Глава 29

– Так, Юсупова, – Серафима Ивановна находит меня в ординаторской. – У тебя новый пациент. Подозрение на холелитиаз, проверишь, если подтвердится – будешь оперировать.

– Но… – бросаю взгляд на часы, понимая, что никак не успею. Если острый приступ, то быстрой операции не будет. Но и не затянут же обследование на несколько часов. – А можно…

– Ты же вроде не суеверная. Пятница тринадцатое – обычный день. Хватило мне, что вы все плановые отменили. Распоясались!

– Серафима Ивановна, я возьму, – Рома поднимается, привлекая к себе внимание. – Я и с оборудованием умею работать, и открытую операцию проводить. У Лизы смена почти закончилась, у меня – сутки.

– Тебя я тоже найду куда пристроить. Разошлись мне тут. Поотдыхали и хватит. Целую неделю в ритм не войдете после своей конференции.

Замглав бухтит, но я не обижаюсь. Сегодня была проверка из министерства, как всегда – много вопросов и проблем. Костенко поворчит, но это лишь слова. Тем более, что она всегда невзначай интересуется моим самочувствием.

Просто мне никак нельзя оставаться. Сегодня развод, нужно приехать в ЗАГС. Если бы я заранее знала об операции, то попросила бы Ильяса всё оформить, чтобы мое присутствие не было обязательным.

Я поднимаюсь, чтобы напомнить мою ситуацию Костенко. Но Рома действует быстрее. Подходит к замглаву, что-то долго объясняет, размахивая руками.

– Левенко в операционную, Юсупова свободна, – та раздает новое распоряжение, вызывая удивление на лицах других врачей. – Остальные на подхвате. Четвёртую городскую на карантин закрыли, теперь к нам новых направлять будут. Юсупова, ты ещё здесь?

Качаю головой, быстро направляясь к выходу. Лучше действительно убраться подальше, пока меня не оставили на ещё какую-то операцию. Только торможу, уточняя о Ромы, что он сказал.

Если вдруг выдумал что-то, как он умеет, то мне потом точно прилетит. Хотя бы не путаться в показаниях. Но мужчина отмахивается, подмигивает и нагло подталкивает в сторону раздевалок, сжимая мои плечи.

– Твой развод событие века, Лиз, – усмехается. – Я лишь напомнил Костенко про это.

– Тихо! – шиплю. Медсестры самые главные сплетники, а я не хочу быть объектом разговоров. – Я это не афиширую. Даже не понимаю, зачем тебе сказала.

– У меня лицо такое, вызывающее доверие. Всё, иди.

– Ладно, - соглашаюсь, потому что нужно уже вызывать такси. Я обещала Ильясу, что не опоздаю. – Ой. Левенко, а я всё спросить хотела, но забывала. А ты откуда знал, что меня в аэропорту ждали?

– Не понял вопроса. Увидел там уже, сообразил.

– Просто… Откуда ты понял, что тот мужчина ко мне приехал?

– Эм… Так он же в твоей палате обосновался. Вот и запомнил.

– А, точно. Ясно. Спасибо, что подменил.

Улыбаюсь смущенно. Этот вопрос иногда всплывал в голове, но не было времени уточнить. Точно, Рома ведь видел Карзаева, когда тот приезжал ко мне в больницу.

Меня отвлекает администратор. Просит подписать два направления, я напоминаю о наблюдении за пациентами на выходных. И это затягивается, поэтому в раздевалку я залетаю, очень торопясь.

Я снимаю белый халат, вешая его в шкафчик. Вместо этого достаю чехол, в котором выглаженное платье. К этой встрече с Юсуповым я снова готовилась, хочу выглядеть идеально.

Надеюсь, настанет момент, когда меня перестанет волновать, что думает обо мне почти бывший муж. Но сейчас всё внутри горит в желании доказать, что я самая счастливая после нашего развода.

Быстро привожу себя в порядок, на скорую руку навожу макияж. Платье с завышенной талией, идеально прикрывает мой живот. Тот только-только начал появляться, не привлекая чужого внимания.

В ЗАГС я приезжаю, опоздав на десять минут, но время нашей записи ещё не пришло. Быстро нахожу внутри Ильяса, который… Вполне спокойно общается с Демидом.

Торможу, чувствуя какой-то внутренний протест. Когда они успели стать друзьями? Но стоит Карзаеву заметить меня, как он сразу направляется ко мне, не выглядит пойманным на горячем.

– Привет. Договорился с Юсуповым о встрече, – объясняет сразу. – Ты же хотела забрать вещи?

