Глава 22. Дмитрий

Лидия, Лидия… Мои мысли часто возвращались к ней. Слишком часто. Удивительная девушка с кучей комплексов и предрассудков. Но когда она смогла забыть о них — стала богиней. Раскрепощенной, прекрасной.

Никогда не думал, что можно так чувствовать друг друга, предугадывать каждое движение, малейшее желание. Эта девушка меня не просто удивила, она покорила меня. И это было фантастически здорово!

Я знал, что больше ни с кем не смогу испытать подобного.

Но Лидия снова захлопнулась в раковине. Она больше не пустит меня в свою жизнь. Это я отлично понимал. Она ушла из моего мира и не захочет вернуться. Странная, необыкновенная девушка.

Надеюсь, Лидия уйдет от Яна, как и сказала мне. У нее должно хватить на это благоразумия.

Как он встретил жену? Видимо, просил прощения и умолял остаться с ним. Если Лидия простит его, это будет ее роковой ошибкой. Ян — редкая сволочь.

Кудрявцев не пытался драться за свою женщину, даже не думал защищать ее. Больше того, он продал жену мне. Предполагал, что Кудрявцев швырнет деньги мне в лицо. Не швырнул, взял как должное. Мерзавец и слизняк.

Прошла неделя. Не выдержал и позвонил Лидии. Ее номер был недоступен — она заблокировала меня. Ладно, пусть так. Не хочет общаться со мной — не надо.

Значит, у нее все хорошо. Ушла от Яна, живет в свое удовольствие и ругает меня, что я разрушил ее семейную жизнь.

Странное беспокойство за Лидию заставило снова обратиться к Артему. А если она не ушла от мужа? У нее могло не хватить на это решимости. Жаль, если это так.

Артем доложил — после отпуска Лидия вышла на работу. Теперь у нее фамилия Кудрявцева. Судя по отзывам коллег, у нее все отлично.

Живет за городом в доме мужа. По вечерам они ходят по кафе, иногда в рестораны, гуляют, домой возвращаются не поздно. Похоже, муж зорко следит, чтобы жена не ушла от него. Выгуливает, но держит на коротком поводке.

Лидия носит обручальное кольцо, что вполне естественно, раз она осталась с Яном. Жаль. Я думал, девушка, наконец, проявит характер.

Тут я ошибся — жертва всегда остается жертвой, как ни крути. Нужна железная воля, чтобы вырваться из порочного круга. У Лидии ее нет. Я был разочарован. Мне казалось, она поняла, что такое свобода и как это прекрасно.

Но нет, Лидия вернулась к мужу, простила его и продолжит жить с этим мерзавцем. Такую даже жалеть не стоит. Она ничего не поняла, осталась с Яном, будет ему примерной женой, несмотря на его предательство.

Ян нашел себе идеальную жену. Прежние девушки смогли сбежать от него. Лидия не смогла. Или не захотела. Что ж, это ее выбор. А раз так, пора мне выбросить ее из головы и больше не думать о ней.

Как-то вечером познакомился в клубе с Олесей. Невзрачная девушка странно смотрелась в яркой толпе. Она чем-то походила на Лидию. Держалась неуверенно, скромно опускала взгляд. Олеся призналась, что в таком клубе впервые.

Поймал себя на мысли, что ищу двойника Лидии.

Проводил Олесю до ее дома. Она снимает квартиру, приехала из провинции. Учится на втором курсе Эконома, перевелась с заочки.

Олеся немного поломалась, и пригласила меня к себе выпить чай.

Нет, ничего общего с Лидией у нее не было. Неуверенно девушка держалась только в клубе. Новая непривычная обстановка. А дома Олеся совершенно не смущалась. Включила какую-то попсу, налила вина. Я благоразумно отказался — пить подобное пойло не привык. Олеся смеялась, обнажая белые зубы, эротично прикусывала нижнюю губу, смотрела исподлобья томным взглядом.

Провинциальная простота всегда отталкивала меня. А любовные игры на плюшевом одеяле с тигром тем более.

Выпили чай со вкусом банного веника, и я ушел. Олеся была разочарована. Она ждала бурной ночи. Нет, продолжения не будет.

Больше не стану гоняться за миражами и призраками. Забуду Лидию и вернусь в привычную для меня среду, к роскошным женщинам и дорогим клубам.

Спускаясь по пошарпанной лестнице пятиэтажки, позвонил Полине.

Она сразу согласилась скрасить мне остаток ночи.

Через час мы сидели на ковре в моем загородном доме. Пламя свечей освещало Полину мягким светом. Она ела черешню медленно, смакую темные ягоды.

