Глава 12

— Развелась твоя Устинова, — хмыкает Соня. — С неким Десницким. Фамилию не меняла, что ли?

— Видимо, нет. Спасибо, Сонь.

Плохо пользоваться служебным положением? Возможно. Но мне нужно понимать, что именно происходит.

Не то чтобы я Жанне доверяла снова, но… Союзники мне не помешают. Особенно те, кто сами через измену прошли.

Теперь я с самого утра спешу в офис, изучаю дела. Жанна приносит мне все данные по общему с Русланом проекту.

Я составляю все списки, суммы выплат. Цифры получаются ошеломительные.

С такими деньгами… Я могла бы детей содержать целый год, не переживая. А муж эти деньги спрятал.

Я записываю, делаю сканы, отправляю Инессе. Она говорит, что подобная информация очень важная для развода.

Мы будем делить имущество, и каждая копейка на счету. Нужно ещё как-то узнать, нет у мужа ли других фирм.

Я чувствую себя детективом в старых фильмах. В бумажках истину ищу. Пытаюсь разобраться со всем одновременно.

Конечно, домашние замечают перемены. Я весь день в офисе провожу, Лизонька пока со мной.

Костик косится то на меня, то на отца. Оля с удовольствием разогревает полуфабрикаты. Муж… Ворчит и зыркает недовольно.

Отличная обстановка.

Я понимаю, что так не продлиться долго. Ко мне сплошные вопросы, но я просто не могу играть любящую и счастливую жену.

Тем более, когда мне с бизнесом разбираться нужно.

Жанна в этом плане — помогает. Действительно. Вытаскивает все переписки с Русланом, подтверждает документами. Вводит в курс дела.

Проекты, которые она принесла, действительно несложные. И заниматься ими легко.

И в плане общения с клиентами, и в плане разработки. Я легко справляюсь.

Немного подкрепляю свою самооценку, начинаю чувствовать собственную силу. Не всё так страшно!

Глаза боятся, а ручки-то помнят. Как всё надо разместить, как переделать.

— Алин, можно?

Жанна стучится ко мне в кабинет. Мой кабинет? Её кабинет? Девушка без вопросов съехала в другое помещение, сама.

Мне кажется, будто пытается загладить собственные слова. Хочет всё исправить.

Надеется, что я её не уволю?

— Ты как? — уточняет аккуратно. — Справляешься?

Жанна поправляет тёмные волосы, стянутые в высокий хвост. Выглядит всё ещё идеально, но при этом…

Будто внезапно чужой «костюм» натягивает, прячется за бронёй из белых тканей.

— Да, — я киваю. — С новой программой разобралась.

— О, отлично.

Девушка делает несколько прерывистых шагов ко мне. Резко протягивает какой-то документ. Будто опасается, что передумает.

— Что это? — забираю лист бумаги.

— Заявление на увольнение. Уволь меня, Алин. Пожалуйста, — просит как-то отчаянно, сорвано. — Ты и так собиралась, но уволь сейчас.

— Всё нормально?

— Нет. Я… Я уехать хочу. Я не могу жить в квартире, где мы с ним… Работать тут, а вспоминать, что раньше он приезжал и… Не могу. Мне надо уехать. Подальше. Просто нужно, понимаешь?

Не понимаю. Жанна у меня фирму готова была выгрызать. И неважно: под какими эмоциями. Она не привыкла сдаваться так просто.

Она же…

Да, сильная и уверенная в себе женщина. Мы не зря с ней похожи во многом. Но небольшая разница в возрасте теперь ощущается ещё сильнее.

Жанна смотрит на меня взглядом потерянной девочки.

— Я у врача утром была, — признаётся тихо. — Он сказал, что ничего страшного, что я пила… Один раз обойдётся, и не так критично. Только ведь начало…

— Врач? Ты больна чем-то?

— Я беременна, Алин. Сегодня узнала. А он сказал аборт. Мне… Мне просто нужно уехать, начать жизнь с чистого листа. Не видеть его никогда!

Я поджимаю губы. Мне нечего сказать, потому что… А как поддерживать, когда у самой в жизни кавардак?

— Я доработаю две недели, — обещает она. — Если нужно. Или дольше. Но я хочу готовиться к переезду. Проекты я раскидаю, отчитаюсь. Я…

— Жанна, — обрываю я её. — Я поняла, всё хорошо. Тебе нужен отгул?

— Да.

Мгновенно сдувается, благодарит, а после исчезает. Ощущение, что разваливается от каждого шага.

Не вовремя, Жанн, у тебя личная драма случилась.

Я же всему обучала. Через полгода я бы рассказала, как с этим справиться. И не позволить мудаку разрушить жизнь.

Но…

Мой мудак на аборт меня не отправлял. Не представляю, как это пережить можно.

Мой мудак, наоборот, ребёнка третьего хотел. Только я не понимаю… Его любовница появилась до или после? Зачем всё это было?

Но обдумывать это у меня нет сил. И времени. И даже возможности. Потому что Руслан не оставляет в покое. Он врывается ко мне в кабинет.

Нет, всё-таки не ко мне.

— Жанна, нам нужно поговорить! — Руслан влетает. Разгневанный, часто дышащий. Замирает, увидев меня. — А где она? Мне нужно с ней переговорить по проектам.

Я широко улыбаюсь. Муж решил подсуетиться и спрятать доходы?

