Глава 23. Марина

В доме Валентина с самого утра начинает кипеть жизнь.

Я слышу, как приезжает домработница, как она начинает готовить завтрак на кухне. Как Валентин спускается вниз и даже то, как он отказывается от свежесваренного кофе из-за своей работы.

Ему нужно бежать.

Я же лежу в кровати рядом с крепко спящей Машенькой и боюсь пошевелиться.

Не хочу раньше времени будить дочь.

Пусть малышка поспит, ей нужно набраться сил и немного прийти в себя после той нагрузки, которая навалилась на нее вчера.

Слушаю спокойное, размеренное дыхание дочери и думаю о своей дальнейшей жизни. Валентин так до сих пор про обязанности мне ничего не рассказал.

Мы вчера с ним довольно долго беседовали, но мужчина наотрез отказался брать меня на должность няни для его сына. Заявил, что мы с Машенькой в его доме гостьи и он не намерен это обсуждать.

Странно так…

Но я все равно буду максимально стараться приглядывать за его сыном и постараюсь найти с мальчиком общий язык.

Не собираюсь быть обузой и сидеть у Валентина на шее. Пусть, он считает, что виноват передо мной и сейчас самое лучшее, что может для меня сделать, так это предоставить все условия и дать мне нормально восстановиться, я не согласна с ним.

Я банально не привыкла ничего не делать. Мне нужно движение!

И именно поэтому я лежу и думаю, как бы отплатить ему добром за добро.

– Мама, – плаксиво зовет меня Машенька.

– Шшш, – успокаиваю малышку. – Я здесь, дочь.

Она открывает свои заспанные глазки, находит меня взглядом и улыбается. А затем снова начинает рыдать.

Мне приходится взять ее на ручки и начать успокаивать. Глажу доченьку по спинке, пою ее любимую песенку про милых мишек и она постепенно затихает. Только прижимается ко мне все сильнее.

– Эй, – слегка отстраняясь улыбаюсь дочке. – Все в порядке. Не расстраивайся, – целую нежную сладкую щечку. – Теперь у нас уж точно будет все хорошо!

Машенька чувствует мой настрой и тоже начинает улыбаться. Я спускаю малышку с рук.

Привожу себя в порядок, переодеваю дочку и с волнением в сердце спускаюсь вниз.

– Здравствуйте, – только стоит сделать шаг в просторном светлом холле, как из кухни выходит женщина лет сорока.

Она осматривает меня с головы до ног, качает головой и закатывает глаза.

– Ребенка на ноги не хотите поставить? – спрашивает таким тоном, что я аж теряюсь. Не привыкла, чтобы со мной разговаривали в подобном ключе.

– Не хочу, – спокойно ей отвечаю. – Может быть мне нравится носить дочь на руках?

На самом деле, я не собираюсь еще сильнее нервировать дочку. Ведь у малышей такая чуткая психика, что любое перенапряжение выливается либо в истерики и капризы, либо в откаты в развитии. И если первое еще можно пережить, то второе будет иметь уж совсем негативные последствия. Поэтому я четко решила сделать переезд максимально комфортным для Маши.

К нагрузке мне не привыкать, я и так очень часто таскаю малышку на руках, так что выдержу. Не сломаюсь.

Тем более, на полу плитка… Опасно.

Так что нет! Лучше я поношу дочь на руках.

– Спину бы поберегла, – все таким же нравоучительным тоном произносит женщина.

– Меня зовут Марина, – представляюсь. Я хочу максимально сгладить взявшийся из ниоткуда конфликт. – А это Машенька. Ей годик и она еще толком не умеет ходить.

– Нина, – сухо произносит в ответ. – Домработница Жуковых.

– Приятно познакомиться, – приветливо улыбаюсь.

– Не могу сказать, что это взаимно, – с ходу говорит мне она.

Застываю на месте и смотрю на женщину широко открытыми глазами. Я вроде не сделала ничего плохого, за что со мной так она?

– Если увижу, что ты вьешься вокруг спальни Валентина или его кабинета, то ты мигом вылетишь отсюда! – принимается угрожать. – Уж поверь!

– Да что вы такое говорите? – я захожусь от возмущения. Меня прям кроет от праведного гнева. – Как вы смеете со мной разговаривать в подобном ключе? Я вас вижу впервые! Вы меня тоже! Я гость в этом доме в конце-то концов!

Внутри все пылает, мне хочется плакать. Я еще не пришла в себя после всего произошедшего, как тут новые испытания.

Что же за ерунда? Меня кто-то решил проверить на прочность?

А давайте на Марину еще гневную хамку домработницу кинем! Посмотрим, как она справиться с ней. Так?

– Перед Валентином строй из себя кого угодно! А вот со мной у тебя притворяться не выйдет! Я вижу твое гнилое нутро насквозь! – цедит со злостью. – Думаешь, я не знаю, чья ты жена и с какой целью заявилась в мой дом?

Она напирает. Я от неожиданности и ярого напора делаю шаг назад.

– Вы меня принимаете за кого-то другого, – пытаюсь достучаться до разума женщины. Ее поведение начинает меня откровенно пугать!

Здесь не безопасно оставаться взрослому человеку, не говоря уже о моей годовалой дочери!

Нет, конечно, Валентину спасибо за обещание помощи, но я уж лучше обойдусь сама как-нибудь. Так будет безопаснее и спокойнее для всех.

– Яковлева Марина, – выплевывает с презрением. – Жена Яковлева Константина. Думаешь, я справки не навела?

– Бывшая жена, – поправляю Нину. Она слышит меня и тут же теряется.

– В смысле бывшая? – часто моргает и моментально меняется в лице.

– Я сегодня встречаюсь с юристом и подаю на развод, – произношу открыто и прямо. Раз уж женщина так сильно беспокоится о Валентине, то может быть после новости о моем с Костей расставании она сменит гнев на милость.

– Ну раз так, – произносит растерянно. – Тогда извините мою несдержанность, – говорит совершенно иным тоном. – Добро пожаловать в наш дом!

– Благодарю, – киваю ей, но по-прежнему смотрю на женщину очень настороженно.

– Нина! Ты приехала! – по лестнице мимо меня проносится мальчуган лет пяти.

Он со всех ног бежит в сторону домработницы, расставляет в разные стороны руки и едва не врезается в нее на всей скорости.

Нина успевает подхватить мальчика.

– Конечно, приехала, – произносит не пряча нежность и ласку. Она даже выглядит иначе, когда смотрит на него! – Как же я могла тебя бросить?

– Не знаю, – пожимает плечами. Разворачивается и смотрит на меня. – А это кто?