Глава 56

Я огляделась по сторонам. Зловещая тишина в доме Паладе не предвещала ничего хорошего. На миг сердце сковала тоска — захотелось подняться в спальню к отцу и хотя бы увидеть его. Увидеть Алена, любимого братика, который приходил ко мне во сне.

«Сначала надо найти кошку», — отогнала прочь чувства я. Интуиция подсказывала, что кошка очень важна. Как будто это нечто, связывающее меня с кем-то близким. Но с кем? Я замерла у лестницы, присушиваясь к своему сердцу. В следующий миг сердце пронзила боль. Она опалила сознание воспоминаниями — годы одиночества в доме Паладе и тщетные надежды найти маму. Желание знать, что хотя бы она меня любила. Что не смогла прийти ко мне, потому что ей не позволили, а не от того, что я и в ее жизни оказалась ненужной.

К горлу подкатил ком.

— Мама? — прошептала в тишину я.

Из столовой выскользнула тень. Вздрогнув, я обернулась.

— Неужели мне удалось заманить тебя обратно домой, Бьянка? — прошипела совсем близко Надья. У нее в руке был серебряный кол. Серебро… у меня закружилась голова. Серебро отнимало силы даже на расстоянии.

— Думала, что у тебя достаточно сил, чтобы справиться со мной? — надменно усмехнувшись, Надья обошла вокруг меня. — Вот здесь ты просчиталась. До совершения обряда ты еще не Несущая смерть. Твой потенциал так и не раскрылся до конца. А значит, серебряный кол в сердце убьет тебя в считанные минуты. Ты даже сопротивляться не можешь, ведь связавшись с нечистью, ты впитала в себя естество вампиров. Серебро смертельно для тебя.

Она поднесла кол к моему лицу. Дикая слабость охватила тело. Колени подогнулись, и я упала на пол.

— Папа… — слабо позвала я. — Папа, помоги мне…

Но даже голос не слушался. Я была будто парализована серебром.

— Он не проснется! Можешь не надеяться на отца! — торжествующе воскликнула Надья. — В этом доме все крепко спят под действием магического чая! Или ты думала, я стану заманивать тебя в дом, не подготовившись?!

Входная дверь распахнулась, и на пороге я разглядела мощную фигуру Мариша. Отец Иона держал в руках большой мешок.

— Ты заманила ее, Надья? — загромыхал он.

— Да, любимый. Это не составило труда. Глупышка думала, что она всесильна. Она не учла, что дар еще не раскрылся полностью.

— Вбивай кол ей в грудь, и погрузим тело в мешок. Перережем горло уже в нашем владении. Надо управиться до восхода солнца.

— Она уже ничего не может. Серебро ее парализовало.

Надья занесла надо мной кол, и я с ужасом закрыла глаза.

И вдруг откуда-то полились потоки воды. Казалось, потолок в холле превратился в грозовую тучу, из которой хлынул настоящий тропический ливень.

— Вода?! Откуда вода в гостиной?!

Надья вздрогнула и отпрянула от меня. Из мрака холла шипя, выпрыгнула черная кошка. Та самая, за корой я ринулась в зеркало. Бросившись на Надью, она впилась когтями в ее руки. Надья с визгом отступила под лестницу. Пытаясь сбросить кошку, она выронила серебряный кол, и тот покатился ко мне.

— Нет, нет…только не в мою сторону… — отползая в льющихся потоках воды, шептала я. Близость кола снова лишила меня возможности двигаться.

Мариш-старший бросился ко мне. Подхватил кол и занес надо мной. В тот же момент сверкнула молния, и раздались раскаты грома. Молния ударила Маришу в грудь, отбросив его к стене. Он упал в лужу, как подкошенный, и больше не шевелился.

Поднявшись с пола, я бросилась к лестнице, ведущей в спальню отца. Мокрое платье мешало передвигаться. Прическа была безнадежно испорчена. Но теперь это было неважно. Мне надо спастись, вот что главное. Если удастся разбудить папу, возможно, он мне поможет.

— Куда ты побежала, маленькая дрянь?! — взвизнула Надья. Я оглянулась. По ее рукам текла кровь. Кошка постаралась на славу, исцарапала ей лицо и руки. Но в какой-то миг Надье удалось справиться с животным. Она отбросила кошку в глубину холла.

Бежать, бежать… ноги путались в промокшем бархате, ставшем тяжелым. Я споткнулась на ступеньке и упала. Надья настигла меня сзади.

— А ну, отпусти ее! — женский вскрик справа заставил Надью выпустить подол моего платья.

