Глава 23

– Знал, – ответил Максим Викторович, разом прекратив ее мучительные старания четко выразить мысль. – Но я же понимаю, что вы не специально.

– Не специально, – Катерина жадно ухватилась за подсказку. – Я просто… Когда сплю, сама не своя… То есть своя, но не сама… То есть во сне могу сделать что-то такое…

– Конечно, я понимаю. Это во сне… – с готовностью подтвердил он.

И была в его словах какая-то неловкая торопливость. Или едва заметная фальшь. В общем, что-то такое, что Катерине сразу стало ясно: врет! Черт! И он врет, и она врет. И он знает, что она врет. Потому что если закинутые руки-ноги и нарушенную границу можно еще было хоть как-то объяснить, – внезапным приступом лунатизма, например, или тем что она «во сне» и «сама не своя», – то что делать с ее музейно-прекрасными исследованиями?! Не заявишь же: я спала, а моя рука самовольно трогала колечки волос за ухом, водила пальчиком по бровям, по губам… И это моя рука разглядывала ямочку между ключиц, и даже хотела там поцеловать…

Катерина судорожно сглотнула, вырываясь из наваждения, и с ужасом поняла, что даже сейчас, думая все это, она таращится на воротник рубашки Максима Викторовича. Именно в то место, где под тонкой белой тканью как раз и находится та самая ямочка. Катерина испуганно вскинула взгляд. Босс внимательно смотрел на нее, и в глубине его невозможных глаз жарко полыхало что-то.

– Я правда не хотела, и мне очень жаль – тихо сказала Катерина, покраснела и опустила глаза. – Я не знаю, что на меня нашло.

Она думала, что сейчас сгорит со стыда. И в принципе была бы не против: пусть бы на ее месте осталась только кучка пепла. Кучке пепла все равно, что мужчина в ее объятиях изображал спящего красавца. Кучке пепла все равно, что из сказанного секунду назад лишь последняя часть – правда. А остальное… Она хотела, и ей нисколько, как ни странно, не жаль. Вот только дальше-то что?!

И ведь главное – если бы не глупые россказни о судьбе, она бы ни за что не попала в такую ужасно неловкую ситуацию. Вот только их выпустят! Она сразу рванет туда, за город. Сжечь ведьму!

– Мне бы ничего такого и в голову не пришло… в обычных обстоятельствах… – ровно выговорила Катерина и услышала еле заметный вздох Максима Викторовича. Видимо, это он от облегчения. – На работе меня интересуют только работа. Я, знаете, не из тех, кто приходит в офис искать приключения.

– Полностью разделяю вашу точку зрения, – снова торопливо согласился с нею босс. – Я в принципе против романов на работе.

Катерина, наконец, осмелилась поднять голову, и они с Максимом Викторовичем широко и натянуто улыбнулись друг другу, демонстрируя радость от того, что консенсус нашелся, и их нелюбовь к романам на работе обоюдна.

– Корпоративная этика… – зачем-то добавил Максим Викторович.

– Субординация, – выдвинула весомый аргумент Катерина.

И они снова радостно заулыбались внезапному взаимопониманию.

Говорить было больше не о чем, и Катерина здорово обрадовалась, когда пришло сообщение о том, что машины подъехали и готовы развезти их по домам в ту же минуту.

Она поднялась с дивана и бросила быстрый взгляд на босса. Странное в этот момент у нее было чувство. Как будто бы она прощалась с ним.

Все.

Никогда она не будет накручивать на свой пальчик его непослушный вихор, выбивающийся у виска. И не коснется больше его мягких и теплых губ, не дотронется до ложбинки между ключицами. От этого было не то чтобы грустно, просто как то… пусто.

Может быть, права Юлька, и ей действительно давно пора наладить личную жизнь. А что, появится у нее свой мужчина. Обязательно хороший. И пусть у него не будет такой замечательной упрямой складочки между бровями, и глаза пусть будут не такие голубые. Но все же ей с ним должно быть хорошо. Наверное.

В горле почему-то запершило. Видимо, от усталости. Или от виски.

В полном молчании они спустились вниз. Двери уже были открыты, а за ними ждали две машины, похожие, словно близнецы.

Катерина и Максим Викторович, не сговариваясь, остановились на пороге. Наверное, в тот момент нужно было что-то сказать. Не покидало ощущение, что после этой ночи они стали одновременно ближе и дальше друг от друга. Но Катерине, как назло, ничего подходящего не приходило на ум.

– И вообще, из служебных романов ничего хорошего не получается! – неожиданно выпалила Катерина.

– Совершенно ничего хорошего! – глядя ей в глаза, согласился босс.

Вот и хорошо, что они все выяснили.

– До свидания, – тихо сказала Катерина.

– До понедельника, – сказал Максим Викторович.

Она кивнула и нырнула в предназначенное ей такси. Два автомобиля одновременно взвизгнули и тронулись с места. Ее повезли налево, его – направо.