Глава 3

Я сижу в машине Дениса и смотрю, как мимо проплывают огни ночного города. Слезы высохли, но внутри все горит. Горит от боли, от унижения, от ярости. Шесть лет. Шесть лет я была идеальной женой, думая, что строю счастливую семью, а оказалось, что я просто удобная прислуга.

– Алиса, ты не хочешь поесть? – осторожно спрашивает Лена, когда мы приезжаем к ним домой.

Я качаю головой. Еда не лезет в горло. Да и вообще, мне кажется, что больше никогда не смогу есть, спать, радоваться. Как можно жить дальше, когда рушится все, во что ты верила?

– Садись, – Денис указывает на диван. – Давай поговорим.

– О чем говорить? – голос мой звучит как чужой, хриплый от слез. – Все уже сказано. Максим любит другую. Всегда любил. А я была дурой.

– Ты не дура, – резко отвечает Лена. – Ты доверяла мужу. Это нормально.

Доверяла. Да, я доверяла ему безгранично. Когда он задерживался на работе, я не звонила и не проверяла. Когда он уезжал в командировки, я не копалась в его вещах. Я была уверена в нем, как в себе самой.

– Знаешь, что больше всего бесит? – говорю я, и в голосе появляется злость. – Не то, что он изменил. Не то, что у него есть другая. А то, что он назвал меня хорошей девочкой. Как собачку какую-то.

Вспоминаю его слова, и внутри снова все сжимается от боли. “Алиса хорошая девочка. Она предана мне, заботится о доме.” Он говорил о своей жене так, как говорят о домработнице. С покровительственной снисходительностью.

– Хочешь, я съезжу к нему и морду набью? – серьезно предлагает Денис.

Я почти улыбаюсь. Денис не обидит и мухи, а тут морду набить собирается.

– Спасибо, Ден. Но это не поможет.

Телефон разрывается от звонков. Максим названивает уже третий час. Я сбрасываю вызов за вызовом. Мне нечего ему сказать. Все слова уже сказаны.

– Алиса, – Лена садится рядом и берет меня за руку. – А что теперь? Что ты будешь делать?

Что я буду делать? Хороший вопрос. Я домохозяйка. Последние три года вообще не работала, потому что Максим настаивал: “Зачем тебе работа? Я обеспечу семью.” Семью. Какую семью? Я была для него просто красивой игрушкой, которая должна сидеть дома и ждать хозяина.

– Найду работу, – говорю я. – Сниму квартиру. Подам на развод.

– А деньги? – осторожно спрашивает Денис.

Деньги. У меня на карте тысяч двадцать. Этого хватит на месяц, не больше. А дальше? Дальше я не знаю. Я же хорошая девочка, которая заботится о доме. Что я умею, кроме как готовить борщ и гладить рубашки?

– Разберусь, – отвечаю я тверже, чем чувствую.

Телефон снова звонит. На этот раз звонит Елена Викторовна. Я колеблюсь секунду, но беру трубку.

– Алиса, доченька, – голос свекрови дрожит от слез. – Мне так стыдно. Так стыдно за сына.

– Елена Викторовна, это не ваша вина, – говорю я мягко. Мне жаль эту женщину. Она любила меня как родную дочь.

– Алиса, я хочу, чтобы ты знала... мы с Андреем Петровичем на твоей стороне. Что бы ни случилось. Максим поступил как последняя сволочь, прости меня за выражение.

Елена Викторовна никогда не ругалась. То, что она назвала сына сволочью, говорит о многом.

– Спасибо, – шепчу я. – Это много для меня значит.

– Алиса, если тебе нужна помощь... деньги, жилье, что угодно... обращайся. Пожалуйста.

Я обещаю и кладу трубку. Сердце немного отогревается. Хорошо, что есть люди, которые меня поддерживают. Хотя это не отменяет того факта, что моя жизнь рухнула.

– Знаешь, что меня больше всего убивает? – говорю я Лене. – Дети. Все эти годы я просила его о детях. А он: “Подожди, не время, сначала дела наладим.” А этой своей Ульяне говорит: “Я хочу детей. От тебя. Только от тебя.”

Голос срывается. Я представляю, как они будут жить в счастливом браке, как у них родятся дети. А я останусь одна, с разбитым сердцем и пустой квартирой.

– Алиса, тебе еще нет тридцати пяти, – говорит Лена. – У тебя еще все впереди. Ты встретишь достойного мужчину, который будет тебя ценить.

Встречу. Легко сказать. Кому я нужна? Разведенная тетка без работы, без денег, с багажом предательства за спиной. Кто захочет связываться с такой?

– Лен, а ты знала? – спрашиваю я вдруг. – Про Ульяну?

Лена молчит слишком долго, и я понимаю.

– Знала, – шепчу я. – Ты знала.

– Алиса, я только вчера узнала! – быстро говорит Лена. – Сергей видел их в ресторане. Мы хотели тебе сказать, но не знали как...

Значит, уже все знали. Все, кроме меня. Жены. Я была последней, кто узнал о том, что мой муж изменяет.

– Кто еще знал? – спрашиваю я ровным голосом.

– Алиса, это не важно...

– Кто еще знал? – повторяю я жестче.

Лена опускает глаза.

– Марина знала. Олег. Кажется, Костя тоже что-то подозревал.

Все. Все мои друзья знали, что мой муж изменяет, и молчали. Из жалости. Из того же покровительственного отношения, что и у Максима. Бедная Алиса, хорошая девочка, не нужно ее расстраивать.

– Понятно, – говорю я и встаю. – Спасибо за гостеприимство. Но я пойду.

– Алиса, куда ты пойдешь? – пугается Денис. – Оставайся у нас.

– Не хочу, – отвечаю я. – Мне нужно побыть одной.

Вызываю такси и еду в отель. Дорогой думаю о том, что же делать дальше. Первым делом… к адвокату. Развод. Раздел имущества. Хотя какое имущество? Дом записан на Максима. Машина тоже. Даже дача, которую мы покупали вместе, оформлена на него. Я была такой доверчивой дурой.

Отель оказывается небольшим, но уютным. Получаю ключи от номера и поднимаюсь наверх. Сажусь на кровать и вдруг понимаю, что мне некуда идти. Совсем некуда. Родители живут в деревне, работы нет, денег мало. Я как выброшенная игрушка.

Телефон снова звонит. Максим. Опять. Я долго смотрю на экран, а потом все-таки отвечаю.