глава15
ПАВЕЛ
Прошло не более десяти минут после ухода врача, как дверь палаты открылась, открыл глаза в надежде увидеть медсестру с известием о Милане, но на пороге вновь появилась мать.
- Мам, - не скрывая раздражения и усталости в голосе, - тебе лучше поехать домой, к девочкам, - по лицу вижу, сейчас продолжит за Алину.
- Поеду, - кивает, но вместо того, чтобы развернуться, проходит к кровати, и аккуратно присаживается на самый край у моих ног, - но после того, как мы решим, что делать с этой мерзавкой! Ей не место среди нормальных людей, её место за решёткой! Сюда скоро приедет человек из полиции, ты напишешь заявление, расскажешь, как она напала на тебя, пусть отвечает по закону за своё преступление, она могла убить тебя! – взвизгивает, с каждым словом голос женщины становился громче.
- Я ничего не буду писать, - скрипя зубами от боли, отрицательно качаю головой, привожу в оцепенение своим словами мать, - кто просил тебя посвящать в это дело полицию? По какому «закону»? Почему сама не отвечаешь за свои поступки по нему? – смотря в глаза застывшей женщины.
За те десять минут, что был один, успел обдумать, как поступить с Алиной, решение пришло сразу! В том, что она сделала виноват сам! Лишать Алину свободы несправедливо, но опасно, опасно для девочек! Она набросилась на меня, совершенно не боясь, что дети могут увидеть, или же попасть под удар биты, который предназначался для меня!
- Что? Ты сейчас серьёзно, и за что я должна отвечать? – вскакивает на ноги, прижимает ладони к лицу, смотрит на меня словно я душевнобольной.
- Серьезнее некуда, я не буду писать заявление, а за что тебе отвечать, ты и сама прекрасно знаешь, отобрать у матери ребёнка, а ей сообщить, что он умер, это огромное преступление…
- Ты и сам участвовал в нём! – перебивает всё так же визгливо.
- Участвовал, - на секунду прикрываю глаза, - я этого не отрицаю, и вину свою чувствую, жаль, что поздно понял, каких ошибок наворотил! Я был идиотом, слепым идиотом, всю жизнь слушал тебя, и вот к чему всё это привело! Ты сама погрязла во лжи, и с твоей лжи всё это началось! Не измени ты отцу, не роди меня от другого, не выбери мне в жёны понравившуюся ТЕБЕ Алину, всё было бы по-другому!
- Не смей во всём обвинять меня! – поддаётся вперёд, гневно сверкает глазами, - я отдала тебе всю свою любовь! Я делала всё это ради тебя! Ты должен быть мне благодарен, а вместо этого упрекаешь меня в своих неудачах! Ты сам изменил своей жене, с этой Миланой, ты сам согласился на моё предложение забрать у неё сына! Не так уж ты её и любишь, раз пошёл на такое! Не встреть, ты её, не валялся бы здесь сейчас искалеченный! За свои ошибки приходится платить, сынок! Так что, прекрати обвинять меня во всех грехах, и давай думать о том, что делать дальше! Мы на грани разорения! Кристиан пережимает нам кислород, он забрал эту дуру с Мишей к себе и…
- Что?! – рычу вопрос, рывком поддаюсь вперёд и тут же падаю назад гулко застонав.
- Что слышал! Лена сказала, что Милану забрал Эрик, и явно не к себе, а к этому старикану! Теперь нужно всё обдумать, решить вопрос с твоей женой, искать выход…
Дальнейших слов матери не слышу, в голове гул, в груди все горит огнём. Опоздал! Что, теперь делать, как добраться до Милы? Как с ней поговорить? Над головой появляется противный писк, к голосу матери добавляется чей-то грубый и басистый. Перепалка на повышенных тонах, слов не разбираю, но по звукам понимаю, что мать выпроваживают из палаты. Через пару секунд в палате появляется тишина, видимо мать выпроводили, надомной зависает лицо доктора.
- Не пускать её больше сюда, - отдаёт приказ кому-то позади себя, - сумасшедшая, - бросает явно в адрес моей матери, и я с ним сейчас полностью согласен.
