Глава 11

Волк бежал в противоположную сторону от девчонки, работая мощными лапами, с каждым толчком отдаляясь от предмета желания.

«Нельзя, — гонял в голове, — она отказала. Отказала!» Эта мысль охлаждала и помогала не скатиться до инстинкта зверя.

Ее запах стал пропадать, перестал будоражить ноздри, и волк остановился. Обернулся и сел. Девочку не было видно за деревьями, высокой травой и кустарниками, он и не старался ее рассмотреть. Устало лег на землю в тени вяза и ждал, надеясь, что ей хватит ума быстрее убраться. Добраться до остановки и сесть на первый же автобус или маршрутку.

Зверь внутри порыкивал и постоянно поднимал голову в ее сторону. Человек же запрещал догонять, сдерживая и усмиряя зверя.

Прошло достаточно времени, как ему показалось, и, поднявшись на ноги, он побежал легкой рысцой по своим следам. Он видел авто, оставленное посреди дороги, по запаху нашел свою одежду, сброшенную в высокой траве.

Убедившись, что никто его не видит, волк поднялся на задние лапы и выпрямился в полный рост уже человеком. Быстро нырнул в свободные штаны, — они меньше всего пострадали при обороте, — подхватил одной рукой порванную футболку, собрал кеды, лежащие практически у машины. Намного больше времени он потратил на поиск ключа, брошенного в высокую траву.

Сознательно не поднимал глаз в сторону трассы и шарил руками по траве.

Домой вернулся на автомате: медленно въехал на территорию, собрал с пассажирского сиденья остатки одежды, поднялся в свою спальню и бросил в корзину с грязным бельем.

Сестра первой забежала в его спальню:

— Девочка?! — взволнованно спросила. — Она жива?

— Жива, — ответил устало и, сняв остатки штанов, пошел в душ.

Вела не отставала ни на шаг, следуя за мужчиной:

— Но твоя одежда… ты обратился, — кинула взгляд на корзину.

— По-твоему, я совсем слетевший с катушек, да? — он обернулся, и сестра отвернулась, сморщив носик.

— Оденься, — демонстративно смотрела в окно.

— Я в душ, — закрыл дверь перед носом сестры.

— Мам, ну что? — Эля несмело заглянула в комнату.

— Нам опять разгребать за ним? — в проеме появился Лео.

— Пошли вон! — донесся крик из ванной комнаты. — Все! Вела, тебя это тоже касается, — добавил вполголоса, зная, что она его услышит.

В тот вечер зверь снова привел мужчину к ее дому.

***

После первой встречи в баре образ храброй хрупкой человеческой девчонки засел в голове. Ар не придавал этому значения: практически любая женщина провоцировало его воображение и заставляла зверя желать. Он слишком долго был один, слишком долго находился в шкуре зверя, и даже незначительный раздражитель сводил его с ума. Будь то бегущий заяц, провоцирующий инстинкты хищника, или же красивая женщина, будоражащая инстинкт размножения.

Ар не придавал значения своей зависимости, но, в свою очередь, оберегал девчонку, боясь, что кто-то из прихвостней Светлых ее запомнил и найдет. Племянницу есть кому защитить, а ее? Что ему стоит незримо проводить ее до дома или пройтись рядом, вне поля зрения, когда она вышла в магазин?

Иногда он катался кругами, периодически заглядывая во двор: убедиться, что она дома. Возвращался через час-два, чтобы увидеть, когда она ложится спать: свет в окне гас глубоко за полночь.

Но не сегодня, сегодня этого было мало.

Легко подпрыгнув и схватившись за обрешетку балкона второго этажа, он подтянулся и бесшумно оттолкнувшись от перил, через мгновение оказался на нужном балконе.

Она не спала, сидела поджав ноги на диване. Девочка рисовала, изредка поглядывая куда-то на потолок и замирая на несколько секунд, растирала уставшие глаза, а мужчина стоял на балконе, облокотившись бедром о перила, и наблюдал.

Это стало для него ежедневным ритуалом.

Отсыпался днем и ночью приезжал.

Чаще всего девчонка проводила время перед планшетом, иногда болтала по телефону.

А сегодня балконная дверь была приоткрыта, из комнаты доносилась негромкая музыка. Девочка мурлыкала, вторя певице. Танцуя, расчесывала пшеничные волосы и подпевала в расческу словно в микрофон. Поправив локоны, нанесла блеск для губ и накрасила ресницы. Долго стояла, открыв шкаф, достала несколько летних сарафанов, приложила к себе, покрутилась у зеркала и остановила свой выбор на белом, с кружевным лифом.

На мониторе ноутбука высветился значок Скайпа и, судя по фото и подписи контакта, девочке звонил парень, какой-то Даня.

Лилия стащила домашнюю футболку и шорты, и, путаясь в вырезах, суетно надела сарафан.

— Привет, Данечка, — девушка искренне улыбалась, глядя на светловолосого парня.

— Привет, детка, — весело отозвался парень с экрана ноутбука. — М-м-м, мое любимое платье.

В этот момент зверь очнулся: он наблюдал за девчонкой, наслаждался, но сейчас готов был найти парнишку с экрана и разорвать на сотни кусков, а лучше долго и мучительно убивать, наслаждаясь каждым криком.

‍​‌‌​​‌‌‌​​‌​‌‌​‌​​​‌​‌‌‌​‌‌​​​‌‌​​‌‌​‌​‌​​​‌​‌‌‍Ар хотел спрыгнуть и больше не подслушивать воркование парочки, но не мог себя заставить. С наслаждением мазохиста слушал обещания мальчишки о скорой встрече, о том, как он скучал по своей «детке», о наслаждении, которое собрался дарить.

