15

Насморк наматывать на кулак, интересное выражение, да. Такого она еще не слышала…. Схлынули первые эмоции, и уверенность в том, что поступает правильно, испарилась. Нет, не стоило идти по пути наименьшего сопротивления, соглашаться на предложение Андрея, назначать лейтенанту полиции и экс — муженьку встречу "Милой Миле", зря, очень зря она это сделала, нужно было выбрать какое-то другое место. Не впутывать посторонних людей в свои личные проблемы…

Нет — нет, никто не смотрит на нее с осуждением, наоборот, выражения лиц у собравшихся — понимающе — сочувствующие, но ведь собрались они здесь в гастропабе намереваясь спокойно поужинать и пообщаться в комфортной обстановке, а уж никак не для того, чтобы принимать участие в балагане — заставлять Павлика на пару с продажным полицейским что-то там куда-то наматывать. Да и как их заставить, разве что всеобщее презрение выразить, только на бывшего муженька и тем паче его знакомого полицейского вряд ли это произведет нужное впечатление. А вот, Федя, он может не сдержаться и нанести Павлику телесные повреждения, нет, Павлика ей ничуть не жалко, просто не хочется неприятностей из-за этого идиота для Федора.

— Я наверное погорячилась, думаю будет лучше перезвонить этому Тимофееву, перенести место встречи, зачем портить вечер гостям заведения, — негромко проговорила, виновато взглянув на Федю, затем перевела взгляд на юриста Андрея. — я договорюсь и вызову такси, съезжу одна вы оставайтесь с друзьями. — Кать, я с тобой, одну не отпущу, — не раздумывая откликнулся Федя. — Не выдумывайте, ребят: во-первых вечер вы никому не испортите, во-вторых, в большинстве своем люди здесь собрались ко всяким инцидентам привычные, — произнес ровным тоном Андрей, пошагал вглубь зала.

— Давайте уже, проходите к столу! Ишь чего захотели, встречу они перенесут! Единоличники! — возмутилась Людмила, подтолкнув Федю в спину. — Кать, Федь, действительно, зачем куда-то встречу переносить да еще отправляться одним без поддержки, — встревоженно пробормотала Федина сестра, и добавила: — может все-таки быстренько феном хотя бы обсушитесь?

— Дашка! Да что же тебя на этом фене зациклило, все без фенов успели обсохнуть и вообще, надо план действий разрабатывать: определиться с тактикой и стратегией, а ты со своим феном! — беззлобно проворчала Людмила и снова слегка подтолкнула Федю, — шагом марш, говорю! Вперед! — Люд, давай как-нибудь обойдемся без заранее разработанных тактик и стратегий. В процессе разберемся. — отозвался Федя, приобнял Катю за плечи и повел к накрытому столу.

Впрочем, присесть за стол получилось не сразу, на подходе их остановил Александр Коротов: — Катерина, если не сложно изложи подробнее суть проблемы, вдруг я что-то не так расслышал и понял неправильно. — Присоединяюсь к просьбе, — сказал подошедший следом за Коротовым, босс Федора — Антон. — Позвольте мне, ситуацию прояснить, вы не против, Екатерина? — вопросительно посмотрел на нее Андрей. — Нет конечно, не против. — согласно кивнула, она.

— Одну минуту. Позвольте сначала мне кое-что прояснить, — произнес Федя, продолжая обнимать Катю за плечи. — Позволяем, валяй, только коротко и по существу, — милостиво разрешила, Людмила. Вот вроде и бесцеремонная она, супруга Андрея, и выражений не выбирает, но как ни странно, ее бесцеремонность совершенно не раздражает, наоборот — вызывает улыбку, — отметила про себя, Катя.

— Мы с Катей шли вдоль Трехгорного, от сквера Декабристов, почти до поворота в переулок дошли, и тут чуть позади нас с визгом затормозил автомобиль. Из него, из автомобиля, Катин бывший вылез, начал что-то вещать о заказчиках которые без объяснения причин отзывают предварительные договора, просил, вернее требовал, чтобы Катя помогла ему выяснить почему от сотрудничества с его фирмой отказываются. Катя не согласилась. Этот козел принялся ее оскорблять. Я успел его поймать когда он в машину запрыгивал, бить — не бил, Катя не позволила, но как следует тряханул недоумка, заставил извиниться перед Катей. Действовал исключительно по собственной инициативе. Так что, наговаривает козел, про организованное на него нападение.