Надомной суетятся несколько человек, по вене в руке бежит холодок, сознание постепенно меркнет, но отключится мешает ревущий зверь в голове, он рвётся к той, что потерял, предал, не уберёг. Но как бы он не бесновался, ведённый препарат берёт вверх, бросая меня в самый мрак моего сознания.
В себя прихожу уже утром следующего дня, всё тело болит, по мне словно не битой прошлись, а катком проехались несколько раз! Свет из окна раздражительно бьёт по глазам, приходится щурится, запах медикаментов забивает нос, в горле ком из желчи. Я сейчас не то чтобы покинуть стены больницы и отправится на поиски Миланы и сына, я даже с постели хрен могу подняться! И от этого ещё паршивее!
- Проснулись, - раздаётся голос врача у двери.
Повернув голову в сторону голоса, кивая вошедшему врачу.
- Жалобы есть? – проход до изголовья моей койки, нависает сверху.
- Предостаточно, - перечислять всё сил нет, даже говорить трудно.
- Сейчас позову медсестру, сделаем вам обезболивающие, к вам посетитель, но после вчерашнего, я опасаюсь пускать к вам кого-либо, - засовывая руки в карманы белого халата, сообщает мужчина.
- Что за посетитель? – это явно не мать, и мне очень интересно кого принесло сюда.
- Георгий Станиславович, - называет имя посетителя, - скажите, он и правда ваш тесть? – склоняет голову на бок.
- Правда, пропустите его, - прошу доктора.
Разговор с пока ещё тесте мне просто необходим, понимаю почему он появился, уже сообщили о содеянном Алиной. Он не дурак, понимает к чему может привести выходка его дочери, кресло под его задом начало нагреваться, и возможно в скором будущем вспыхнет пламенем. Как поступит Кристиан в его сторону остаётся только гадать.
- Если повторится вчерашние, посетителей вы больше не увидите вплоть до выписки, - предупреждает доктор.
- Я вас понял, - отвечаю, но не даю обещаний, неизвестно, как сложится нас разговор.
Я мало общался с отцом Алины, редкие встречи на семейных праздниках, да и только, тёща так же, как и муж не сильно рвались к общению с дочерью и внучками, они вечно заняты своими делами. И как поведёт себя на известие о разводе и о том, что дочерей Алине я не отдам, неизвестно.
Больше не говоря ни слова, доктор выходит из палаты, и уже через несколько секунд в палату заходит тесть.
- Паршиво выглядишь, - звучит вместо приветствия.
- И вам не хворать, - опираюсь на локти, приподнимаюсь чуть выше, кривлюсь от боли в плече.
- Постараюсь, - кивает, и пройдя до окна, скрещивает руки на груди.
Весь вид тестя кричал о его негодовании, но словесной нападки пока не происходило, он молча сверлил меня взглядом и явно ждал, когда я сам начну разговор. Играть в молчанку и ждать, когда отец Алины скажет хоть что-то не было смысла.
- Я так понимаю, вы в курсе того, что сделала ваша дочь?
- Со слов твоей матери, в которые я не сильно верю, - кивает мужчина, - позвонила сегодня с утра и вылила ведро помоев, какие мы с женой хреновые родители и как не правильно воспитали своего ребёнка, бросала угрозы, что засадит Али за решётку, - дёргает желваками, - что у вас произошло на самом деле и где моя дочь? – произносит сдержанно-ровным голосом.
- Я сообщил вашей дочери о разводе, после чего она напала на меня с битой, последствия вы видите, - говорю, не вдаваясь в подробности, которые позже он обязательно узнает от своей дочурки, - сейчас Алина находится под охраной моего начальника безопасности, заявлять в правоохранительные органы на неё я не собираюсь, можете забрать свою дочь. После того, что сделал Алина, к девочкам я её не подпущу, она опасна, - доношу своё решение.
Лицо тестя вытягивается, в глазах плещется несогласие, о котором тут же сообщает мужчина.
- Она мать! Ты не можешь с ней так поступить! Мало того, что бросаешь, рушишь брак по неизвестной мне причине, так ещё и детей хочешь отобрать?! – выкрикивает тесть.
- Не кричите, иначе вас выпроводят, и мы не сможем с вами нормально договорится, о договориться нам есть о чём, - морщусь от боли в голове.