— Покажи, детка, я так скучаю по твоим идеальным грудкам. Ну же, — уговаривал парень.

Зверь внутри человека затаился и ждал. Девчонка мягким движением пальцев провела по плечу и скинула одну лямку сарафана, обнажая небольшую округлую грудь с ярко-розовым соском. Протяжный мужской стон удовольствия заставил зверя встрепенуться внутри человека: мальчишка не должен этого видеть. Не должен!

Лиля повторила легкое движение и обнажилась до пояса. Девушка немного смутилась и, желая прикрыть грудь, сделала лишь хуже, приподняв упругие полушария с острыми розовыми вершинками.

— Ну же, присоединяйся. Я очень хочу посмотреть на то, как ты себя ласкаешь. Помоги мне, малыш.

Распахнутая дверь заставила вздрогнуть Ара, стоявшего на балконе. Он настолько увлекся, что не слышал посторонних звуков и шагов в квартире.

— Дочь, ты собираешься спать? — женщина остановилась на пороге комнаты и растерянно смотрела на дочь. Она поспешно отвернулась и подняла глаза к часам: стрелки показывали два ночи.

Лиля одной рукой прикрыла обнаженную грудь, а второй захлопнула ноутбук.

— Мама! Тебя не учили стучаться?! — девушка поправила сарафан, натянув его до ключиц.

— Лиля! — ее мать округлила глаза и сделала неопределенный жест рукой. — Чем ты занимаешься?

— Мама! — она вскочила, надела футболку и стянула сарафан через ноги. — А на что это похоже? — с раздражением спросила.

— На то, что моя дочь оголяется перед кем-то. Надеюсь, это хотя бы был Данил?

— Мама! — в очередной раз воскликнула девушка. — Хорошего же ты обо мне мнения, мам! — обиженно взглянула на женщину. — Я умываться и спать, спокойной ночи!

— Спокойной ночи.

Мужчина продолжал стоять на балконе, раздираемый противоречивыми чувствами. Зверь сходил с ума, метался словно бешеный, требуя забрать Лилю себе, и одновременно желал найти мальчишку и разорвать ему глотку. Он испытывал гнев, сводящий с ума.

Звук захлопнувшейся двери и щелчок замка вернул его в реальность. Девчонка, повернувшись спиной к окну, не подозревая, что за ней наблюдают, сняла футболку. Со злостью швырнула ее ближе к двери и теперь выбирала ночную рубашку, перекладывая вещи. За спиной скрипнула балконная дверь. Ее сердце, на секунду замерев, зашлось в бешеном ритме. Схватив первую попавшуюся вещь, прикрыла обнаженную грудь, обернулась.

— Вы? — не веря своим глазам, спросила шепотом.

— Ты, — поправил ее мужчина.

— Как ты сюда попал? — спросила с нажимом и крепче прижала одежду.

— Зашел через балкон.

Действительно, не могла же мама пустить незнакомого мужчину в ее комнату, да еще и ночью.

— Но, третий этаж… — да какая собственно разница, как он оказался в спальне. — Что тебе нужно?

— То, что я хочу уже давно. То, что ты готова дать никчемному сопляку, отказав мне, — мужчина медленно приближался. Зверь не понимал: ведь он сильнее, он крепче, — почему самка предпочитает этого дохляка? Ни одна волчица не сделала бы подобный выбор.

— Ты больной, да? — хотя, ответ и так очевиден.

— Почему ты мне отказала? — Ар подошел почти вплотную и, упершись двумя руками в створку шкафа, навис над девушкой. — Я же слышу, как твое сердце сходит с ума, стоит мне приблизиться. Я слышу запах твоего возбуждения. Твое тело говорит само за себя: хочешь не меньше моего. Так ответь, почему?

Лилия вжалась в прохладную створку шкафа, облизав пересохшие губы, и зашептала:

— Я много чего хочу. Хочу объедаться сладким, хочу придушить соседскую собаку, которая не затыкается по ночам. Хочу бросить скучную учебу, сказав родителям, что финансы — это не мое, хочу путешествовать. Но я этого не делаю, потому что существуют рамки разумного, ответственность и мораль, — она поднырнула под мужскую руку, отошла к столу и, отвернувшись, надела ночную рубашку.

— Зря, все равно ее снимать, — Ар покачал головой и, развернув девушку к себе, зашептал. — Не сопротивляйся, девочка. Будет так, как хочу я. А я хочу тебя. Это было лишь вопросом времени, но ждать я больше не намерен.

Девушку окутывал обманчиво мягкий шепот, не вязавшийся со смыслом произнесенных слов; мысли о том, что происходящее неправильно, постепенно угасали. Не было возможно отвести взгляд от мужского лица. А он все шептал и шептал, подходил ближе, протянул руку и провел пальцами по шее, спускался вдоль тела, ухватил пальцами тонкую лямку и с силой дернул.

— Нет! — громко вскрикнула Лиля.

Мужчина отступил, оскалился и четко произнес:

— Пред матерью Луной, именуемой людьми и нелюдьми Селеной, Мене, Дианой и еще сотней других имен, сын проклятого рода, с дарованным тобой именем Арнар, требует Право Волка.

— Лиля, у тебя все хорошо? — взволнованный голос матери доносился из коридора.

— Да, мам, — ответила девушка, не раздумывая, — все хорошо, — и прильнула к мужской груди.