42

– Как это предсказуемо, – усмехается Денис.

– Считаешь?

Я пытливо всматриваюсь в его лицо в поисках подвоха, но оно, как ни странно, выглядит вполне благодушным. Желваки расслаблены, в уголках губ затаилась улыбка.

– Поверь, это довольно частая история среди мужчин, которые в разгар кризиса среднего возраста решились на радикальные перемены.

– Думаешь, все дело в кризисе? – отчего-то мне тоже становится смешно.

– От части, – пожимает плечами. – У меня много разведенных друзей. И у каждого второго похожая история в анамнезе.

– Очевидно, именно поэтому ты никогда и не женился, – подмечаю с ехидством.

– Отнюдь. Я ничего не имею против семейных уз. Но брак ради брака – не мой вариант. Если бы я встретил женщину, с которой по-настоящему захотел бы создать семью, то сделал бы это. Даже не сомневайся.

– Неожиданно. Я-то думала, ты убежденный холостяк.

– Глупости, – качает головой. – Убеждения у меня самые что ни на есть консервативные.

– Даже так?

– Ага. Мои родители прожили вместе сорок семь лет. И их союз действительно был счастливым.

– Ну и ну, – тяну восхищенно. – Это впечатляет!

Когда-то я думала, что мы с Марком станем одной из этих пар. Ну, что вместе проживают жизнь, старятся, растят внуков... А потом он втоптал в грязь мои лучшие чувства, и я поняла, что никаких «долго и счастливо» у нас не будет. По крайней мере, совместно.

Верю ли я в этот сказочный сценарий теперь? С одной стороны, хочется ответить, что нет. Что я уже взрослая тетка, и ванильные мечты в моей голове давно сменились трезвой прагматикой.

Вот только в глубине души, где-то очень-очень глубоко, во мне все еще живет юная впечатлительная девочка, верящая в чудеса. И сейчас, когда я смотрю в спокойные и полные нежности глаза Дениса, ее присутствие ощущается как никогда сильно...

– Твои родители живы? – делаю небольшой глоток из бокала.

– Только мать, – Звягинцев зеркалит мое движение. – Отец скончался пару лет назад.

– Сочувствую.

– Он прожил хорошую жизнь. Так что покидал этот мир с благодатью и легкостью.

Улыбаюсь. Хорошо, когда так: без мучений, в любви, в окружении близких...

– Ну а твои старики? – продолжает Денис. – Все еще тут?

– Уже нет, – качаю головой. – Они погибли довольно рано. Последней я хоронила бабушку.

– Значит, сейчас совсем никого?

– Только дети, – пожимаю плечами. – И друзья.

Денис придвигается чуть ближе, не отрывая пристального взора от моего лица.

Брови, кончики ресниц, нос, губы — он изучает все. Медленно, со вкусом, будто стремясь запечатлеть в памяти малейшие детали...

— Бывший хочет тебя вернуть, не так ли? — его голос — низкий, приглушенный —мурашками оседает на задней поверхности шеи.

— С чего ты взял? — лепечу я, теряя концентрацию от его близости.

— Я видел его глаза. Это был взгляд собственника, который вознамерился вернуть свое.

— Но мы с ним уже сто лет как в разводе...

— Да. Но, очевидно, он наконец осознал, какую женщину упустил. И теперь надеется на второй шанс.

Если бы ни гормоны, штормом разбушевавшиеся внутри, я бы, наверное, подивилась проницательности Дениса. И тому, как точно он сформулировал намерения Марка...

Но, если честно, мне сейчас совсем не до бывшего. Не до мыслей о нем. Рядом со мной мужчина, который выглядит как бог, а пахнет — как эдемский сад. Разве можно в такую минуту раздумывать о прошлом? Едва ли.

— Но ты должна знать, что я не собираюсь тебя уступать, — продолжает он, обжигая мои губы жарким прерывистым дыханием. — Даже несмотря на то, что мы знакомы всего-ничего.

— Не уступай, — покорно соглашаюсь я. — Я совсем не хочу нырять в прошлое.

— И если твой бывший будет упорствовать, — его ладонь ложится на мою шею, чуть выше ключиц, и легонько сжимает, — мне придется принять меры.

– Меры?.. – блею я, дурея от сладкого предвкушения.

– Да. Мне придется осадить его, – сильная ладонь опускается чуть ниже, заныривая в вырез блузки. – Показать, кому ты принадлежишь.

– О да… – вырывается из меня.

Понятия не имею, с чем я соглашаюсь. То ли с тем, что он говорит. То ли с мягкими и невыносимо будоражащими движениями его рук. А, может, и с тем, и с тем одновременно…

С уверенностью я могу сказать лишь одно: меня тянет к Денису. На физическом, на эмоциональном, на духовном уровне. Тянет так сильно, будто между нашими телами натянута веревка, которая с каждой секундой становится все короче и короче…

Я не могу противостоять его мужскому обаянию. Не могу и не хочу. А что касается Марка… То пусть катится ко всем чертям. Лимит моих переживаний о нем уже давным-давно исчерпан.

Наши с Денисом губы соединяются, и я чувствую, как по телу густыми потоками растекается лава. Она выжигает изнутри все сомнения, все страхи, все разумные доводы…

Мы целуемся как обезумевшие. Переплетаясь языками и пальцами. Трогая друг друга с поистине фанатичным упоением…

Его вдох – мой выдох.

Искры на кончиках пальцев.

Сердца, бьющиеся в унисон.

Говоря по правде, я думала, что такая отупляющая страсть бывает лишь в двадцать. Когда за плечами нет потерь и горького разрушающего опыта. Но, как выяснилось, отдаваться чувствам без остатка можно и в сорок, и в пятьдесят, и, наверное, даже в семьдесят...

Ведь важен не возраст, а человек рядом. И если он по-настоящему зажигает, то ты будешь гореть. Со всей силой искрящегося в душе восторга...