Глава 71. Полина

Записка оказалась не от Егора, а, как ни странно, от Осы. “Пумочка, дорогая! Я сегодня пришла в нашу больницу и меня попросили продиагностировать пациента, которого ночью привезли с ножевым ранением в бессознательном состоянии. Это оказался твой Егор. Поскольку он до сих пор числился, как неизвестный, я подозреваю, что ты не в курсе, где он. Если что – он находится на втором этаже в отделении интенсивой терапии. Твоя Оса.” У меня подкосились ноги. Я рухнула на ближайший пуфик, пытаясь собраться с мыслями. Тут же подскочила, кинулась натягивать на себя какое-то первое попавшееся платье, на бегу переплетая косу, вылетела из дома. Ждать, пока мне подготовят карету, я была не в силах, так что просто поймала первую же попавшуюся пролетку и велела срочно мчаться по направлению к больнице. Я ехала и молилась, чтобы все с ним было в порядке. Я умоляла Бога об этом. Пусть даже он будет не со мной, пусть даже с другой, лишь с ним было все хорошо, торговалась я. Я сейчас на многое была готова, лишь бы он жил. Влетев в больницу, я уже было кинулась к лестнице на второй этаж, но строгий голос женщины, сидящей за стойкой администратора в холле остановил меня: – Девушка, вы куда? Туда нельзя! – Я… тут привезли ночью… Егор Кручинин, – с трудом выдавила я из себя. – Кручинин? – нахмурилась женщина, – Ах, да, ножевое, помню. Но он в отделении интенсивной терапии, к нему пока нельзя. – Может быть, я могу поговорить хотя бы с его лечащим врачом? – Его принимал Игорь Вениаминович, но у него вроде как закончилась уже смена. Хотя, вот и он, – указала женщина на выходящего в холл мужчину, натягивающего на себя плащ. Я кинулась к нему. Сбивчиво объяснив, о ком речь, я умоляюще посмотрела на него: – Как он? Что с ним? – А вы кем ему приходитесь? – Невеста, – ответила я. – Невеста? Хм… – и как-то странно посмотрел на меня. Но потом все же рассказал мне: – Ножевое ранение в бок. К счастью, ему удалось слегка сместиться во время удара и внутренние органы не повреждены. Но его не сразу нашли, поэтому он успел потерять много крови. Извозчик отвозил своих загулявшихся клиентов и увидел его, лежащего на дороге. Сперва думал, пьяный, но потом понял, что что-то не так и срочно повез его в больницу. – И как он теперь? – Недавно очнулся. Но пока к нему нельзя. – А когда можно будет? – Думаю, что завтра. Сейчас его лучше не беспокоить. С этими словами он покинул больницу. А я, недолго думая, зашла в туалет, чтобы спрятаться от лишних глаз и стала невидимой. Осторожно выскользнула из туалета и направилась на второй этаж. Я шла мимо палат, заглядывая в окна, а где не было окон, там осторожно приоткрывала двери, изучая пациентов. Когда я открыла очередную дверь, то увидела… ту самую блондинку, которая тогда выходила из ресторана под руку с Егором. Она сидела у кровати, на которой лежал мой жених. Уже бывший? Мысль об этом больно кольнула, но я решила пока не думать об этом. Мне лишь нужно было убедиться, что с ним все в порядке. А потом я уйду, – пообещала я себе. Подумалось также о том, что теперь понятно, почему на меня так странно посмотрел врач, когда я сказала ему, что я невеста Егора. Значит, эту блондинку к нему впустили, а меня – нет. Он сам попросил? Сжала зубы: хватит уже об этом! Я неслышно подошла к окну возле кровати Егора и посмотрела на него. Он лежал с перемотанным бинтами торсом, под глазами залегли темные тени и весь вид его был весьма измученным. Но взгляд был ясным и это слегка успокоило меня. Я уже собиралась также тихо уходить, когда Егор вдруг сказал той блондинке: – Елена, я думаю, что мы все обсудили и теперь я устал и прошу вас покинуть меня. – Но Егор… Я приду вечером. – Не надо! – жестко сказал мужчина, – Попросите, чтобы ко мне зашел капитан Зайцев. – Но я занимаюсь вашим делом, – попыталась возражать блондинка. – Елена, если вдруг вы забыли, то вы в нашем управлении практикантка. Передайте все данные капитану Зайцеву и попросите его подойти ко мне как только сможет. И прошу вас, не стоит меня больше беспокоить. – Выздоравливайте! Я приду позже, – сказала непрошибаемая Елена и попыталась его поцеловать, но Егор остановил ее движением руки. – Не стоит ко мне прикасаться, у меня рана болит. И не надо больше ко мне приходить. Совсем. Еена, у меня есть невеста и я ее люблю. Вам стоит уже принять этот факт и смириться с ним. Его слова разливались бальзамом мне на душу. Елена, психанув, покинула палату, громко стукнув дверью. Я снова собиралась незаметно уйти, когда Егор вдруг сказал: – Ну и долго ты там будешь стоять? Может, уже подойдешь и поцелуешь меня? Я замерла. А потом сняла невидимость и спросила: – И как ты понял, что я тут? – Когда ты входила, слегка скрипнула дверь. Незаметно, как бы сквозняком она приоткрылась, но я заметил. А потом ты стояла у окна и слегка задевала штору, отчего она несколько неестественно пригнулась. – Черт! – выругалась я. – Угу, – сказал любимый, – Учиться тебе еще и учиться. Ну и сколько мне еще ждать твоего поцелуя. – Но твоя рана. Она же болит, – засомневалась я. – Вот именно! Мне просто необходимы твои целебные поцелуи! И я, наконец, осмелев, подошла к его кровати, наклонилась и поцеловала его в губы. Егор перехватил меня за талию и привлек поближе, целуя жадно и горячо. Еле оторвавшись от любимого, я присела на табурет, на котором до этого сидела Елена. – Егор, я… В-общем, я согласна пойти работать в твое управление. Думаю, очевидно то, что меня сподвигло на это решение. Я решила на подлете сбивать всех этих неуёмных Елен, упорно добивающихся мужчины, который, кстати, мой. Егор расплылся в улыбке: – Я очень рад. А дату свадьбы… – Как только встанешь на ноги, так сразу и сыграем. Сегодня же отправлю письмо родителям, чтобы собирались в дорогу. Егор сжал мою руку в своей: – Я буду самым счастливым человеком на свете! Вдруг от двери разлася возмущенный возглас: – А вы что тут делаете? Без халата. Врач не разрешил пока посещений! Дородная медсестра вошла в палату. – Но тут только что была девушка, – возмутилась было я. – Так то из полиции, она документы показывала, – пояснила медсестра. Пришлось покинуть палату, пообещав Егору прийти к нему вечером. Даже если врач не разрешит. Либо Оса поможет, либо сама опять невидимкой проберусь.