Не раз я представляла нас вот так стоящими друг перед другом. Голыми и любящими. Неужели мои мечты сбываются?

Надо бы ущипнуть себя.

Но все мысли, разумные и не очень, испарились, когда его теплые мягкие губы коснулись моих, сухих.

Что-то щелкнуло во мне, и я вся поддалась вперед. Руками обхватила его шею, тянула к себе ближе и вложила столько страсти в поцелуй, сколько вообще смогла. Как раненый или бешеный зверь, мое сердце пустилось в такой ритм, что рубец в три пальца мне гарантирован. Наши зубы столкнулись из моего такого неумелого напора.

Резко, на сколько это было возможно, он прервал поцелуй и немного отстранился.

И я соврала, если бы не сказала, что опять ждала подвоха от него.

—Ты что и целоваться не умеешь! — как-то обречено сказал, — какие еще сюрпризы меня ждут?!

— Много, — цепляясь за него подставила губы.

— Горе мне, — притягивая меня к себе сказал, но я так и не поняла к чему это.

В этот раз я старалось контролировать себя. Действовала зеркально ему, повторяла за ним. Когда услышала рык, поняла, что это похвала. Да, я могу быстро учится, если это что-то настолько интересное, приятное.

Вопреки грубости его слов, действий и поступков за последнее время, сейчас эти губы были так нежны, что томительный трепет проходил по всему моему телу. От кончиков волос и до пяток.

Еще пара поцелуев, и я, как отличница, умеючи скольжу своим языком по его, дарю нам обоим наслаждение. Выгибаюсь со стоном не до конца понимая, что творится со мной, и почему я так себя веду. Его руки на моих бедрах, мнут их и я ближе к нему прижимаюсь. Леша подтягивает меня выше так, что мои ноги отрываются от земли. Помогает мне обхватить его ногами за талию, и тут я чувствую такое! Не могу удержать воздух в легких и со стоном лишаюсь кислорода.

Я знаю, что такое эрекция, но никогда не думала, что буду чувствовать, когда она будет между моих ног.

Его возбуждение для меня ощущается ка гормональный взрыв. Не знаю от куда во мне проснулась пошлячка, но я скольжу по его твердости становясь вообще неадекваткой. Между моих ног пекло, и, кажется, потоп одновременно.

Меня уже не пугает ничего! Инстинкты кричат бежать и остаться. А я сама чувствую, что, если начнется конец света я все равно не слезу с Леши, ни за что!

Но так хочется, сама уже не знаю чего. Пальчики на ногах сами подгибаются, а губы шепчут: «еще».

Касаюсь его торса, мне тоже хочется, чтобы он меня касался. Везде. Но я все еще в одежде. И она жмет мне везде, будто за пару минут я стала больше.

— Мне кажется или тебя трясет? — делая шаги в какую-то сторону, спросил или просто сказал.

Я не стала ничего отвечать, а просто спустилась губами к его шее. Влажными поцелуями спустилась к ключице. Да я никогда и подумать не могла, что целоваться может быть так приятно.

Открыв ногой дверь, мы вошли в комнату. Немного обернувшись, увидела тусклый свети и кровать. Большую и очень заманчивую.

Немного сжав руку Леши, дала понять, чтобы он отпустил меня. Видимо ему было интересно, что я буду делать, поэтому он прост стоял и наблюдал за мной.

Сняв свитер, я осталась в тонкой майке и джинсах. Посмотрев на него, отвернулась и пошла к кровати. Под моей коленкой матрас немного прогнулся, совсем чуть-чуть, дав мне понять, что он довольно твердый. Для чего мне эта информация я не знала, но это промелькнуло у меня в голове.

Мотнув головой, я залезла на кровать и обнаглев в конец легла на спину.

— Готова? — хмыкнув, сделал шаг в мою сторону.

— Не знаю, — честно сказала, как я могу быть готовой к тому, чего не знаю?

Он не дал мне вдохнут или выдохнуть, навалился всем телом прижав меня.

— Я не умею быть нежным, но для тебя постараюсь, — между поцелуями пообещал.

Он не спеша стягивал с меня одежду. Не спеша целовал грудь, живот. Исследовал мое тело, которое как прирученное реагировало на него ярче чем на меня. Я сама изучала свое тело, но так остро и приятно мне не было никогда.

Он точно знал, что нужно делать, каждое его прикосновение будило мою чувственность. Ева говорила, что первый раз не бывает приятным, но мне хорошо.

Его пальцы гладили мою внутреннюю часть бедра, а язык ласкал рот.

Боже, что он делает со мной?!

Мои стоны становились все более неконтролируемыми. Его пальцы нашли самое чувствительное место на моем теле, и я, раскрыв бедра шире, откинула голову назад и просто задохнулась в ощущениях.

Это было… Непередаваемо.

Всю меня забила мелкая дрожь. Это был взрыв, свободное падение в пропасть без права на возвращение. Да и не хотелось ничего, только продлить эти приятные ощущения внутри меня. Тело расслабилось, и я, не открывая глаза переместилась в райское место.

Не дав мне сообразить, или потерять нить ощущений, он вошел в мое расслабленное тело. Сразу, на всю длину, выбив из меня воздух.

Резкая боль пронзила все тело, хотелось выть и бежать, от этой, такой яркой, боли.

Да ну нахер ваш это секс!

Я изо всех сил стала сопротивляться, пытаться вырваться из его объятий.

— Отпусти меня! — взвизгнула, открыв глаза.

Резко сев, начала смотреть по сторонам. Я лежала одетая, на диване. Вокруг меня было светло, из окон светило солнце. Между ног не было никакого дискомфорта, разве что голова немного гудела.

— Что за херня?! — хриплым голосом спросила у стен. Это что сон!