Полина облизнула очередную черешню розовым язычком, глядя мне в глаза. Надкусила ее и алый сок окрасил полные губы девушки.

У Полины отличная родословная, как у породистой собаки модной породы. Папа — банкир, один дед в Москве, дипломат на пенсии. Второй — когда-то вор, потом собственник строительного холдинга. Застрелян бывшими подельниками несколько лет назад, похоронен с почестями. Мамаша у Полины — бездельница и светская лентяйка. Недавно вышла второй раз замуж, между браками череда богатых любовников и скандалов. Дочка пошла в маму.

— О чем ты думаешь? — наманикюренные острые ногти Полины впились в мою руку как зубы вампира.

— Не о тебе, — я поднялся.

— Жаль, — она грациозно потянулась. — Ты сегодня странный.

— Чем?

— Не знаю, но ты не похож на себя.

— Устал. Неделя была безумная. Папаша дурит — хочет, чтобы я передал ему свои акции. Пытался его образумить.

— Получилось? — лениво спросила она, стараясь придать голосу равнодушие. Но я видел Полину насквозь.

— Нет, разумеется. Он упрям, я тоже. Каждый остался при своем.

— Он может оставить тебя без гроша, — заметила Полина.

— Не получится. У меня свой бизнес. Мы никак не зависим друг от друга.

— Это хорошо, — похоже, прощупывает почву, не попытаться ли охомутать меня. Зря. В мои планы это не входит.

Полина тоже поднялась и шагнула ко мне.

— Забудь о проблемах, — ее пальцы коснулись моей щеки. — Не думай ни о чем, — она провела пятерней по груди, оставляя на ней белесые полосы от ногтей. — Мы так давно не виделись…

— Вечность, — усмехнулся я, толкая ее на диван.

С Полиной все просто и предсказуемо. Она умела, смела и незакомплексована. У нее природное бесстыдство.

Впрочем, как и у ее мамаши — Ольги. С ней я тоже имел дело. Через нее и познакомился с Полиной. Ольга бешено ревновала, устраивала истерики, разругалась с дочерью и со мной. Скандалы не помогли. Я расстался с бабой-ягодкой бальзаковского возраста.

Выбор между опытной сорокашестилетней женщиной и не менее опытной девушкой двадцати двух лет очевиден. При таком раскладе молодость всегда побеждает.

Теперь Ольга меня ненавидит. Не она одна. Не всегда получается мирно расстаться с подругами. Большинство возмущается и хочет продолжения.

Присел на край дивана. Полина смотрела через полуприкрытые глаза и хищно улыбалась.

Что сейчас делает Лидия? Где провела медовый месяц? Неужели она настолько низко ценит себя, что продолжит жить с Яном? Этот паразит запудрил ей мозги. Почему она рядом с ним? Зачем ей это ничтожество?

Понял, что ревную. Странно, я давно не испытывал подобного. Подростком я ревновал свою одноклассницу. Потом понял, что она того не стоит.

Теперь я расстаюсь с женщиной раньше, чем она даст повод к ревности. Так проще жить. И намного приятнее.

Лидия свой выбор сделала. Возможно, Ян скоро начнет распускать руки. Со своими прежними девушками он не церемонился, Клементину избил до полусмерти. Чем лучше его жена?

Нравится Лидии такой муж? Отлично! Каждый получает то, что заслужил. Я ревновал. Бешено, зло, до боли.

Почему, почему она не захотела освободиться от Яна? У нее был шанс. Лидия отлично поняла, что из себя представляет Кудрявцев. Как можно вообще простить такое предательство?

Нам было хорошо вместе, я мог бы осыпать Лидию золотом, бросить весь мир к ее ногам, сделать счастливой. Нет, я бы не женился на ней. Мне этого не надо. Почему для девушек это так важно? Словно печать в паспорте даст гарантию семейного благополучия. Глупо. Отец прав — все женщины дуры.

— Ты где, Дмитрий? — я очнулся от неожиданного вопроса. Похоже, Полина что-то говорила мне, а я не слышал. — Да что с тобой такое сегодня?

— Ничего, — я склонился над Полиной, крепко поцеловал ее.

Сегодня я с ней не церемонился. Полина не возражала, ей это нравилось. Ей льстило быть моей девушкой. Она надеялась, что сможет удержать меня. Тщетная надежда. Пока мы вместе, но это ненадолго.

Стала бы она так вертеться, будь на моем месте слесарь-сантехник Вася? Даже очень привлекательный? Нет, конечно же. Полина знает себе цену. И это правильно.

Желание захлестнуло, подчинило инстинктам. Мы рычали, кусались, царапали друг другу спины.

Все было прекрасно, кроме одного. Полина — не Лидия.