— Ясно все. Значит Катин горе — бывший решил воспользоваться ситуацией и не придумал ничего лучше, чем обратиться к коррумпированному сотруднику полиции. Припугнуть Катерину, чтобы пошла на уступки в вопросах с разделом имущества. Все понятно, Андрей, можно дальше не разъяснять, — сдвинув брови, проговорил, Коротов.

— Погоди — погоди, Федор, мы когда к вам подошли вы как раз неподалеку от поворота в переулок находились! Посторонних рядом с вами не было….- задумчиво тянет, Людмила. — Инцидент произошел минут на пятнадцать раньше чем вы подошли, — поясняет, Федор. — Чуть-чуть не успели, получается. Что же такое, последнее время никуда не попадаю вовремя, если б всего на пятнадцать минут раньше выехали, этому как его там, козлине, мало бы не показалось! Ну ничего, скоро сам заявится!

— Люд, а не ты ли недавно говорила Феде: мы не станем применять противоправные действия, мы законопослушные и культурные, обойдемся без мордобоя. — прищурилась Мила, хозяйка заведения. — Это ты к чему? — уточнила Людмила, прищурившись в ответ. — Да так, на всякий случай. — Мила лукаво улыбнулась, — давайте-ка господа, присаживайтесь за столы: закуски заветриваются.

— Да-да, пора перекусить, я уж полчаса как облизываюсь на профитроли с паштетом из утиной печени и пюре из манго, — вклинился в разговор высокий мужчина атлетического телосложения. — Артем, может, стоит ли кого-то из представителей правоохранительных органов пригласить? — спросила симпатичная русоволосая девушка.

— Жень, я списался с Потаповым из Главного управления собственной безопасности МВД, ему с Баррикадной ехать недолго максимум через двадцать минут будет здесь. Полицейского нечистоплотного прижмут, тот радостно закопает попросившего об услуге мужа Екатерины. Сорт людей такой, начнут друг на друга валить.

— Кстати, Артем, Катин муж — это тот самый мой протеже, что тебя звонками сегодня достал, — поморщился, Коротов.

— Да ладно? Ну вот, он настойчиво рвался со мной пообщаться, как раз случай выпадет. Подходящий, — хохотнул высокий Артем, а затем обратился к Кате, — все будет хорошо, даже не сомневайтесь. В обиду вас с Федором не дадим. — Один за всех! — громко выкрикнула, Людмила. — И все за одного! — прокатилось по залу в ответ.

А дождь прекратился так же резко как начинался. Заискрились под солнцем зацепившиеся за стекло панорамных окон крошечные капли дождевой воды.

Я бы справилась. Но как же все-таки здорово ощущать такую мощную поддержку. И тепло Фединой ладони на своем плече, подумала Катя…

* * *

Как Федя не сопротивлялся, их с Катей усадили во главе стола. — Ребят, вы виновники торжества, так что никаких: присядем с края. — безапелляционно заявила хозяйка заведения, Мила. — мероприятие спонтанное, поэтому задействовали часть закусок из меню моего гастропаба, и часть из меню "Тихой гавани", это наш с мужем совместный ресторан.

— Ну, в любом из заведений "Ресторанного дома Салтыковых", кухни без нареканий, шеф-повара — профессионалы высокого класса, отлично справляются со своими обязанностями, — заверил Коротов, усадил в кресло свою миловидную спутницу, после сел сам, между Катей и спутницей, и обращаясь к спутнице, заботливо забормотал: — Светлан, рекомендую попробовать рулет из сибаса в глазури из облепихи, видишь, я даже название запомнил, так мне в прошлый раз этот рулет понравился, и этот как его — тар-тар из лосося с устричным соусом тоже хорош, и сыр вот тот запеченный с манго и чем-то еще.

