Глава 10

– Ну что, Кира, порадовать мне вас нечем, – говорит мне по телефону Галина Семеновна. – Всё очень печально… Компания верно идёт ко дну. – Что, совсем ничего нельзя сделать? – спрашиваю я, заворачивая очередной букет. Мне приходится работать за Лену, я не могу себе позволить сейчас нанимать продавца. Вчера я обзвонила всех сотрудников и выяснила, что почти всем я задолжала. Кому-то больше, кому-то меньше, но сумма внушительная. Оставить магазин закрытым я тоже не могу. Это одна из самых бойких точек продаж. Я отпускаю покупателя, с ужасом думая, что скоро цветы закончатся и торговать мне будет нечем. – Если мы сможем привлечь инвестиции, то компанию можно будет спасти, – задумчиво говорит бухгалтер. – Да где же их привлечь столько? – я чуть не плачу. – Кто даст под умирающий бизнес? Ни один нормальный бизнесмен не захочет иметь дела с неудачниками. – Есть у меня один знакомый олигарх, – говорит Галина Семеновна. – Я могу замолвить за вас словечко. Только с тем условием, что заниматься бизнесом будете только вы. Максима сюда подпускать нельзя! – Ой, буду очень вам благодарна! – я прижимаю руки к груди. – Очень. А кто он? – Это Влад Баринов, – говорит бухгалтер. – Влад Баринов?! – пораженно выдыхаю я. – Он в городе? – Да, уже год как. Вы знакомы? – Да… да, я его знаю, – говорю я. – И что, он теперь олигарх? – О, он очень богатый и очень крутой, – говорит Галина Семеновна, – а ещё у него много связей. – Поняла, – отзываюсь я. Мне вовсе не хочется сейчас встречаться с Бариновым, но бизнес надо спасать. – Он очень занятой, но кое-чем мне обязан, поэтому попробую договориться о встрече. А вы наденьте самое сексуальное платье, он мужчина холостой. – Галина Семеновна, я как бы замужем ещё, – смеюсь я. – Вы собираетесь простить Максиму всё, что он тут натворил? – ужасается пожилая женщина. – Я бы не простила! Я тут с девочками посплетничала, все знают, что у него есть любовница, не раз в офис заявлялась. Я так понимаю, вы тоже знаете… – Знаю, – вздыхаю я. – Нет, конечно, я его не прощу, но из огня да в полымя тоже бросаться не хочется. – Я советую платье всё-таки надеть, – говорит бухгалтер и отключается. Значит, Влад – олигарх. Почему-то я не удивлена. Он всегда был очень напористым, ни перед чем не отступал. Самым драчливым в нашем классе был. Память возвращает меня на много лет назад. Я примеряю свадебное платье, кручусь перед зеркалом. – Не страшно тебе? – спрашивает меня Светка. – Замуж выходить? – Нет, – смеюсь я. – Это же Влад, не за чужого выхожу. – Ну не знаю, – тянет подруга. – Я б за него не вышла. – Он тебя и не звал, – я показываю ему язык. – Кир, ну у него репутация такая… На него же девочки так и вешаются! – Ну и пусть, – напеваю я. – Женится-то он на мне! – Кира, да вам всего по восемнадцать лет! – всплескивает руками подруга. – Куда торопиться?! – Ну мы любим друг друга, почему бы не пожениться?! Я не понимаю, ты против, что ли? – Да, Кира, я против, – вдруг выдаёт Светка. – Этот Влад твой… он вчера с Инкой Резниковой целовался! Я сама видела! – Светка, если это шутка… – хмурюсь я. – Я не хотела говорить, но ты же не слышишь ничего, – в отчаянии восклицает подруга. – Вот смотри! Узнаешь шарф? Она показывает мне фото, на котором я вижу парочку, которая тесно прижалась друг к другу. На шее парня тот самый ярко-алый шарф, который я подарила ему на Новый год. Моё сердце разбивается вдребезги, разлетается на осколки, становится трудно дышать. – Как же так, Светка, – рыдаю я у неё на плече. – Я же верила ему! – Лучше, что ты сейчас узнала, а не после свадьбы, – гладит она меня по спине. – Не будет никакой свадьбы… – я яростно срываю с себя платье. – Кир, ты только не говори Владу, что это я тебе показала фото, а то начнёт мстить мне, ты же знаешь, какой он, когда злой… – Не скажу, – мрачно говорю я. – С Владом всё кончено! На следующий день я бросила своего жениха и отменила свадьбу. Он пытался всё отрицать, но мой юношеский максимализм не дал мне даже выслушать его. Мы сильно поругались и разбежались. Больше я не видела и не слышала ничего о своей первой любви, до сегодняшнего дня. Ну что ж, Влад так Влад, ради своей кампании хоть к черту лысому пойду! Надеюсь, он не затаил на меня обиду.