140. Семья

Дэн

Медики начали мучить, то есть, лечить меня ещё в вертолёте. Ничего ужасного не обнаружили — обморожение пальцев, само собой, застуженное горло, но в целом моё состояние их, кажется, обрадовало. А вот состояние Рустама — огорчило. Вдобавок к обморожению и сотрясению мозга у него заподозрили трещину в черепе, а ещё у Рустама начиналась лихорадка. В общем, ему срочно нужно было в больницу. Меня тоже решили туда отправить, я попытался возражать — мол, я порядке, мне просто надо отдохнуть, отогреться и поесть, — но фельдшер был неумолим.

На вертолёте нас доставили уже не в посёлок, а в город. Рустама на каталке повезли на рентген, мне предлагали инвалидную коляску, но я решительно воспротивился — я ещё не настолько одной ногой в могиле! Дошёл сам.

А дальше завертелось. У меня взяли кровь, и на рентген тоже отправили, и чего только со мной не творили, досконально проверяя, насколько я повредил собственный организм этим походом. Но главное — меня накормили и дали горячего чаю! А то я устал набирать в термос и пить дождевую воду.

Обморожение пальцев ног и рук рассмотрели лучше, признали не слишком опасным, перевязали всё и отправили меня спать.

— Мне бы позвонить, — попытался сказать я, но голос слушался плохо. Даже удивительно — в тайге я ещё говорил, но стоило мне попасть в тепло, выпить чаю и расслабиться, и голос пропал окончательно.

Однако меня поняли.

— Кому вы звонить собираетесь? — улыбнулся мой лечащий врач по имени Иван, суровый мужик-шкаф под два метра ростом. — Вы же не разговариваете. Поспите, восстановитесь. Мы сообщили всем, что вас нашли и вы в больнице в удовлетворительном состоянии. Потом пообщаетесь.

Врач был прав, но я чувствовал вину, что до сих пор не успокоил детей, Решу и Жору. Может, и Даша волновалась… хотя не факт. У неё там новый мужчина, наверное, она вся в новых отношениях. И злится на меня, что я отвлекаю её всякими глупостями.

В общем, уговорить врача дать мне телефон не получилось — зато с медсестрой повезло. Более того, он сама дала мне мобильник и сказала:

— Не можете говорить — пишите! Пишите, кому надо. Ваш телефон мы на зарядку поставили, но Иван Ильич запретил его пока вам отдавать. Сказал, что вам надо отдыхать, а эта блогосфера отдыхать не даст.

Я улыбнулся и едва не ойкнул — пересохшие и отмороженные губы потрескались, в уголке даже, кажется, кожа лопнула.

— Но дело ведь не только в блогосфере, да? — подмигнула мне медсестра. — Пишите, в общем! Вы же помните номера?

Конечно, я помнил наизусть несколько номеров. Родительские, Дашин телефон, номера Реши и Жоры, Полины и Лёшки…

Сначала я написал Поле.

«Дочь, я в порядке. Лечусь, пока без мобилы. Пишу с чужого телефона, позвоню, как смогу. Передай Лёшке привет! Скоро увидимся. Твой папа».

Примерно такое же содержание было в смс-сообщении для мамы.

И как только я начал набирать послание для Реши, в коридоре послышались чьи-то возбуждённые голоса, которые показались мне похожими на голоса Поли и Лёшки. Но они не могут быть здесь, конечно. Не могут, мне просто ка…

— Папа!!! — завопили дети, распахивая дверь с таким грохотом, что медсестра аж подпрыгнула, и бросились вперёд.

— Осторожнее, осторожнее! — услышал я и Дашин взволнованный голос, отчего изумлённо замер, уставившись на неё вытаращенными глазами.

Даша?.. Она же должна быть со своим новым мужчиной, разве нет?

А она тут. С детьми.

Как будто мы по-прежнему… семья?..