— Саш, я попробую, все попробую, хоть и не голодна, — смущенно откликнулась молодая женщина. — Свет, я же знаю, что ты не обедала толком, а говоришь не голодна, — вздохнул "владелец заводов, газет, пароходов" — Александр Коротов и принялся наполнять тарелку спутницы закусками. Нет, однозначно у этой пары предвидится не фиктивный, а самый настоящий брак. Александр, трогательно заботлив, Светлана смущается, но ей явно приятно его внимание. Все у них будет хорошо, все сложится, подумала Катя. Еще она подумала, что наступит время, когда и у нее закончатся "качели" из все хорошо — в появился Павлик с очередной гадостью. Вот отделается она от Павлика окончательно и дальнейшая жизнь будет просто прекрасной и удивительной. Только так. И никак иначе.

— Катюш, что тебе налить: морс или сок? — вопросительно на нее взглянув, спрашивает Федя. Он, пока она в мыслях своих варилась успел наложить в стоявшую перед ней тарелку целую гору всевозможной еды: закуску из печеных баклажан, дальневосточные гребешки, печеный перец со страчателлой, пару видов брускетт. И нет, не потому что взял пример с Александра Коротова, ее Федя сам по себе такой. Внимательный и заботливый. Надежный.

— Без разницы, Федь: морс или сок, положусь на твой выбор. Федь, если я такое количество еды осилю, то пожалуй в колобка превращусь, — негромко проговорила показав взглядом на тарелку с закусками. — Не превратишься, Кать, закуски легкие, нужно поужинать и желательно успеть пока некоторые не заявились и не попытались аппетит испортить. Хотя, я сделаю все, чтобы не позволить испортить тебе аппетит. — отозвался Федор, наполняя высокий стакан насыщенным клюквенным морсом.

— Как никто тебя понимаю, — вздохнул усевшийся по правую руку от Федора, Антон, — сам недавно совсем был в твоем положении. Пальцев на всех конечностях не хватит, чтобы пересчитать сколько раз порывался начистить морду Анютиному бывшему. Правда, когда Аню с этим недоразумением развели, и он наконец пропал с нашего горизонта, меня отпустило. Так что Федь, нужно просто потерпеть до логического конца. До развода, в смысле.

Катя не особо вдавалась в подробности чужой жизни, но да, она знала, что отношения Антона Свиридова и племянницы Катиного работодателя — Анны Коротовой, зародились во время Аниного бракоразводного процесса. Бывший муж Ани, ушел к ее лучшей подруге, выяснилось, что у него с той подругой уже достаточно длительная связь. Правда, кажется он довольно быстро понял разницу между туризмом и миграцией, пытался вернуться назад, но не тут-то было. Вскоре после получения свидетельства о расторжении брака, Аня приняла предложение Антона Свиридова и стала его женой. Почему-то Катя не сомневалась, что в семейной жизни Антона и Анны не будет места подлости и предательству. Антон, как Федор производит впечатление человека надежного, хоть и называет себя иногда ради шутки, то оболтусом, то охломоном.

— Ребят, а давайте закроем тему мордобоя? Обсудим что-нибудь более интересное, например автомобили, скажи-ка Федор, старый УАЗ твоего папы так и стоит в гараже? — чуть подавшись вперед звонко выкрикнула миловидная шатенка. — Знамо дело стоит в гараже, чего б ему не стоять, у тебя же не получилось уболтать разрешить на том УАЗе разок прокатиться, удивительный ты человек Александра, сколько лет тебя знаю и ничего не меняется: хлебом не корми, дай какой-нибудь внедорожник в реку загнать. Или на худой конец в топи болотные. — пробасила Людмила, с сарказмом в голосе. — Ой, до чего ты Людочка злопамятная, я последний раз в болотных топях увязла в день нашей с Игнатом свадьбы, и после того случая ни один внедорожник не пострадал! — сморщив нос, парирует Александра.

— Так тебя с того самого дня к внедорожникам не подпускали, потому и не пострадал ни один, — радостно скалится, Людмила. — Люд, отстань от Саши, лучше поведай нам как тебя угораздило с дерева упасть. — проговорила рыжеволосая девушка, попутно освобождая приборы из тканой салфетки. — Ветвь недостаточно крепкой оказалась, надломилась подо мной, вот и угораздило, — ровным тоном пояснила Людмила. — А на ветви-то этой как ты оказалась? — не унимается, рыжая. — Как-как, по твоей между прочим, Алина, милости, — отзывается, Люда.