– Да. Он согласился?

– В своем стиле дал добро. Впрочем, у него не было выбора. Насколько я знаю, они с Марисой спешат пожениться. По крайне мере, такие слухи ходят. Ему не нужна задержка с разводом.

– Так мне тоже! – шиплю, расстегивая пальто. В помещении сплошная духота. – Я не хочу затягивать.

– Ну, ему об это знать необязательно. Поэтому и согласился, чтобы мы заехали завтра. Ты ведь свободна?

Сдерживаю раздражение от того, что Ильяс сначала договорился, а после уже спросил меня. Но учитывая, что мужчина тратит свой выходной на работу, я могу это принять.

Чем быстрее я полностью отрекусь от прошлого, тем будет лучше.

Одёргиваю рукава платья, стараясь скрыть нервозность. Запоздало думаю, что белый цвет для развода – так себе выбор. Но это единственный наряд, в котором я не чувствовала себя так, будто живот сразу заметен. Были ещё свитера, конечно, но… В них я выгляжу не так хорошо.

Поджимаю губы, проглатывая смешок. Кажется, как бывшая жена Юсупова я выгляжу более презентабельно, чем во время брака с успешным бизнесменом. По крайне мере, стараюсь.

– Одна подпись и ты свободна, – подбадривает Ильяс. – Закатишь вечеринку. С безалкогольным коктейлями и… Риной?

– Да-а, – тяну, улыбаясь. – Она уговорила меня пойти на какой-то спектакль. Так что выходные у меня забиты плотно.

– Учту. По идее, нас уже должны были вызвать. Пойду узнаю, что там за задержка. У меня тоже плотный график. Или… Если не хочешь оставаться с Демидом, то идём со мной.

– Ты сам сказал, он хочет развода. В его интересах быть со мной милым.

Ведь, будь я чуточку более стервой и менее беременной, я бы могла превратить развод в ад. Не появляться в ЗАГСе, не соглашаться на контракт, затягивать всё до бесконечности.

Теперь, имея в руках брачный договор, а за спиной – адвоката, я чувствую себя куда уверенней. И Демид не может просто грубить мне и прогонять прочь. Ему придётся считаться со мной.

Или пусть назначает новую дату развода.

Я, в принципе, ещё могу потянуть.

А он?

Усмехаюсь, отпуская Карзаева.

И даже не дергаюсь, когда Демид направляется в мою сторону. Впиваюсь пальцами в сумку, но стараюсь держаться уверенно. Выдавливаю из себя сдержанную улыбку.

– Карзаев сбежал? – Демид хмыкает. – Решил бросить тебя мне на растерзание?

– Не ерничай. Он пошел узнавать, когда нас разведут. Так… Вы договорились, я могу заехать за вещами в нашу квартиру?

– Мою квартиру. Да, можешь.

– Ещё, – бросаю взгляд на часы, пожимаю плечами. – Пару минут квартира считается нашей.

– Да, считается.

Наверное, меня должно радовать, что с каждой встречей Юсупов выглядит хуже. Держится уверенно, режет ледяной улыбкой. Но взгляд у него уставший, потухший.

Таким я видела Демида только в начале, когда он раскручивал свой бизнес. И то, для меня он всегда старался взбодриться. Улыбался – и губами, и глазами – когда я готовила для него кофе и ночной перекус. Притягивал к себе, обнимая, начинал разгребать бумаги одной рукой.

Сейчас же… Демид будто блеклая копия себя прежнего.

Но меня это больше не волнует.

– Так, – к нам приближается тучная женщина, работница ЗАГСа. – А вы чего ждете?

– Нам на четыре тридцать назначено… - начинаю, но меня перебивают.

– Фамилия?

– Юсуповы.

– Юсуповы? – женщина поправляет очки, листает бумаги. – Таких в списке нет.

Я тут же разворачиваюсь к Демиду. Неужели он всё сделал для того, чтобы отложить развод? Только зачем ему? Мужчина ведь впереди меня побежит к новой жизни.

С правильной девушкой, которую одобряют его родители.

С девушкой, которую я привыкла считать подругой.

Это всё ещё болит, как бы я не закидывалась анальгетиками и не врала, что всё в порядке. Я смирилась с тем, что муж оказался подлецом. Захотел жизни без меня.

Просто то, как всё это жестоко и грязно получилось… Это беспокоит.

Но ничего. После ампутации тоже бывают фантомные боли.

– Что значит – нет в списке? – Демид понижает голос, тот вибрирует от злости. – Мы всё проверяли.

