Глава 31 Елена

Мишенька перестает хныкать и с любопытством осматривается. Мой мальчик. Прижимаю сына к себе и жадно вдыхаю его запах. Как же я соскучилась. Не передать словами.

— Мам, а куда мы едем? — тихо спрашивает он.

— Домой, — улыбаюсь ему и целую в макушку.

— К папе? — хмурится Миша.

— Нет, сынок... — закусываю губу, лихорадочно придумывая хоть какую-то легенду. Смешно сказать, но я даже не подумала, как объясню сыну произошедшие перемены. А теперь вот теряюсь.

— Привет. Я Аня, а ты? — приходит на помощь Анюта и переключает его внимание.

Мишенька смущается и прячется у меня на груди. Что стало с моим общительным мальчиком?

— Ты не хочешь дружить? — обиженно вздыхает Аня.

— Хочу, — бормочет он себе под нос.

— А у меня смотри что есть. — Она достает небольшое зеркальце. — В нем живет очень грустный мальчик. Но если ты ему улыбнешься, мальчик тоже станет веселей.

Миша проникается этой затеей и тянет ручку. Анюта отдает ему зеркало. Он смотрит в него и хмурится, не понимая сути. А потом неожиданно улыбается и начинает хохотать.

Оттаивает понемногу.

Александр паркуется перед домом и оборачивается к нам.

— Приехали.

— Спасибо.

Он помогает нам выбраться на улицу и не забыть ничего в машине. Миша оттягивает руки, но Аня быстро отвлекает его на себя и уводит к подъезду. Удивительно, но идет.

— Давайте провожу? — предлагает Александр, а сам посматривает на часы. Хотела предложить ему чаю, но, вероятно, зря.

— Не нужно. Вам, наверное, пора...

— Есть немного. — Он виновато чешет затылок. —Тогда я поеду?

— Спасибо огромное за все, — протягиваю ему руку.

— Спасибо на хлеб не намажешь, — пожимает и хитро прищуривается.

Смотрю с подозрением, но не улавливаю сексуального подтекста. Ну же, Леденев, я не хочу в тебе разочаровываться.

— Подумайте над моим предложением, — подсказывает он и отпускает, наконец, мою руку.

Работа. Облегченно выдыхаю.

— Это шантаж? — игриво вскидываю бровь.

— Боже упаси. — Александр шутливо поправляет челюсть. — У Дмитрия рука тяжелая.

— Я подумаю, — смеюсь и прощаюсь.

Леденев уезжает, а мы поднимаемся в квартиру. Отпускаю Мишеньку на разведку, но он взволнованно переминается с ноги на ногу и никак не решается пойти исследовать новую территорию

— Хочешь посмотреть свою комнату? — присаживаюсь перед ним на корточки.

— Новую? — лукаво улыбается, а в глазах загорается озорной огонек.

— Новую.

— Пойдем-пойдем, — нетерпеливо дергает меня.

Делать нечего, приходится идти. Открываю дверь и пропускаю его вперед.

— Вау, — восторженно осматривается, а я радуюсь, что угодили.

Миша идет прямиком к игрушкам. Сейчас они для него все новые, а значит, надолго хватит.

— Осматривайся, — терплю его по волосам. — А я пока покушать погрею.

Весь день мы проводим вместе с детьми. Анюта быстро находит общий язык с Мишей, и они оба не чувствуют неловкости. Играют и балуются, а я наслаждаюсь насыщенностью звуков. Устала от тишины, будто в склепе.

Темнеет, а Димы все нет. Отчего-то нервничаю. Вроде и причин нет, а на душе как-то неспокойно. Несколько раз звонила ему, но он сбрасывал. А потом писал сообщения, что пока не может разговаривать.

— Елена Борисовна, Мишутка уснул, а мне уже пора. Завтра в школу. — Анюта подхватывает рюкзак и идет к двери.

Поднимаюсь на ноги и иду провожать.

— Подожди, а ты на чем? — В такое время не очень хорошо девочке выходить на улицу одной. А я не могу проводить, не оставлю же маленького ребенка одного в незнакомой квартире.

— Папа сказал, чтобы выходила. Он подъедет сейчас.

Становится не по себе. Дочери «сказал», а мне не может позвонить? Неприятно царапает в груди, но я отмахиваюсь. Еще не хватало ревновать Диму к Ане. Бред какой-то, я совсем уже с ума схожу. Никогда не была ревнивой, а сейчас будто подменили.

— Спасибо, ты мне очень помогла, — обнимаю Анечку, крепко прижимая к себе.

Знаю, что ей не хватает тепла, и инстинктивно пытаюсь поделиться.

— Я рада, что все так вышло, — шепчет она мне в ухо, отстраняется и заглядывает в глаза. — Правда.

— И я рада, — улыбаюсь довольно и даже не лукавлю. Мне сейчас очень хорошо.

— Папа ждет уже, наверное, — спохватывается Анюта и открывает дверь, но резко оборачивается. — Ой, телефон мой на зарядке...

— Сейчас принесу, — качаю головой и иду на поиски.

Залипаю озадаченно, от того, что вижу два телефона. Одинаковых. Сама я вряд ли определю. Забираю оба и несу в прихожую.

— Какой из них твой?

Аня ловко разблокирует оба. Один из них оказывается ее, а второй без пароля.

— Вот этот, — убирает гаджет в карман.

— А это? — кручу в руках. Никогда прежде не видела.

— Папин левый, — пожимает она плечами и крутит пальцем в воздухе, подбирая слова. — Для избранных.

— Ясно.

Мена словно помоями окатывает. Значит, вот так? Для избранных? А я не достойна? Посмотреть бы, кто там в списке контактов. Кто особо приближен к царской персоне.

— До завтра.

Лишь киваю и закрываю дверь. Настроение стремительно портится. Небрежно бросаю этот «царский-фон» на стол и отхожу к окну. Дима забирает дочь и отъезжает от дома. Даже не смотрит на меня. Может, я ему надоела? А наша сделка закончилась...

Злосчастный гаджет призывно пиликает. Интуитивно бросаю взгляд на экран и замираю, увидев знакомую картинку. Не может быть. Поддаюсь порыву и разблокирую экран. Нет-нет-нет, хотя уже прекрасно понимаю, что «да».

Открываю мессенджер и судорожно всхлипываю. Вижу свою аватарку, и меня словно окатывает ледяной волной. Аноним, что слал мне видео про Илью. Это Дмитрий...