У рыжей Алины, округляются от удивления и становятся больше, и без того большие глаза: — В смысле по моей милости? — Ну, не в прямом конечно, но косвенно — по твоей. К маме Андрюшиной мы в прошлые выходные ездили, вечером в субботу решили бабушку твою, Василису навестить, гостинцы передать и просто увидеться. Прошли через рощу березовую, дальше мимо пруда, потом по тропе к дому Василисы. Дошли до старого дуба и мне вспомнилось, как ты Алинка меня за утопленницу из деревенской легенды приняла. Выскочила как оголтелая с веслом наперевес и потребовала, чтобы я в водоем убиралась. Говорю Андрею: — Надо было тогда при первой встрече с Алинкой, на дуб залезть, русалкой на ветвях прикинуться. А он, покосился на меня, и промолчал. Вижу же, сомневаться изволит в моих способностях, а я, сами знаете терпеть не могу когда во мне сомневаются. — Людмила сделала несколько глотков морса, вернула стакан на стол, — короче говоря, подошла к дубу, поплевала на руки, полезла наверх. Долезла до толстой ветки. Только на ней устроилась, ветка трещать начала, а потом и вовсе сломалась. Андрей испугался сильнее чем я, вернее я совсем не испугалась, не до того было, группировалась чтобы как надо упасть, без последствий.

— Андрей, ты реально усомнился в способностях Людмилы? Как ты мог? — весело поинтересовался Артем. — Даже на секунду не усомнился, я прекрасно знаю любимую супругу и ее способности. Я опомнится не успел, она уже забралась и на ветку уселась, а потом этот треск, ветка ломается, у меня в глазах потемнело, подскочил чтобы ее поймать, а она уже на траву приземлилась, я ей: Людочка, не шевелись хорошая моя, сейчас вызову скорую, а она мне — еще чего, делать больше нечего скорые вызывать! Не надо никаких скорых! — Возмутилась и как ни в чем не бывало поднялась на ноги. К моему огромному облегчению, действительно обошлось без последствий, — поведал Андрей, поглядывая то на Артема, то на супругу свою любимую. — Главное, что все обошлось. — Да. Все хорошо, что хорошо кончается. — Это, да, все закончилось хорошо, к счастью. — К счастью. — К счастью. — К счастью. Один за другим вторили гости. Чувствовалось, что они говорят искренне, безо всякого скрытого подтекста и фальши, собравшиеся за этим большим столом реально рады за Людмилу, за то, что травмы не получила при падении.

— Катюш, ты наверное в шоке от всего здесь услышанного, я не догадался тебя предупредить, что…. — Я совсем не в шоке, очень интересно послушать про приключения. Даже немного завидно, если честно. Скучновато я все же жила, Федь. Но надеюсь, Людмиле больше не захочется изображать сидящую на ветвях русалку…. — Русалку может и не захочется изображать, еще что-нибудь придумает. И не только она, тут многие горазды на выдумки. Вот к примеру, Игнатов Артем: более чем успешный бизнесмен, на первый взгляд весь из себя солидный. Как-то раз, он коня изображал, ага, на помолвке у Алены и Кирилла Михайловых. Так-то планировалась тройка белых лошадей запряженная в расписные сани, но какая-то накладка произошла, лошадей и сани не смогли предоставить и тогда Артем и с ним еще двое парней взяли эту миссию на себя. Нарядились конями и галопировали впереди БМВ, не забывая при этом по-конски ржать. Эпическое получилось зрелище. — Пожалуй, не отказалась бы взглянуть на это эпическое зрелище, — губы Кати, непроизвольно растягиваются в улыбке. — Гарантирую, Кать, у тебя еще будет такая возможность, при чем не раз. И взглянуть получится, и участие принять в чем-нибудь эдаком, эпическом…. Ты только знай: если на дерево надумаешь забраться — я тебя подстрахую. Если решишь покорить вершину какой-нибудь горы — я с тобой, в Африку, в Антарктиду, на остров необитаемый, куда угодно. Лишь бы вместе с тобой, Кать. Без тебя как-то жил, ключевое слово — как-то, а теперь мне кажется, даже как-то жить не смогу без тебя. Дышать не смогу.