- О чём с тобой можно договориться? Ты…
- Я внук того, благодаря кому вы занимаете свой пост, один звонок деду, и ваше кресло займёт другой, - бросаю предупреждение.
Мои слова сейчас на самом деле пустой звук, вряд ли Кристиан кинется помогать мне после того, что я сделал. Но тесть пока об этом не знает, и есть возможность осадить мужика, что у меня и выходит. Георгий Станиславович сдувается, поджимает губы.
- Я хочу знать, почему ты хочешь развестись с Алиной? – совсем другим тоном интересуется тесть.
- Причин предостаточно, но главной является появление в моей жизни другой женщины. Я думаю, вы не дурак, и знаете, что любви у нас с Алиной не было. Мы бы и дальше продолжили быть семьёй, но её решение с абортом дало огромную трещину. В общем виноваты оба, но жить я так больше не намерен, - отвечаю тестю.
Отец Алины свёл брови к переносице, нахмурился, поднял одну руку вверх, провёл ладонью по лицу.
- Мне кажется, ты торопишься с решением о разводе, ну повстречал ты девку, ну понравилось тебе с ней спать, так спи, но зачем разводится? У вас же дети, каково им будет жить без матери? Ты об этом подумал, Павел? Я как мужик тебя понимаю, однообразие надоедает, порой хочется чего-то нового, яркого, - явно описывает похождение на лево, - сам не без грешка, но как видишь, семью я не бросил, - разводит руку в стороны.
- Я не, вы, - слегка качаю головой, - у нас разные ситуации, вы ищите яркость на стороне от скуки семейной жизни, мне же требовалось утешение после того, как ваша дочь убила моего ребёнка. С той другой, я нашёл не только утешение, я ощутил каково это, любить и быть любимым. Что касается детей, то изначально я не планировал забирать девочек у Алины, но после её выходки…, она совершенно не озаботилась о наличии детей в соседней комнате, а что если бы кто-то из малышек забежал на крики и попал под её удар? Вы об этом подумали?
Тесть хрипло прочищает горло, оттягивает узел галстука.
- Я, конечно, не видел Али в тот момент, но представляю, насколько ей было плохо после того, как ты ей сообщил о разводе, она могла быть в состоянии аффекта, она же любит тебя…
Из груди вырывается сдавленный хохот, чем обрываю речь тестя.
- Алина любит деньги моего деда, но никак не меня, - выдал сквозь хрипоту, от смеха, боль пронзила лопатку и те места, по которым прошлась бита, - я предлагаю разойтись по мирному, не забывайте чей я внук, и какие последствия могут быть в случае если вы не согласитесь, - прикрываю глаза, от яркого света из окна из режет нещадно.
- Я тебя понял, откуда я могу забрать свою дочь? – каким-то поникшим голосом спрашивает мужчина.
- Свяжитесь с моим безопасником, он отдаст вам Алину, - открываю глаза.
Поджав губы, пока ещё тесть широким шагом спешит покинуть палату.
- Георгий Станиславович, - останавливаю у самой двери тестя, - хочу предупредить, чтобы не рассказала вам ваша дочь, не советую предпринимать какие-либо решения, и не делать лишних движений, всё может обернуться против вас, сидите тихо, и останетесь в своём кресле, - смотрю в глаза отца Алины.
Вновь хмурится, губы дергаются, явно хочет спросить о чём я именно говорю, но не решается, коротко кивает и после рывком открыв дверь, покидает палату.
Разговор отнял последние силы, сползая чуть вниз, гулко сглатываю.
Что будет дальше покажет только время, но как бы там не было, вопрос с Алиной разрешён. Даже если тесть и узнает, что я не родной внук, вряд ли полезет сообщать об этом Кристиану, побоится слететь со своего поста, будет молчать сам и дочери рот закроет. Надеюсь, я не ошибся, и этот толстопуз не подведёт меня!
Теперь нужно придумать, как связаться с Милой и вытащить её из лап Кристиана и Эрика!
Дорогие мои! Огромное спасибо за ожидание! Я наконец-то выбралась из лап гриппа, и принялась за работу, буду в ускоренном темпе завершать историю!
Милые дамы! Хочу хоть и с опозданием, но всё же поздравить с прекрасным женским днём, и пожелать вам самого главного – крепкого здоровья вам и вашим родным! Приятного чтения!