Глава 41

Виктория

— Что ему от тебя было нужно? — спрашивает Яна.

— Интересовался, что мы делали в ресторане и кто это с нами был.

Мы с Яной уже на пути домой. Отлично провели время в компании Захара и Инги. Глеб ничего нам не испортил. Ну почти. Я после разговора с ним как на иголках сидела. Но мы обо всем договорились — это главное.

— Но ты же ему ничего не сказала? Он ведь нарочно все испоганит! Он никогда не хотел, чтобы ты чего-то добилась. Ему нравилось видеть тебя беспомощной. Потому что с не беспомощной нельзя было бы так поступить, как он с тобой поступил.

Дочь права на все сто процентов.

Глеб всегда хотел видеть меня слабой, уязвимой.

Он даже сейчас бесится из-за всего, что происходит в моей жизни. Потому что это вне его контроля. Он сам этого никак не контролирует. В его голове я по-прежнему его игрушка.

— Нет, конечно. Это наш с тобой маленький секрет. И ничего он не испортит. Это не его дело.

— Да. Точно! Блин, я так рада! Я боялась, что ты мне не разрешишь участвовать!

— Ну почему не разрешу? В этом ничего такого. Главное, ты потом математику не забрасывай. А то еще понравится быть моделью.

— Не заброшу. У тебя же все хорошо было по математике, и тебе это не мешало увлекаться модой. Ты даже успела на этом заработать. Я тоже хочу. Скоро мой брат родится, и я хочу ему помогать.

Улыбнувшись дочери, я сворачиваю на нашу улицу.

— Что-то он выглядел не очень счастливым… — говорит дочь, когда мы заходим в квартиру. — Зато Кира, наверное, счастлива до потолка, — цокает Яна.

— Не знаю… Вряд ли. Твой отец решил взяться за ее воспитание.

— Пфф… Не верю. Он всегда ее поощрял, даже когда она в присутствии него вела себя как свинья. А сейчас что изменилось? Неужели она стала Лорочке хамить?

— Не знаю, что у них там происходит, — снимаю сапоги. — Что-то я устала…

— Тогда иди в душ и отдыхай.

— Точно. Ты тоже иди передохни. Завтра в школу.

— Блин… Надеюсь, школа не помешает съемкам.

— Главное, чтобы съемки не помешали школе, — строго смотрю на дочь. — Учеба прежде всего.

— Да, ты права. У меня же скоро олимпиада.

— Вот именно. О ней думай. А там я договорюсь по времени.

Яна уходит в свою комнату, а я отправляюсь в гостиную. Снимаю платье, колготки, достаю халат из шкафа. Только надеваю его и собираюсь пойти в душ — мне звонит Захар.

Хм… Мы только через несколько дней должны были созвониться. Надеюсь, все в силе.

— Да, Захар? В чем дело?

— Извини, что беспокою. Я просто спросить хотел.

— Что спросить? — присаживаюсь на диван.

— У тебя все нормально?

— В смысле?

— Твой бывший возник словно ниоткуда. У тебя такой вид был… Ты побледнела. Вот и решил спросить, хоть это и не мое дело.

Неожиданно…

Я и забыла, что кто-то проявляет заботу, спрашивает меня о чем-то. Только дочь. А мать только критикует все мои решения. Поддержка есть, но она такая, что я стараюсь избегать разговора с ней.

— Да… Все нормально. У нас просто очень напряженные отношения. Мы совсем недавно развелись. Но это будет проблемой, если ты за это беспокоишься.

— Да я не к тому… Я решил, вдруг тебе нужна помощь.

— А… Спасибо, но… — я поражена. — У меня все хорошо. А с бывшими проблемами у всех бывает.

— Мы можем завтра встретиться?

— Уже завтра?..

— Я бы хотел обговорить предстоящие съемки. Инга мне в этом полностью доверяет.

Такое чувство, будто ему меня жалко, поэтому и предлагает встречу. Хм, но съемки же и правда надо обговорить.

— Ну… ладно. Хорошо. Завтра я свободна.

— Тогда, может, утром?

— Да, как только дочь отвезу в школу. Где-нибудь в десять.

— Согласен.

Глеб

— Что с тобой? — спрашивает Лора, когда мы заходим в спальню. — Ты всю дорогу со мной не разговаривал…

Срываю с себя пиджак, бросаю его на кровать, галстук дергаю с шеи.

Лора передо мной возникает.

— Глеб…

— Я в душ иду, — разворачиваюсь.

— Нет, постой! — снова передо мной. — Что происходит?..

Делаю шумный вдох, взывая к терпению.

Лора в последнее время ведет себя несносно, но еще никогда она настолько не выводила меня из себя. Хотя, скорее, дико раздражает.

— Что ты наговорила Вике в туалете?

— Я… — глазки округляет. — Я просто…

— Что, просто, Лора⁈ — рычу. — Что ты пытаешься доказать? И кому? Это какое-то тупое женское соревнование? Ты королева, а Вика никто? Ты это пытаешься доказать⁈ — от моего грубого, громкого тона Лора немного приседает.

— Ты что… нет, — скулит. — Она просто посмеялась надо мной, над моим платьем, над нашей помолвкой, и я не сдержалась. Поверь мне, я ничего такого не…

— Да не ври ты! Не делала этого Вика. Я ее с молодости знаю. Она бы до такого не опустилась. А вот ты… ты что делаешь, Лора? Но ты ведь уже не малолетка какая-то. Ты уже взрослая женщина двадцати пяти лет. Такое поведение тебя совершенно не красит. Я его не потерплю! Я думал, что ты уже поняла, какой я человек. Но, видимо, нет.

— Глеб, я… — слезы ручьем у нее, но я не верю в их искренность. — Я просто ревную. Вы развелись, но она постоянно рядом. Будто специально. Ты об этом не думал?..

— Я думаю, что ты зациклилась. Мне это надоело. Я хочу гребанного покоя, поняла⁈ — прикрикиваю на нее и морщусь от внезапной простреливающей боли в спине. — Все, я иду в душ. И ни звука… ни звука не хочу слышать тебя до завтра.