Я подняла голову и замерла. Я увидела маму. Я знала, что ведьма в джинсах и мокром насквозь вязаном свитере и есть моя мама. В горле запершило.

— Как ты сбросила с себя покров?! — заорала Надья.

— Наконец я распечатала свой дар, — зло усмехнулась вторая ведьма. — Получай, дрянь!

Молния заискрилась у нее в руке и изо всех сил ударила в Надью. Ту отбросило в сторону, и она покатилась вниз по ступеням.

Раскаты грома ударили мне в уши. На миг перед глазами все потемнело. А потом уже знакомые изумрудные волны осветили все вокруг, и на пол в холле выбросило вампиров.

— Маша! — бросился ко мне Андрей. — Что она с тобой сделала?

— Ничего… — крепко обвивая его шею руками, хрипло проговорила я. — Только успела испортить мой свадебный наряд.

Мой суженый помог мне подняться и прижал к своей груди.

— Я боялся, что мы не успеем…

— Хм, хорошо, что тебе не нужен макияж, — хихикнула Рая. — А то было бы очень сложно отмывать потоки туши. Остальное сейчас поправим.

— Вера? — подошел ко второй ведьме Оракул. — Судя по безобразию в холле, вы распечатали свой дар?

Я вздрогнула и обернулась. В горле встал ком.

— Мама… — прошептала едва слышно, и слезы брызнули из глаз.

Ведьма всхлипнула и бросилась мне навстречу.

В следующий миг мы крепко обнимались и плакали.

Андрей пожал плечами и спустился вниз. Два охотника подтащили Надью к Маришу и плотно связали их магическими изумрудными волнами.

— Открой портал, Ладомирский. — Попросил Оракул. — Мариша и его любовницу надо отправить в Пражский суд. Пусть там с ними разбираются.

— Один миг, и они отправятся отсюда прочь, — подмигнул ему Андрей. Вскоре разверзся портал. Взмахнув рукой, мой суженый поднял в воздух лежащих без сознания Надью и Мариша, наложил на них изумрудную магическую печать с сообщением о совершенном преступлении и протолкнул вперед. Спустя несколько секунд портал поглотил их и закрылся.

Рая, подняв подол роскошного бархатного вечернего платья, пыталась добраться до нас с мамой через потоки воды. А мы все обнимались и плакали. Нам были не нужны слова. У нас тоже было одно поле на двоих. В нем взрывались воспоминания. О том, как наложили покров на мою маму, запретив приближаться ко мне. Как все эти годы она в одиночку безуспешно боролась с проклятьем, не теряя надежды приблизиться ко мне…

— Девочки, нам пора! — Рая, наконец, преодолела лужи и поравнялась с нами. — До полуночи всего десять минут. Нам надо еще найти портал.

— А я так и не переоделась в свое платье! — всплеснула руками моя мама.

— Это? — Оракул пренебрежительно провел рукой, и в воздухе появилось старомодное вечернее платье в стиле ретро. — У вас есть всего пять минут. Переодевайтесь скорее!

Мама на миг остановилась. Обернулась в сторону второго этажа.

— А как же… Думитру? Я так и не увижу его?

— Позже, матушка, позже, — фыркнул Оракул. — Надо завершить церемонию.

— Да, конечно.

Коротко кивнув, Вера спустилась по лестнице и скрылась за дверью ванной.

Рая провела рукой по моему платью. Пошло тепло, и вода начала испаряться.

— Андрей, помоги мне! — позвала брата она.

Мой суженый с улыбкой поднялся к нам по ступеням и взял меня за руки.

— Закрой глаза, любимая, — попросил он.

Я закрыла глаза, и нас окутала изумрудная волна. Она обдавала меня теплом и возвращала моему облику свадебное величие.

— Ты красавица… — продолжая сжимать мои руки, прошептал Андрей.

Я заглянула в его изумрудные глаза и улыбнулась.

— Я люблю тебя.

— Я тоже тебя люблю.

— Букет! — спохватился Оракул. Снова взмахнул рукой, и в воздухе закружились темно-красные розы. Несколько мгновений они танцевали свой волшебный танец, а затем их догнала алая ленточка и связала в букет.

— Кажется, нам пора в Прагу, — выхватывая у Оракула букет, напомнила Рая.

— Я готова! — торопилась из ванной комнаты моя мама в своем любимом платье, которое ей подарил отец двадцать лет назад.

— Тогда вперед!

Андрей крепко сжал мою руку и прислушался.

— Вот он, портал в наш брак, — улыбнулся он, и через миг нас подхватила волна. Все закружилось, замелькало, и мы понеслись на церемонию.