Интересно, как он сейчас выкручиваться будет?

— У неё выходной.

Я превращаюсь в сканер. Внимательно слежу за любой реакцией Руслана. Впиваюсь в него взглядом.

Сама делаю вид, что бумажки на столе интересуют меня больше, чем этот разговор. Перекладываю их с места на место.

— Выходной? С каких пор Жанна выходной берет? — муж прищуривается, оглядывает взглядом кабинет. Запоздало реагирует: — А ты сюда переехала? В плане…

— Жанна освободила мне старый кабинет. Раз уж я вернулась к работе.

— И чем конкретно ты решила заниматься?

— А это важно?

— Естественно важно! У нас — семья. А ты пропадаешь здесь, дом непонятно во что превратился. Мы с тобой не разговариваем, дети голодные ходят! Ты если решила свои обязанности к чертям послать, так хоть прямо скажи!

С каждым словом муж распаляется всё больше. Его плечи напряжены, а грудная клетка часто вздымается. Взгляд полыхает злостью.

Он будто весь состоит из натянутых, вибрирующих струн гнева. Сжимает кулаки, будто пытаясь усмирить эмоции, но распаляется ещё сильнее.

— А какие у меня обязанности? — я прикусываю губу. — Еду готовить и вещи стирать? Это моё предназначение? Прислуга для вас?

— Блин. Прости. Алин, прости.

Муж проводит ладонью по тёмным волосам, качает головой. Стремительно приближается ко мне.

Я подаюсь назад, отъезжая на кресле. Намеренно держу дистанцию. Руслан тормозит, присаживаясь на край стола. Тяжело вздыхает.

— Конечно нет, — подбирает слова. — Ты не прислуга, родная, что ты. Просто… Последние дни такие тяжёлые. И я не понимаю, что с тобой происходит. Ещё встречи эти, бизнес… Мне просто хочется, чтобы хоть дома была стабильность. А не непонятно что. Родная, давай не будем ссориться?

— Жанна беременна.

Я не это хотела сказать, но новость вырывается сама по себе. Обжигает язык и душу.

Руслан немного приподнимает бровь, выглядит слегка удивлённым, но не более. Никакой острой реакции, которая была бы на новость о беременности любовницы.

О, хорошо.

Значит… Значит, у них действительно ничего не было. Драма Жанны — её история. А у Руслана роман с другой.

Не легче, но хоть что-то проясняется.

— И? — муж хмурится чуть сильнее. — Как это касается меня? Или… Алина. Ты сейчас… — он словами давится, его зрачки расширяются. — Пиз… Кхм. Ты сейчас намекнула, что Жанна от меня беременна? Совсем сбрендила?

— Обвинять жену в сумасшествии не лучший способ помириться.

— Но это бред. Жанна? И я? Да никогда в жизни.

Возмущение и растерянность Руслана такие сильные, что я ему верю. Запрокидываю голову, встречаясь взглядом с мужем.

Горло зудит от желания задать другой вопрос.

С кем тогда ты мне изменяешь, родной?

Но я держусь. Напоминаю себе, что сама выбрала ждать. Подготовиться к разводу, узнать все детали. Лишь после этого обрушить на Руслана правду.

Моё знание — моё преимущество.

— Не считаешь её красивой? — с женской хитростью загоняю мужа в ловушку. А после смеюсь. — Господи, Рус, видел бы ты своё лицо. Я ни слова не сказала про то, что у тебя роман на стороне.

— В чём тогда дело? — муж немного расслабляется. Лжец! — К чему эта информация?

— Как раньше не будет. Жанна уйдёт в декрет, а мне нужно заниматься фирмой. Кроме того, я говорила. Я хочу самореализации. Считай, что я нашла себе хобби. Дизайн.

— Угу. Желательно, чтобы это хобби семье не мешало. И… Когда там Жанна уходит в декрет?

Руслан спрашивает небрежно, сцепив пальцы в замок. Но его взгляд бегает по полке, сосредотачивается на папке с договорами.

О, мой прекрасный муж переживает, что я узнаю про его денежные махинации. Он за этим приехал, ведь так?

— Ну, пока не скоро, — я прикусываю губу. — Я пока начну входить в проектирование, а она будет заниматься бумажной волокитой. Договора и прочее… Дизайн меня интересует больше.

— Хм.

Муж заметно расслабляется, даже улыбка не такой вымученной становится. Слегка кивает на мои слова.

Я поклясться готова, что уже пути отхода придумывает. Как прикрыть собственную ложь.

— Так а зачем ты приехал? — уточняю.

— Да так, обсудить кое-что хотел, — отмахивается Руслан. — Неважно.

— Влетел ты сюда очень встревоженным. Не подходит под описание «неважно». Если нужно что-то посмотреть в документах…

— Нет! Зачем, Алин? Не утруждай себя. Всё хорошо. Было срочно, но… Я подумал, что лучше потрачу время на что-то более интересное.

— Да?

— Да. Хочу со своей женой пообедать. Пошли.

Руслан поднимается, делает шаг ко мне. Он упирается ладонями в подлокотники кресла, наклоняется ко мне.

Его лицо так близко, что дыхание щекочет кожу. Сердце трепещет, под ложечкой сосёт. Я дышать перестаю.

— Давай мириться, родная. Окончательно.

И тянется к моим губам.