Глава 45

Стас

Заставляю себя просто уйти. Странно будет, если я и дальше продолжу таскаться за Юлей с детьми, мы все вопросы на сегодня решили, я получил гораздо больше, чем ожидал.

Делаю круг по району, неспешно рассматривая однотипные дома, на самом деле не видя их и пребывая в своих мыслях. Так хорошо, как сегодня, мне не было давно. И дело даже не в Юле, а в общем.

Я с большим удовольствием проводил время с детьми, в какой–то момент осознав, что являюсь вполне нормальным позитивным и контактным человеком. Наверное, прав отец, жаль, что у него второй сын не родился, потому что я никогда не выдерживал уровня своей семьи, даже в раннем детстве не дотягиваясь до той планки, какую от меня ожидали.

Впрочем, эти вопросы решают с психоаналитиками, а не сами с собой. Это врачи любят вытаскивать наружу глубоко запрятанные воспоминания из детства и анализировать их, заставляя человека считать, что все проблемы идут оттуда. Или это люди такие сами по себе нытики, лелеющие старые обиды? Не знаю.

Подумал человек, долго считающий, что жена ему изменила и предала.

Не лучший я пример, как ни крути. Но вспоминать все то, что меня когда–то ранило в отношениях с родителями, точно не буду. Во–первых, накопится целый воз и маленькая тележка таких вот рассказов за жизнь. А во–вторых, я вспомнил об этом не для очередного перемалывания прошлого. Я всего лишь осознал, что вдали от отца я могу быть нормальным человеком.

Мой круг почета завершается, я снова подхожу к лаборатории и дергаю на себя дверь. План разговора в голове я так и не оформил, но уверен, я как–нибудь справлюсь с двумя девицами. Все–таки на работе, как специалист, я регулярно решаю гораздо более сложные вопросы, тут меня близость отца не портит и не мешает, на что–то да я способен.

– Девушки, – наклеиваю на лицо широкую улыбку, – а я снова к вам!

Выхожу спустя пятнадцать минут с чувством выполненного долга. Жаль, до окончательного завершения задуманного все равно придется ждать положенные для проведения анализа сроки, хотя я и без того знаю, что именно получу. Что именно мы все получим в этих бумажках.

Выхожу обратно на улицу и понимаю, что мне решительно нечем заняться. Снова донимать собой Юлю с детьми – мысль очень соблазнительная, но для моего плана абсолютно бесполезная, я бы даже сказал, крайне вредная. А потому нужно придумать иной вид деятельности.

Мой взгляд падает на упавшие под дубом желуди, и меня осеняет.

Достаю телефон, быстро нахожу искомый номер и набираю его.

– Желудев, давно мы с тобой не слышали друг друга, – говорю одногруппнику.

– Богатырев? Соскучился, что ли? – весело отвечает мой давний приятель. – Или папка отпустил вожжи, и ты решил воспользоваться моим предложением?

– Папка ничего не отпускает, я сам сбежал, – для взрослого мужчины осознавать, что все вокруг прекрасно понимают про твою жизнь даже больше, чем ты сам, неприятно, но ничего я с этим не поделаю и стесняться точно не буду, – и твое предложение я вспомнил, тут ты угадал.

– Эх, никто не звонит просто, чтобы посидеть, поболтать, сходить в кафе и вспомнить студенческие времена, – беззлобно замечает Пашка Желудев.

– Можно и увидеться, я только за! Я в твоем городе. Не скажу, что к тебе приехал, тут уж извиняй, – дружелюбно усмехаюсь.

– А я–то думал! – смеется Паша. – Ладно, ты в каком районе остановился? Можем прямо сейчас и увидеться, тебе повезло, сегодня у меня как раз свободный вечер субботы, жена отпустила. Не все же, как ты, свободные, словно ветер в поле.

– Хм, – отвечаю неопределенно, думая, что ветру в поле везет больше, чем мне, он кому–то нужен и действительно свободен, а не как я, чисто номинально.

– Ладно, сейчас пришлю адрес, ты же неместный, так будет удобнее, – произносит Паша, замявшись и осознав, что сболтнул лишнее.

Через час я уже сижу в компании одногруппника и слушаю его рабочие и семейные байки. А еще в очередной раз ловлю себя на мысли, что и в данный момент чувствую себя нормальным адекватным человеком, не только с Юлей и детьми это работает.

А потом я пытаюсь вспомнить, когда же в последний раз я вот так сидел и общался с кем–то дома. И не могу.

Только Полина периодически скрадывала мой досуг, напоминая, что я живой человек.

И тут меня в очередной раз осеняет.

Именно! Я перестал жить. Зациклился лишь в делах фирмы, общался преимущественно только с родителями. Вкушал пищу, но не чувствовал ее вкуса. Просто номинально существовал…