Глава 29

— Как давно тебе говорили, что ты идиот? — насмешливый голос брата заставил отвлечься от тяжелых мыслей.

Видеозвонок от Романа я ждал едва ли не больше, чем подарков от Деда Мороза в далеком детстве. С превеликим удовольствием я бы послал все дела на хрен, сел в самолет и пополз бы обратно к Русе на брюхе по лестнице, игнорируя лифт.

Но, во-первых, она меня не простит так быстро.

Во-вторых, я обязан был выполнить работу по контракту, а потом уже слать всех лесом, включая агента, который требовал от меня двадцатичасовых съемок. Фотографа Луи, который пытался нарядить меня во что-то отдаленно напоминавшее набедренную повязку и фиговый листок. И всех коллег, которые так и липли во время съемок.

Еще полгода назад я бы в перерывах между работой отодрал бы каждую дамочку, намекавшую на секс, прямо там, на площадке, не заботясь об удобствах. А сегодня все было иначе.

Девки с похотливыми взглядами не привлекали. И каждая мысль была занята моей дерзкой Громовой, которая, не теряя времени на разговоры, могла спокойно пройтись по моей морде кулаком.

Когда именно я понял, что ребенок мой?

Да сразу. Буквально через десять минут после того, как дверь оглушительно захлопнулась за ее спиной.

И мою уверенность лишний раз подтвердил телефонный звонок врача.

Здоров. Репродуктивная функция работает на полную мощность. Живи, Проша, радуйся. И не забудь придумать, как подобраться к Руслане.

— Недавно, — усмехнулся я и поморщился, когда ребро отозвалось глухой болью. — Когда Горыныч эффектно увольнялся.

— Скажи спасибо, что на его месте был не Громов собственной персоной, — хохотнул брат и отвлекся на подписание каких-то бумаг, — Прохор, тебе не кажется, что возвращать свою женщину, находясь в другой стране, как-то по меньшей мере, не эффективно?

— Спасибо, что подсказал! Самому мне никогда не догадаться! — рявкнул я.

Понимал, что на брата рычу весьма напрасно. Но, черт возьми, нервы уже сдавали! А ведь прошло меньше суток, как мы поругались с Русей. Каких-то несколько часов, и я уже похож на сопливую размазню.

Нужно брать себя в руки!

— Я был у нее, — сообщил вдруг брат, отбросив ручку на стол.

Под тяжелым взглядом Романа мне, как в далеком детстве, хотелось втянуть голову в плечи.

— И как она? — выдохнул я.

— Уверен, что хочешь знать? — усмехнулся Рома. — Судя по всему, хуже, чем ты. Но аппетит нормальный. Я проследил за этим.

Банального «спасибо» было маловато. Но другого выхода не было.

— Когда возвращаешься? — спросил Рома.

— Еще дней десять-двенадцать, — пробормотал я, с силой надавил на глаза, казалось, будто кто-то высыпал тонну песка в них. Хотелось закрыть их и не открывать вечность. А в идеале — открыть их и увидеть Руслану.

— Хорошо, — кивнул брат.

— Ром, ты там присмотри, — высказал я свою просьбу.

Но судя по насмешливому взгляду брата, он и без моей просьбы все контролировал.

— У тебя пару месяцев, Проша, — настоятельно порекомендовал Рома. — Раттана до родов хочет видеть вас с Русланой вместе. А я, как ты знаешь, не люблю огорчать жену.

Угроза в словах брата была бесполезной. Я и сам, без оказания давления извне, хотел бы наладить отношения со своей женой. И не просто наладить, а значительно улучшить их.

Ромка прервал связь, а я перевел взгляд на свою руку. Кольцо никуда не делось. Я даже не пытался его снимать. И никому не позволил бы это сделать.

— Тими, малыш, перерыв окончен! — без стука в мою гримерку явилась Ракель, с которой я был знаком уже несколько лет. Пару раз, конечно же, был секс. Но он протекал в рамках рабочего процесса, без обязательств.

И я невольно сравнил эту девушку с той, которая почти ненавидела меня и носила под сердцем моего ребенка. Сравнение было на сто процентов в пользу Руси. Даже сравнивать не нужно. Моя Руслана лучше всех женщин в мире. Она у меня идеальная.

У меня….

— Иду! — рявкнул я, убирая телефон в карман пиджака.

Прежде чем выйти из комнаты, поправил тряпье, которое не очень много скрывало. Гребаные бабки! На кой хрен они мне, если Руслана сейчас далеко от меня?

***

Я только-только уснула. Сон был чутким, тревожным.

Ненужные мысли вертелись в голове.

Кажется, отец не догадывается о моей беременности. В противном случае, они с мамой явились бы ко мне. Но нет, было тихо. Игнат так же обещал не ставить в известность моего грозного родителя.