Вроде бы обожглась на молоке и нужно дуть на воду, как гласит народная мудрость. Но она не смотря ни на что верила Феде Розанову. Кому же верить, если не ему? Настоящему. Основательному. И да, она тоже не представляет как смогла бы жить дальше если вдруг из ее жизни исчез бы Федор. — Федь. Я высоты вообще-то немного боюсь, даже перелеты для меня слегка проблематичны, хоть и летаю часто, все равно каждый раз, как только авиалайнер набирает высоту, мне становится не по себе, но… Вместе с тобой я готова покорить любую вершину.

— Кать… теперь я знаю, что означает выражение — одуреть от счастья. Ты готова вместе со мной покорить любую вершину…

* * *

Никуда не делись проблемы, их никак избежать не удастся: вот-вот заявится Павлик со своим знакомым, да и без этого, впереди много всякого геморроя связанного с экс-муженьком. Точнее с разделом совместно нажитого имущества. Она не зациклилась, нет, на текущих и предстоящих проблемах, но все же держала их в голове как первостатейные. А сейчас осознала вдруг, что проблемы эти отходят куда-то на второй, если не на третий план.

Все плохое перемелется — мука будет. Все хорошее останется с ней. И вовсе не критично, что таким вот сложным путем судьба привела ее к хорошему. К Розанову Федору….

— Уважаемые покорители вершин, простите, что встреваю в ваш интереснейший диалог, Катерина, конкретно к тебе обращаюсь: отправляйся-ка Катенька в отпуск, на неделю, как уже предлагал ранее, да помню, ты отказалась, но теперь не предлагаю, а настаиваю. На правах твоего вышестоящего начальства. Как часть очередного отпуска эта неделя не засчитается, я распоряжусь. — на полкорпуса повернувшись к Кате, проговорил, Коротов.

— Александр, простите, но не вижу никакого смысла в этом недельном отпуске, — откликается Катя, коротко вздохнув.

— Ну, во-первых: картинку поменяешь, переключишься на отдых, во-вторых: обезопасишь себя от давления пока еще мужа, пусть ненадолго, но все же лишним не будет. Раз бракоразводным процессом займется Андрей, контактировать с бывшим нет необходимости. Коромыслов юрист грамотный и въедливый, сама знаешь, он и без твоего присутствия все как надо сделает. В общем, в офисе раньше чем через неделю не появляйся. На острова вон смотайся, а хочешь в горы, какие вы там покорять вознамерились?

— В горы без подготовки нельзя, лучше на острова, там правда сейчас не сезон, ну и ладно. Мы с Анютой тоже не в сезон попали, ну душновато было, ну ночами дожди, подумаешь…. восемь с половиной часов лету и вы в столице Мальдивской республики городе Мале, располагающемся на острове Хулуле. Под крылом во всей красе безбрежный Индийский океан и прибрежная зона острова. — задумчиво произнес вклинившийся в разговор, Антон.

— Антон, я правильно понял: ты меня тоже отпускаешь на неделю? — вкрадчиво, словно не веря своим ушам, интересуется Федор. — Ну да, отпускаю, завтра раздай задания подчиненным, и можешь отдыхать, — радостно скалится Антон.

— Вот, спасибо… Кать, ты куда хочешь? На острова или в горы? Билеты закажу, отель забронирую. — Федя хватает смартфон со стола, вопрошающе на нее смотрит.

На островах она бывала, при чем не раз, да и на горнолыжные курорты ездила, там и там хорошо, но тянет увидеть цветущий луг… — Федь, мы собирались на твою малую родину, давай не будем менять планы. — сказала и спохватившись, добавила, — если это удобно конечно, приехать к твоим родителям, не на выходные, а на целую неделю.

— Удобно, естественно удобно! Ты даже не представляешь, Кать, как они обрадуются, мои родители! — возвращая смартфон на столешницу, отзывается Федя.

— Ну вот и хорошо. Побываете на Волге, в лес прогуляетесь, подышите свежим воздухом, парного молока попьете, всяко на пользу пойдет, — улыбаясь, комментирует Коротов.

И тут, со стороны входной группы раздается звон колокольчика. Полминуты спустя, в зал заходят ее пока еще муж и с ним еще один мужчина, невысокого роста, излишне полный, одетый в форму сотрудника полиции.