– Нет значит нет, – женщина качает головой. – Нет записи на сегодня.

– Тогда сделайте так, чтобы была. Мы больше месяца ждали, – Демид лезет во внутренний карман пиджака, достает кошелек. – Сколько нужно, чтобы решить эту проблему?

– Ну, я посмотрю, что можно сделать… В принципе, сегодня пятница тринадцатое, мало кто в такую дату хочет… – женщина прячет купюры между бумажек, улыбается. – Если в кабинете, а не в зале, то сейчас организуем. Нужно будет подождать пару минут.

Реакция мужа дает понять, что он сам не ждал подобного. Иначе зачем ему договариваться? Лишь бы всё решилось и мне не пришлось ждать ещё месяц. Я ведь шутила, когда говорила, что это нестрашно.

Нет!

Мне нужно быстро, сейчас. Отрезать всё лишнее, как опухоль вырезать, чтобы больше ничего не связывало с Юсуповым, не было нужды встречаться. Я три недели отдыхала на конференции, чувствовала себя прекрасно. А столкнулась с Демидом и снова внутри что-то скребёт.

– Ильяс! – расслабляюсь, когда замечаю адвоката. Подзываю его, уверенная, что сейчас точно всё решится.

– Всё готово? Можем заходить?

– Нет, говорят, что нашей записи нет. Демид вроде договорился, но…

– Странно. Я ведь проверял, чтобы никаких проблем не возникло. У нас точно назначено. В чём проблема? – Ильяс разворачивается к женщине. – Я вчера уточнял, никаких изменений не было.

– Вы не переживайте, всё уже решилось. Сейчас организуем. Я так понимаю, свидетель здесь, а свидетельница?

– Для развода нужны свидетели?

Спрашиваю ошарашенно, потому что это совершенно лишено смысла. Судя по лицам мужчин, они в таком же замешательстве. Но Карзаев первым понимает, что происходит:

– Нет. Они вообще не нужны. Ни для свадьбы, ни для развода. В каких списках нет Юсуповых?

– На регистрацию брака. А вы не…? Развод? Кто вообще надевает белое на развод? Вам на второй этаж тогда.

Женщина фыркает и быстро уходит. Видимо опасаясь, что Демид потребует деньги обратно. А я не знаю, плакать мне или смеяться с этой глупости. В итоге приглушаю истерический смешок, и иду к лестнице.

Свадьба.

С Демидом!

Хах.

Нет, спасибо, больше мне такого добра не нужно.

Украдкой рассматриваю своё белое платье, которое совсем не выглядит свадебным или нарядным. Сдержанное, достаточно простое. Боже, я ведь даже без букета, как меня можно было принять за невесту? Тем более с теми искрами злости, которые летали вокруг нас.

Но дальше всё проходит без каких-либо проблем. Очень быстро, стремительно. Ставлю размашистую подпись на бумагах, будто перечеркивая своё прошлое.

Я думала, что получу документ о разводе и всё тут же изменится. Как главная точка во всех отношениях. Распахнутся другие двери возможностей, камень упадёт с души.

Но… Нет.

Всё так же дергаюсь рядом с Демидом. Медленно прячу свой экземпляр свидетельства в сумку, не показывая, что со мной что-то не так. Подсознательно жду каких-то колких фраз, новых унижений.

Вздергиваю подбородок, чуть запрокидывая голову, чтобы смотреть прямо в глаза Демида. Даже с каким-то интересом жду, что он придумает. Вряд ли что-то оригинальнее, чем сказал его отец.

Но мужчина только смотрит несколько секунд, которые кажутся вечностью. После усмехается:

– Поздравляю с разводом, Лиз.

– Спасибо. Бесконечно счастлива, что это наконец-то закончилось.

Разворачиваюсь, спешу к выходу. Радуюсь, что последнее слово осталось за мной. Но это «поздравляю» вибрирует в сознании, замкнуло на повторе. С таким вообще поздравляют?

Хотя… Не будь я беременна, обязательно отправилась бы в бар. От души отметила это событие. Хорошо ведь, что Демид показал своё истинное лицо сейчас, а не лет через двадцать.

Ильяс предлагает меня подвезти, я не отказываюсь. Слишком погружена в собственные чувства. Которых… Особо и не осталось. Выжженная земля, где раньше столько всего цвело.

– Чувствуешь себя свободной? – мужчина спрашивает, улыбаясь.

Киваю.

Свободная.

И с огромной черной дырой в груди.