Глава 38

Кахин

Стоило войти в общий зал, как ко мне стремительно приблизился Урмич. Глянул на меня исподлобья, а потом опустился на одно колено и склонил голову.

– Мой повелитель!

Я вздохнул:

– Говори уже.

– Прошу, убейте меня.

У меня от изумления брови на лоб поползли.

– Зелья глотнул?

Он шумно засопел, да я и так видел, что воин едва сдерживался от ярости. Наверняка его дракон сейчас рвался изо всех сил, и мне было интересно, что же всколыхнуло инстинкты всегда спокойного Урмича.

Процедил, добавив предупреждающих ноток:

– Ты мне ещё нужен.

– Ваши действия говорят обратное, – не поднимая головы, выпалил он.

Я даже головой покачал. Так дерзок? Что же могло случиться? Встретил истинную? В этом-то захолустье? Нет. И тут по спине прокатился морозец. Только что я стоял, недоумённо размышляя над странным поведением воина, как уже вжимал его в стену, с которой на пол падали мелкие камушки.

Глаза Урмича были широко распахнуты, и в них плескался настоящий ужас. Зрачок вытянулся, а радужка приобрела алый оттенок. Ярость, которая бурлила в воине, была похожа на лаву, которая стекала в море страха.

Я же молча скрипел зубами в полнейшем раздражении от того, что лишь одна мысль, и за моей спиной появились крылья, а тело покрыла чешуя. Ещё мгновение, и я бы полностью сменил ипостась. И всё только потому, что заподозрил Урмича в симпатии к моей Эдане.

«К моей Эдане», – ещё раз повторил про себя, холодея от понимания, что всё зря.

Усилия, потраченные на создание щита и на то, чтобы держаться от девушки подальше, прошли впустую. Я гнал от себя юную княгиню, яростно желая, чтобы она осталась. Предрекал ей незавидную участь, которая настигала всех потомков Марагонии, а сам уже был готов пасть к ногам Эданы.

А сейчас едва не убил из-за неё верного воина.

Усилием воли взял себя в руки и, разжав пальцы, примирительно проворчал:

– Как смеешь перечить своему повелителю? Сказал нужен, значит нужен.

Урмич отвалился от стены, в которой осталась вмятина, и слабо покачнулся, но всё же устоял.

– Прошу прощения, повелитель. – Последовал короткий кивок, а затем Урмич с вызовом продолжил: – Теперь я вижу, что действительно вам нужен. Возможно, затем, чтобы объявить меня предателем и шпионом?

От его наглости мне стало смешно.

– Желаешь закончить свои дни в Ранкине?

– Да, если это вам будет угодно! – выкрикнул он, и ярость пересилила страх. А ещё в алых глазах с вертикальным зрачком сквозила обида. – Лучше смерть, чем недоверие повелителя!

Я закрыл глаза и, усмирив своего зверя, убрал и чешую с кожи, и крылья. И лишь потом посмотрел на Урмича, который всё ещё тяжело дышал и скрипел зубами. Такое поведение можно было объяснить лишь тем, что мой лучший воин догадался об истинной причине моего визита в далёкое княжество.

Как ни старался, я не смог скрыть происхождение Эданы от драконов. Всё потому, что не получалось оторваться от девушки и вернуться в Ланнемар? Или же дело в предстоящем суде над лордами? Впрочем, какая разница, что натолкнуло Урмича на размышления?

Это уже не тайна.

– Кто ещё догадался? – ледяным тоном поинтересовался я.

– Не уверен, – сдерживаясь, процедил он и полоснул меня обиженным взглядом. – От меня никто ничего не услышит, повелитель.

– Знаю, – вздохнул я и махнул рукой. – Смени ипостась, тебе стоит выпустить гнев. Как раз и поохотишься с остальными. Я остаюсь.

Подошёл к окну и распахнул его. Наблюдал, как из кухни выходит юная княгиня, а за ней младшие сестрёнки, одна из которых несла большой тяжёлый котёл, а вторая стопку мисок. Сам же размышлял, как теперь быть.

– Отряд, за мной! – крикнула девушка.

И направилась к домику, в котором были заперты её люди. Именно там разместили пленников, которых теперь следовало накормить. И тут из двери кухни показалась дама в бальном платье и дорогих украшениях. За ней вторая, третья. Жёны пленников?

Покачал головой:

– Что опять задумала эта странная женщина?

Поймав себя на том, что улыбаюсь, помрачнел. Я скрываю свою тайну, и у Эданы тоже есть секрет, о котором она боится говорить. Мы такие разные! Человечка и дракон. Но нас тянет друг к другу с ужасающей силой, и эту магию не преодолеть.

Раз защита ничего не дала, значит, придётся пойти в наступление.

– Княгина Горан! – громко возвестил я, и вся процессия замерла, глядя в мою сторону. – Требую право первой ночи!