— Уже прошло сорок минут? Подождите, а должен же был кто-то из Управления собственной безопасности МВД подъехать…. - шепчет Катя, не обращаясь конкретно ни к кому, глядя на толстого лейтенанта доставшего из кармана платок и вытирающего пот со лба.

— Все кто нужно на месте, Катюш, и безопасник, и следаки. Прошли через служебный вход. — откликается эхом Коротов.

Федор, откинувшись к спинке кресла, сверлит взглядом Павлика. А Павлик, обводит растерянным взглядом гостей, и бормочет: — Артем Михайлович, господин Зимин… А вы как здесь…. Закашлялся. Нервничает.

— Павлик, кстати! У меня неожиданно поломался автомобиль. Уж не твоих ли рук дело? — интересуется Катя, прищурившись. Знает, что бывший здесь ни при чем, кишка у него тонка. Да и в автомобилях он не лучше чем она разбирается, умеет только рулить. Спрашивает, чтобы еще больше занервничал.

— Если мастера скажут, что поломка — дело чьих-то рук, я ему эти руки с ногами поменяю, — обещает, Федя, продолжая сверлить Павлика взглядом.

— Не городите чушь, — откашлявшись, выдавливает из себя Павлик.

— Я так понимаю, это и есть подозреваемая? — спрашивает упитанный лейтенант, кивнув на Катю.

Павлик, неуверенно кивает в ответ.

— Подозреваемая в чем? А, в организации нападения, типа! Так вот, я сам организовался, морду хотел начистить, и начистил бы, если бы не Катя! Должен ей спасибо сказать, а не ложные заявления писать! — поднимаясь с места, рявкнул Федя.

А следом за ним, поднялась с кресла Людмила. Приложила руку к груди: — Я запятнала свою биографию воровством. Провернула хищение настольной игры "Юный пожарник" у сопливого Коли Кузнецова в детсаду. Замыслила простенький план преступления: спереть коробку с игрой из кабинки Кузнецова. Спрятать с глаз долой. Вот только Кузнецов чуть уснет на своей раскладушке — так сразу и спереть. Так и сделала. Среди колготок и резиновых сапог она отрыла вожделенную коробку с “Юным пожарником”. И быстро перепрятала ее в свою кабинку. После сончаса Кузнецов орал так, будто его покусали осы. Он ронял тяжелые мужские в гороховую кашу и громко выл. Переживал потерю. А я делала вид, что все это ее никак не касается: нарочито громко смеялась, посвистывала, качала ногой и делала прочий непринужденный вид. Мама естественно коробку нашла и захотела пояснений. И принудила вернуть законному владельцу. С извинениями и раскаянием. Я конечно, извинилась. И нехотя отдала коробку Кузнецову. Кузнецов в этот момент казался неприятным, как жаба. И его, сопливого, было совсем-совсем не жаль. А себя — наоборот. Помнится, горько плакала — до икоты. На следующий день мне подарили мозаику.

— Подумаешь, какое дело, игру сперла в детсадовском возрасте! Вот я, вообще человека продола! Мужа кузины Тоньки! Сразу трем его любовницам! — выкрикнула светловолосая молодая женщина.

— Я стырил у брата Димки, оловянного революционного матроса. Очень хороший был матрос. С пышными усами, весь обмотанный пулеметной лентой и с наганом в руке, — вскочил с места кареглазый блондин.

— Ах ты гад, Родион! Так и знал, что это ты матроса подрезал! Арестуйте его гражданин лейтенант! По таким людям рыдает тюрьма. А в старые времена таким, даже обрубали конечности. — смеется молодой мужчина.

— Прекратите балаган! — взвигнул, толстый лейтенант, — подозреваемая, пройдемте, для проведения доследственных действий…. — Балаган в самом деле пора прекратить, — сказал возникший откуда-то мужчина в строгом костюме, раскрыл и показал служебное удостоверение, сначала опешившему лейтенанту, потом, Павлику. Пока они приходили в себя, подошли еще двое мужчин, и также показали удостоверения. А затем увели Павлика и лейтенанта, прочь из заведения. Павлик, кажется стал ниже ростом. Жалкий человек. Сам себе вырыл яму. Кате было ничуть его не жаль…