8.2
Дориан стал приставать ко мне сразу. Схватил за талию, двигаясь к постели, шептал всякие непристойности, задирая платье.
Он повалил меня на кровать, издавая пьяное хихиканье, и попытался стащить крепкий корсет, бормоча что-то о «долге жены перед мужем» вперемежку с проклятиями, недовольный завязками и крючками.
«Проклятье! Сколько ещё можно терпеть эту скотину!» – злилась, уворачиваясь от губ мерзавца.
Я пыталась сопротивляться, но его руки были слишком сильными.
Старалась не паниковать, зная, что Грета обязательно найдёт способ спасти меня, но презрение и брезгливость переполняли душу.
Когда чаша моего терпения почти переполнилась, в комнату, через спальню Дориана, стремительно вбежала Грета, её глаза сверкали зелёным.
Муженёк заметил движение краем глаза и уже собирался повернуть голову, как я обхватила его лицо руками и, наступая себе на горло, поцеловала его в губы.
Грета кивнула, протянула руку к затылку Дориана…
Едва её пальцы коснулись его волос, глаза Дора закатились, и он безвольно обмяк, придавливая меня всей своей тушей.
«Работает! Работает! Ещё минута, и я бы... бррр...»
– Ужас! – презрительно скривившись, выползла из-под здорового гада. Передёрнула плечами, чувствуя, как по спине бегает холодок отвращения.
Глаза машинально нашли Рейвена, которому Грета открыла.
Маг стоял в дверях, часто дыша, как будто бежал.
Взгляд Рея полностью заволокла тьма.
«Странно! Это же у Эрика тьма! У Рейвена – дар видящего...»
– Выпейте чаю, ребятки, – предложила Грета, обхватывая ладонями голову Дориана и окутывая Криоса зелёным дымом, сочащимся из её пальцев. – Я раздену его и вырублю на час. Но, Кари… не покидай комнат и не выходи в коридор. Все должны думать, что Дориан на все сто процентов удовлетворяет свои потребности.
– Хо... хорошо, – пробормотала я, чувствуя, как дрожат руки.
Я буквально выбежала в гостиную... прямо в объятия Рейвена.
Он крепко прижал меня к себе, и на мгновение я позволила себе расслабиться, уткнувшись лицом в его широкую грудь.
Сюртук мага был холодным, но тело под ним излучало тепло.
– Тише, – прошептал он, гладя меня по волосам. – Всё хорошо. Он не причинит тебе вреда, пока я здесь.
– Ты... – я отстранилась, чувствуя, как краска заливает щёки. – Ты видел?
– Видел, – его голос был напряжённым. – И чувствовал. Твоя аура... она была в панике.
– Я в порядке, – соврала я, пытаясь выровнять дыхание. – Просто... это невыносимо. Каждый раз, когда он приходит...
– Я знаю, – Рейвен отпустил меня, но не отошёл. – И ты не представляешь, чего мне стоит стоять сейчас и просто обнимать тебя. Хочу придушить гадёныша собственными руками! – Губ Рейвена скривились. Маг крепко зажмурился, притягивая меня к себе, положил щёку на мою макушку. – Тебе пошёл бы статус вдовы…
– Не вздумай марать о Дориана руки. Мало ли что… Ещё вздумают по какой-то дикой традиции передать меня, как знамя, младшенькому… А тот настоящий ирод! Нет уж! Давай переждём срок. Натравим врагов на Криосов… и пусть рвут друг дружку эти проклятые лорды Эльдарии… Ослабим империю изнутри. Может, Эрик даже спасибо скажет?
Рейвен засмеялся. Напряжение отпустило его. Я почувствовала это всем своим телом, крепко обнимающим мага.
– Да ты – прирождённый шпион, моя маленькая предвестница!
– А то! – я прижалась щекой к груди мага, с наслаждением слушая, как его сердце замедляет заполошный бой, успокаиваясь.
– И всё же… Кира… – посерьёзнел Рей. – Я настаиваю, чтобы ты освоила базовые техники самозащиты. Не только магической, но и физической.
– Физической? – я удивлённо подняла бровь.
– Да, – он кивнул. – Нельзя рассчитывать только на Грету и меня. Опрометчивая глупость. Однажды мы можем не успеть, пусть и всегда находимся рядом. Дориан... он становится всё более настойчивым.
– Но... – я замолчала, понимая справедливость его слов.
В этот момент из спальни донесся приглушённый шёпот Греты:
– Готово. Он проспит час. Я посижу тут на всякий случай.
Рейвен посмотрел на меня.
– Пойдёшь в комнату?
Я прикусила нижнюю губу, застыв в нерешительности.
Моя заминка длилась несколько секунд.
Потом я кивнула и пошла… только не в свою комнату.
Взяла Рейвена за руку и потянула в его спальню.
Оказавшись внутри, замерла в нерешительности.