Я со всеми проблемами справлюсь сама. Без вариантов.

Легкую дрему нарушил негромкий сигнал о входящем сообщении.

Я не хотела брать телефон в руку. Но любопытство оказалось сильнее.

Номер незнакомый, но и без подсказок поняла, абонент не ошибся адресатом.

С экрана моего телефона на меня смотрел Прохор. Он был не один. Женское лицо с профессиональным макияжем. И глаза, в которых плескался триумф и превосходство. Ее взгляд однозначно кричал: Видишь этого красавчика? Он — мой!

— Сука! — прошипела я.

Хотелось швырнуть гаджет в стену, чтобы хоть немного успокоить колотящееся сердце. Но, глубоко вздохнув, набрала короткий ответ: «Подавись!».

***

— Ракель, куколка, отлепись от нашего красавчика и беги к Веронике! — пропел Луи. — Она постарается сделать из бледной моли сделать человека. И начнем отрабатывать групповые кадры.

Я бы поблагодарил приятеля, да все силы уходили на то, чтобы не придушить девку.

После съемок я прямиком направился в свою гримерку. Решил, что душ смогу принять и в гостинице, до которой идти несколько минут. И пока переодевался, по привычке не запер дверь. Оказалось, зря не запер.

Ракель вломилась прямо так, в своем «рабочем» наряде. Крохотное бикини и широкая улыбка.

— Свали на хрен! — отчеканил я, но девчонка вместо того, чтобы выполнить просьбу, принялся шлепать селфи.

Приплыли!

А если учесть, что натянуть свитер я так и не успел, то фото получились весьма красочными. Полуголый я, в одних джинсах с не до конца застегнутым ремнем, почти голая она. Со стороны могло вполне показаться, что я раздеваюсь. Но все ведь иначе!

Больше, чем свое тело, Ракель любила свою страничку в соцсетях. И я точно знал, какая именно фотка появится в ее профиле уже через пару минут.

Твою мать!

— Глория! — заорал я так, что стены гримерки задрожали.

Но мне было плевать, как все выглядит. Главное, чтобы Ракель не вколотила еще один гвоздь в крышку гроба моих отношениях с Русей.

Мой агент появилась мгновенно. Не обращая внимания на то, что сдавливаю запястье Ракель крепче, чем нужно, рявкнул:

— Хоть одна фотка появится в сети, и срать я хотел на все пункты договора!

Глория — одна из немногих, кто была в курсе истинного положения вещей. Знала о том, что я хотел сохранить брак. Знала, что я планирую завязать со съемками. Знала, что у меня в кармане уже лежал билет на самолет на ближайший рейс домой.

Да, домой. Потому что я именно сейчас, как никогда ясно, понял, что мой дом не там, где я вырос и где живет мой отец, а там, где находится моя женщина и мой ребенок. И плевать, если это место будет располагаться на самом краю географии!

Я отпахал почти пять суток без сна и перерыва на обед, задолбал Луи и его ребят, но свою часть договора выполнил раньше срока. Завтра мы отснимем выездную фотосессию, и я спокойно свалю в аэропорт. И проблемы с ненужными фотками, Ракель и прочими бабами из моего прошлого — последнее, что мне сейчас нужно. Я планировал мириться с Русей, а не доказывать, что хранил ей верность. И без того — полные карманы недомолвок и идиотских поступков.

— Я удалю! — взвизгнула Ракель, когда Глория повернулась к девке и смерила ее своим фирменным взглядом. — Вот! Все, ничего нет!

Только тогда я разжал руку, выпуская запястье из своего захвата. Ракель исчезла, я немного успокоился, оделся и выскочил на улицу.

Уже там, по пути в гостиницу, набрал сообщение адресату, переименованному уже давно в «Любимую Русланку». Обычно Руся не отвечала. Читала и хранила молчание.

Но сегодня все оказалось иначе. Сегодня ответила. Но от ее сообщение земля ушла из-под ног, а сердце тревожно сжалось.

Ответом была фотка, та самая, которую сделала Ракель и умудрилась мгновенно отправить. И короткая надпись с настоятельными рекомендациями идти лесом. Разумеется, в более категоричной форме, но тоже с использованием трехбуквенного слова.

Хотелось вернуться к Ракель и задушить ее. Но уже было поздно. Оставался вопрос: как именно эта стерва узнала номер Русланы. И этой проблемой я попросил заняться Глорию уже на пути в аэропорт. Плевать я хотел на все обещания. Пусть катятся к чертям! Меня беременная жена считает придурком и изменником. И я не мог просто оставаться в стороне и смотреть на то, как мой брак рушится. Не могу и не буду!

***